Читер
Шрифт:
— Ясно. — коротко подытожил я.
Уточнять, что, если бы здесь было нечего делать, то и ученых, за которыми нас сюда послал Шмель, тут бы не было тоже, я не стал.
Скрытые «тишиной» мы миновали еще трех огромных биотанков, каждый из которых занимался какими-то своими делами. Двое потрошили коробки, беря их из огромной кучи и разрывая прямо голыми руками, но из них сыпались все те же тетраэдры, которые явно не были тем, что они искали.
Еще один, сняв свои бронированные перчатки с пальцами толще моего глушителя (я даже и не знал, что они снимаются), но не сняв остальной брони, работал
Все они были слишком заняты своими делами, и нас, прошмыгнувших мимо, не заметили.
— Смотри. — тихо сказала Скит, когда мы прошли мимо них и углубились в комплекс метров на двести, не меньше. — На стене. План эвакуации.
Я присмотрелся, и правда — на стене висел старый выцветший план аварийной эвакуации. По нему выходило, что комплекс имел довольно простое строение с основным коридором, от которого местами отходили ответвления с дополнительными помещениями. И, если верить плану, то метров через пятьдесят мы должны выйти в большой основной зал, на другом конце которого и будет располагаться нужный нас запасной выход.
А еще там, скорее всего, будут располагаться нужные нам ученые… По крайней мере, логично предположить именно это, если учесть, что пока что, кроме технорыцарей мы никого не встретили. И даже тел не нашли.
Правда и это тоже очень скоро изменилось. Буквально десять шагов — и мы наткнулись на первое мертвое тело. Вернее сказать, мы наткнулись на окровавленную руку, торчащую из-за среза двери, а уже потом, приблизившись и осмотревшись, поняли, что это мертвое тело.
Мертвец был одет в темно-синий костюм полной биологический защиты, с панорамным шлемом, и его стекло было покрыто сеткой трещин и забрызгано кровью изнутри. Судя по всему, он пытался выбежать из помещения, но кто-то внутри хладнокровно пристрелил его прямо в затылок.
И из всех, кого мы встретили пока что, именно он больше всего походил на ученого…
Еще метров через тридцать я заметил на стене пулевые выбоины и следы крови, но тела рядом не оказалось — то ли его убрали, то ли вообще просто ранили, причем достаточно легко для того, чтобы он ушел своими ногами.
А я на мгновение пожалел, что не додумался спросить у Шмеля, сколько ученых должно быть в комплексе.
Коридор еще раз плавно повернул направо и перед нами впервые забрезжил электрический свет. Настоящий, яркий, а не то полутусклое недоразумение, что сопровождало нас в коридоре и в котором было проще прятаться, нежели что-то разглядеть. Там, в основном зале, через который лежал наш путь обратно на поверхность, явно что-то происходило.
И, когда мы, аккуратно пригибаясь, вышли на стальной мостик, и присели за ограждением из металлических листов, глядя на происходящее сверху-вниз, мы увидели, что именно там происходило.
— Вот же… Суки! — тихо прошептала Скит, глядя вниз.
Глава 12
Внизу, прямо под нами, считай, находились технорыцари. Все те, кто ушел вглубь базы, оставив в коридорах только группу прикрытия. Целая армия из пяти бронекостюмов, трех «призраков», тех самых, которые умели исчезать и появляться, и целый десяток совсем уж легко одетых, буквально в
И все они были мертвы.
А между ними, перебирая запыленные бумаги на столах, и ковыряясь в где раскуроченных, а где и уцелевших компьютерах, ходили хорошо знакомые нам обоим персонажи. Гибкие черные фигуры в сплошных шлемах, в составной броне и с длинными футуристическими винтовками за спинами, которые способны пробить и броню биотанка и, наверное, иной дом целиком.
Что тут забыл Черный Сектор?!
— Су-у-уки!.. — еще раз выдохнула Скит. — Я, конечно, не фанатка технорыцарей, но это!.. Уже чересчур!
— А что не так с технорыцарями? — спросил я, наблюдая с мостика, как семеро черных сноровисто обыскивают помещение, словно хорошо понимают, что хотят найти.
— Они фанатики. — совершенно серьезно заявила Скит. — Фанатики, которые считают Аномалион проклятьем свыше, а себя — святыми защитниками человечества от этого проклятья. Они вообще появились еще во времени расцвета Корпорации, но тогда были лишь небольшой сектой, досадным недоразумением, которое иногда пытались препятствовать изучению читов и особенно — вывозу их за пределы купола. Но после того, как пропал Вихрь, и купол закрылся, они как с цепи сорвались. Фанатики и сами по себе опасны, а уж если у них в руках такое оружие и снаряжение… Сам понимаешь.
Я понимал. А еще я понимал, что ни оружие ни снаряжение не помогли технорыцарям против черных. Выстрелы импульсных винтовок легко пробивали даже экзоскелеты биотанков, оставляя в них маленькие ровные дырочки, хорошо видные в трехкратный магнифер. Что уж говорить о практически ничем не защищенных призраках и тех, других, которые вообще как гражданские выглядят. Даже оружия при них не наблюдается.
А ведь рыцари были если не готовы к сражению с черными, то как минимум предполагали, что оно может случиться. Все призраки лежат в разных местах зала, и все — на максимальной высоте, на какую только можно забраться. Они явно занимали позиции, рассчитывая прикрыть союзников из своих винтовок, да только ничего не вышло.
Если уж целая орда технорыцарей тут не вывезла, то нам вдвоем со Скит ловить тем более нечего. Вариантов осталось всего ничего — или пытаться пройти обратно, снова минуя кордон технорыцарей, которые даже не в курсе, что их коллеги уже кормят червей, или подождать, пока черные уйдут…
Еще, конечно, в теории существовал вариант попробовать пройти через черных… Но его я даже не рассматривал — это даже звучало неправдоподобно.
— Интересно, что они ищут? — прошептала Скит, выглядывая из-за края перил. — Как думаешь, насколько вероятно, что они ищут тоже самое, что Шмель просил достать?
— Я думаю, что вероятно на сто процентов. — я кивнул. — Таких совпадений не бывает.
— Шмель? — внезапно раздалось у меня из подсумка, где я держал хад. — Вы сказали Шмель?
Я прижал карман рукой, приглушая звук, и бросил быстрый взгляд вниз, на черных. Они вроде бы ничего не услышали.
— Не переживай, «тишина» нас прикроет. — успокоила Скит. — Даже этот звук… Кстати, что это за звук?
— Понятия не имею. — признался я, одной рукой неуклюже доставая хад. — Сама же говорила, что тут связи нет!