Чипсы
Шрифт:
Дэн смотрел на меня странно. Я попыталась объяснить:
– - Вот химик открыл новый элемент или новую реакцию, описал. Он потратил много сил на это. Это новое могло и не встречаться в природе, а могло и встречаться, понимаешь. И тогда по большому счёту получается, что химик не открыл, а первый описал, зафиксировал. И так - в любой науке. Описаны законы движения. Но мы и раньше двигались по этим законам. Твой проект по краеведению он витал в воздухе, в стратосфере - где-то. Проект ждал, когда кто-то его материализует, и этим человеком стал ты, понимаешь? Это вдохновение , Денис, сложно объяснимая вещь.
– - Я так и думал, Арина, я чувствовал, что ты поймёшь меня. Если бы ты сейчас начала спорить, не верить, улыбаться, я бы проводил тебя до дома, и всё.
– - И всё?
– я до сих
– - Ты же тут рядом живёшь?
Я совладала собой, с достоинством кивнула, указывая на дом через проспект...
– - Да не обижайся ты! Я же говорю: "если бы ты не поняла".
– -Но я же поняла!
– умоляющим голосом попросила я и посмотрела преданно-просящим взглядом. Дэн сжал мою руку в предплечье:
– - Ты не представляешь, как важна была для меня эта победа. Брат сидит в тюрьме, я бедный, даже нищий, а вокруг - всё не по-честному, всё только дашь-на-дашь, а уж во Всероссийских олимпиадах тем более... Если бы не победа, я бы никогда не встретился снова с тобой после... после...-- Дэн запнулся и выдохнул: -- Всё! Забыли про то!
После проекта по "краеведению и экологии", победившему по России и переведённому (самим Дэном) на английский, его и попросили вернуться в нашу школу. Получалось, что самая ужасная пятнадцатая школа рабочего района Иголочка на Игольной улице, рассадник наркомании и "хулиганок", за счёт Дэна имела самые высокие показатели во всероссийских, областных и региональных олимпиадах, и получалось, что отстойная школа - самая лучшая. В нашей-то первой школе победы были только областные и всего одна серьёзная региональная победа по неорганической химии - моя, но эта победа в новом отчётном году уже не считалась. О пятнадцатой школе вдруг в "Милославиче" статья появилась. "Школа, изучающая край", хотя край изучал из всей школы один Дэн. И впервые в школе первый класс оказался укомплектованным - но это просто случайность. Наша директор уговорила Дэна перевестись обратно, но его последующие проекты больше ничего нигде не получали, да и на олимпиадах он не блистал, в чём позднее обвинил меня. После Нового года он стал встречать меня с танцев. Когда я бросила танцы, Дэн стал встречать меня по воскресениям из бассейна. Я шла к нему до вечера в гости... А по субботам к нему часто приходили Макс и Злата... Это всё отнимало у него много времени. Но Макса и Злату он никогда не обвинял ни в чём. А меня обвинил.
Я же считаю (и, когда мы с Дэном начали ругаться, я ему об этом прямо сказала), что такой звёздный проект можно только раз написать. Ведь Мирошев-посад -- один, и Косьма - один, и писатель Загоскин -- один. А стандартные олимпиады Дэну стали не по зубам. Он же занимался без репетиторов. Без репетиторов в последних классах нельзя победить по определению - репетиторы знают все типы заданий, которые возможны на олимпиадах. Пропана Ивановна не в курсе олимпиад, она по старинке преподаёт, поэтому и я на всероссийских олимпиадах выше полуфинала последние два года даже не мечтала подняться. А Дэн на что-то надеялся, он старался, он мечтал. Я ему говорила: никогда не надо мечтать и надеяться. Папа всегда говорил, что надо вырабатывать тактику поведения для наихудшего варианта развития событий. Тогда Дэн подкалывал меня:
– - А со мной ты выработала тактику поведения при наихудшем варианте?
– - Что ты имеешь в виду?
– возмущалась я двусмысленности и безаппеляционности "наезда".
Я и правда не ожидала, что Дэн меня бросит. Я мечтала, планировала, представляла нашу с Дэном свадьбу. А надо было просчитывать наши ссоры и думать, как в этом случае себя вести. Тогда бы со мной не случилось того, что случилось.
