Чистильщик
Шрифт:
— О господи! Питер, скажи, кто на меня охотится?
— Не только на тебя, — ответил Питер. — К другим тоже являются ночные гости. К сожалению, большинство из них…
Он не закончил фразу.
— К другим? — переспросил Квин. — Это что, превратилось в систему?
Казалось, Питер колеблется с ответом.
— Они убирают исключительно сотрудников Офиса.
— И никого из других агентств?
Опять пауза.
— Нет.
Квин похолодел:
— Ликвидация?
—
— Кто за этим стоит?
— Если б я говорил не с тобой, то, пожалуй, смог бы кое-что предположить. — Питер тяжело вздохнул. — А если б что-то на самом деле знал, все равно не мог бы тебе этого сказать. Это дело Офиса. Тебя это не…
Из кухни донесся громкий шум, за которым последовал приглушенный выстрел. Секундой позже Квин отчетливо услышал звуки борьбы. Бросив телефон, он схватил с дивана оружие Гибсона.
— Нейт! — крикнул он.
Ответа не последовало.
Он бросился на кухню, но тут у него над головой просвистела пуля и врезалась в стенку.
Недолго думая, Квин припал к полу. В следующий миг над ним пролетели еще две пули.
Он дополз до края стены и осторожно заглянул в кухню. На полу лежал Нейт. Поверх него валялся стул, на котором прежде сидел Гибсон. С того места, где находился Квин, невозможно было разглядеть, дышит ли парень или нет. Квин посмотрел в одну сторону, затем в другую. Гибсона нигде не было видно.
Квин привстал и, пригнувшись как можно ниже, развернулся и вновь кинулся в гостиную. При сложившихся обстоятельствах защитой ему мог послужить только кожаный диван. На миг замерев на месте, он прислушался.
Тишина.
Гибсон не мог далеко уйти. И хотя он унес с собой пистолет Нейта, Квин был вооружен «глоком» и ножом. К тому же расположение дома хозяин знал куда лучше, чем кто-либо другой. Знал все потайные места. Все выходы. Гибсону же был известен только один из них — от кухни к входной двери. Любое его движение могло привлечь к себе внимание.
Луна исчезла из окна, скрывшись за горами. Освещение в доме теперь сводилось к мерцанию телевизора и лампе на кухне.
Квин рискнул выглянуть из-за дивана. Вокруг, казалось, все пребывало в прежнем порядке. Для пущей уверенности он вновь обследовал комнату внимательным взором. На этот раз его насторожило кожаное кресло с откидывающейся спинкой, стоящее лицевой стороной к дивану приблизительно в десяти футах от него. Что-то с ним было не так. Тень, которую оно временами отбрасывало в отблесках телевизионного экрана, казалась слишком большой.
Квин понаблюдал за ней немного, пытаясь удостовериться, что причина не в оптическом
Выбравшись из-за своего укрытия, Квин стал подкрадываться к креслу. Подойдя достаточно близко, он расслышал чужое дыхание — слабое, но вполне различимое.
Он поднял пистолет:
— Встать!
В ответ Гибсон резко высунулся из-за кресла и выстрелил. Пуля прошла всего в нескольких дюймах от Квина. Тот, в свою очередь, тоже нажал на спусковой крючок. Выстрел грохотом прокатился по дому, и запах пороха заполонил всю комнату. Пуля прошила кресло насквозь.
— Ах ты, гад! — болезненным голосом воскликнул Гибсон.
— Ну что, может, хватит? — осведомился Квин. — Бросай оружие. И выходи. Только без резких движений.
Гибсон встал во весь рост, его раненая левая рука безжизненно висела вдоль тела.
— Брось пушку, — скомандовал Квин.
Сначала ему показалось, что Гибсон готов сдаться. Но в следующий миг наемный убийца шагнул назад и молниеносно вскинул правую руку, нацелив пистолет на Квина.
Но тот был к этому готов. И выстрелил первым.
Когда тело Гибсона рухнуло на окно, тот уже был мертв. Пуленепробиваемое стекло затряслось, но выдержало удар, не дав ни единой трещины.
Квин бросился на кухню. Стул по-прежнему накрывал тело Нейта. Отшвырнув его в сторону, Квин приложил руку к шее ученика. Пульс у него прощупывался, причем сильный и ровный. Обследовав грудь и не найдя на ней никаких повреждений, Квин перевернул недвижимое тело Нейта на живот. На спине тоже не обнаружилось никаких следов пуль, а на полу — ни капли крови.
Прижав губы к левому уху Нейта, Квин негромко произнес:
— Нейт.
Тот не шелохнулся и не произнес ни звука.
— Нейт. Проснись.
Сначала парень издал тихий стон, а в следующий миг веки его затрепетали.
— Не переживай, Нейт, — продолжал Квин. — Ты цел?
Глаза парня медленно открылись.
— Квин? — пробормотал он.
Прижатые к полу губы мешали ему говорить.
— Ты цел? — повторил свой вопрос Квин.
— Пожалуй.
— Может, тебе лучше это проверить?
Нейт снова закрыл глаза и, совершив над собой усилие, перевернулся на спину.
— Черт, — сморщившись, пробормотал он.
— Что? — спросил Квин.
Прежде чем ответить, Нейт потер рукой подбородок:
— Он врезал мне в челюсть.
На месте удара осталась красная отметина, но все остальное, казалось, было в целости и сохранности.
Квин встал:
— Если хочешь, можешь приложить лед.