14 Приглашение
Мирошевцы шли на службу. У нас весь город ходит на службу.
Напротив площади, если перейти проспект Красной Армии, детский магазин "Башмачок", и -- Макдональс.
Дэн тогда сказал:
– - Арина! Я бы пригласил тебя в едальню. Но у меня нет денег, закончились.
Я стала тогда рассказывать
Дэн сказал:
– - Там есть вкусное мороженое.
Тогда я рассказала Дэну о пальмовом масле, которое добавляют в мороженое вместо молочного жира и о карбоксиметилцеллюлозе. Дэн по-моему испугался. Я рассказала ещё о том, что сейчас трупы в земле не разлагаются, потому что все люди насквозь пропитались эмульгаторами, глутаматами и ароматизаторами, идентичными натуральным. Дэн начал смеяться, обнял меня и поцеловал. Я испугалась, хотя мне было очень приятно. Отмахиваясь, уперев руки в его куртку, я стала рассказывать, что сейчас младенцы рождаются с новыми химическими элементами в организме. 280 новых химических элементов обнаружено в теле новорождённых! (Ну надо же было о чём-то говорить, я застеснялась, меня никто не целовал). Дэн убрал мои руки, крепко взял меня за плечи. Тогда я стала говорить о том, что огромные проблемы у человечества от пластиковых окон, полипропилена и свободного хлора. Когда я спросила, какие окна в его квартире, он погладил меня по лицу, провёл рукой по моей шапке. Так нежно-нежно. И сказал:
– - Придёшь и увидишь, какие у меня дома окна.
И я согласилась. Мама потом на меня обзывалась, оскорбляла. Я маме тогда ещё всё рассказывала.
Это был сказочный день не только из-за погоды и из-за того, что мы целовались под памятником, но ещё и из-за того, что мама уехала на сложную косметическую процедуру в Москву. И должна была приехать только завтра днём. Это было впервые в моей жизни! Я оставалась дома с папой. Папа звонил мне на мобильник, но маячок не включал. Тогда родители ещё не злоупотребляли прибором отслеживания, тогда ещё они мне доверяли... Папа позвонил -- я наврала, что уже дома, чтобы проверить папу. Я по голосу почувствовала, что это формальный звонок. Папа похвалил меня, пообещал быть домой не к часу, а к одиннадцати -- чтобы мне не было тоскливо одной. До одиннадцати было ещё куча времени. Целых четыре часа. И я пошла к Дэну. Я даже не подумала о том, есть ли у него кто-нибудь дома, что я могу кому-то помешать. Я тогда ничего не знала, и что Дэн почти всегда один - тоже не знала. Все четыре месяца до утренника мы с ним не разговаривали, только украдкой смотрели друг на друга. Он смотрел - я отводила глаза. Казалось, он хочет меня пригвоздить пристальным из урока в урок справедливым осуждением. А он просто любовался мной! Я все страшные догадки навыдумывала. Это тогда я так решила. А зря...
Старший брат Дэна -- в местах заключения, средний брат переехал к жене, мама Дэна на заработках в Подмосковье. Дэн это всё мне рассказывал по дороге. Надо было обязательно зайти к нему домой, чтобы взять деньги и купить продуктов на ужин. Вообще, я спокойно могу не есть почти сутки, ну часов пятнадцать точно. Я уже наелась чипсов - объелась. Но я согласилась и на "взять деньги", и на "сходить в магазин и поужинать". Снежинка, приколотая к блузке тёрлась о мою дублёнку, когда Дэн прижимал меня сильно...
15 Вторая волна
Пятый день я здесь, в Дубках, в доме за высоким забором. Я проснулась и - никого нет. Папа и "А" -- на работе. Проснуться одной во всём доме - это мечта. Мама не будит, не даёт утренние наставления и указания, не выкладывает на прозрачное китайское блюдечко немецкие поливитамины.
Вроде бы я пришла в себя, озноба, как вчера, нет, нервной трясучки тоже. Горло немного болит. Есть не хочется. Дом шикарный, из брёвен. Усадьба, настоящая усадьба! Как договаривались, я отзвонила "А", сообщила, что проснулась. Я поднялась на второй этаж и потихоньку стала смотреть в окно. Я размышляла: где здесь камеры видеонаблюдения, есть ли они на втором этаже? Наверное, есть. Сколько их?..