Читер
Шрифт:
— И как же, интересно, вы его создали? — нахмурилась Скит. — Я что-то не слыхала о подобных технологиях.
— Возможно, это потому, что именно из-за этих технологий мы и здесь. — вместо Дорфа ответил я и перевел взгляд на профессора. — Что вы тут разрабатывали?
— Эта информация секретная, конечно… — неуверенно начал ученый, но, видимо, что-то в моем лице заставило его еще раз подумать, как продолжить фразу. — Но, раз уж Шмель прислал вас за мной, то, думаю, нет ничего страшного в том, чтобы раскрыть ее вам. Идите за мной.
Антон развернулся и зашагал к столу, заваленному
— Поняла! — наконец заявила она, дойдя до стола. — Это очень похоже на Эйнштейн!
— Баг? — уточнил я.
— Да! Довольно редкий баг, надо сказать. Попавшие в него сначала несколько секунд выглядят точно как те, черные. — Скит кивнула себе под ноги. — А потом пропадают вообще, и появляются только спустя какое-то время. На том же месте, но в совсем другом состоянии, и рассказывают, что были в каком-то другом месте, где им приходилось выживать. Как будто их перенесло куда-то порталом, а потом — перенесло порталом.
— Браво, юная госпожа! — профессор несколько раз хлопнул в ладоши, обтянутые перчатками костюма. — Вы совершенно правы, это действие аномалии под названием Эйнштейн!
— Но вы же сказали, что это убежище сделали вы!
— И это тоже чистая правда. — кивнул ученый, запустил руку под ворох бумаг, пошарился там и извлек что-то небольшое. — Все благодаря вот этому устройству. Именно над ним мы здесь и работали.
Устройство оказалось простым металлическим цилиндром, из которого торчал довольно длинный «хвост» в виде металлической трубки. Общая длина предмета была чуть больше ладони, а на торце цилиндра медленно моргал красный огонек.
— Наша научная группа исследовала мета-материал, который остается после разрушения читов. — пояснил профессор, показывая нам свое сокровище. — Мы предположили, что, раз разные виды читов распадаются на один и тот же материал, то, возможно, удастся из материала воссоздать читы?
— И что, удалось? — дернулась вперед Скит, как гончая, увидевшая зайца.
— Увы, нет. — ученый развел руками. — Но зато удалось создать кое-что другое. Оказалось, что мета-материал способен абсорбировать в себя баги, причем в очень компактной форме! Буквально несколько кубических сантиметров меты могут вместить целую Теслу или там Кельвина! И тогда мы создали это уникальное устройство, которое, продолжая традицию названий Аномалиона, назвали… Багтрекер!
— Погодите-погодите. — я помахал рукой, привлекая к себе внимание. — Вы хотите сказать, что вот это эскимо может… Впитывать в себя баги?!
— Кабзда… — прошептала Скит, глядя на багтрекер совершенно другими глазами, даже более влюбленными, чем она смотрела на багги. — Теперь понятно, куда исчезли все баги с нашего пути…
— Да, нам пришлось изрядно проредить их в процессе опытов и испытаний. — усмехнулся профессор. — Пока рассчитали нужное количество материала, пока вывели идеальную форму, пока то, пока это… Думаю, не ошибусь, если скажу, что вокруг этого комплекса сейчас — самая безопасная территория во всем Аномалионе в отношении активности
— А мне понятно, почему тут столько всякой шушеры. — я бросил взгляд на копошащихся под ногами черных. — По ходу дела, информация о ваших исследованиях просочилась куда не надо. А такой ультиматум, как ваш багтрекер, нужна в арсенале вообще всем. И желательно два. Вагона.
— Что есть, то есть. — Дорф развел руками. — Мы, в общем-то, понимали риск и понимали, что за нами придут все, кому не лень, если информация просочится наружу… Поэтому основную ставку делали на скрытность нашей группы, а не на охрану. Охрана только должна была задержать атакующих, не более. Ведь даже поставь тут всю Центурию, вместе с Легионом, это ничем не поможет. Черные вон вообще сразу внутри комплекса появились по своей мерзкой привычке.
— И давно они тут?
— Да уже часов восемь. — профессор вздохнул. — Все ищут и ищут что-то там. Давно бы уже поняли, что ничего не найдут, и ушли куда подальше, ведь все, что могло их заинтересовать — оно здесь.
— Хрен уйдут. — коротко обронила Скит. — Они не успокоятся. Они вообще никогда не успокаиваются. Они по винтикам разберут весь этот зал. И, если и тогда не найдут нужного, пойдут разбирать весь остальной комплекс. Даже не надейтесь, что они уйдут. Через неделю, может быть, не раньше.
— А ведь и правда. — расстроился профессор. — Я ведь даже видел, как они меняются. Новые появляются, старые пропадают, растворяясь в воздухе. Думал, мне показалось.
Я протянул руку к багтрекеру и профессор, без слов поняв меня, вложил устройство мне в руку.
— Значит, вы засунули в одно из этих устройств Эйнштейн, а потом использовали его, чтобы создать здесь фазовое пространство?
— Именно! — профессор щелкнул пальцами. — И у меня такого добра еще много, я успел вытащить почти все образцы.
И профессор скинул со стола ворох бумаг, открывая спрятанное под ними сокровище — несколько прозрачных ящиков, забитых багтрекерами. Все они моргали огоньками разных цветов, и, судя по всему, все были заряжены багами под завязку.
— А как конкретно вы применили Эйнштейн? Как вытащили обратно из багтрекера?
— Не поверите — по наитию! — профессор всплеснул руками. — Просто кинул его со всей силы о здешнюю стену, целостность корпуса устройства нарушилась, и вуаля!
— Целостность корпуса нарушилась, говорите? — усмехнулся я, переводя взгляд с багтрекера в руке на свой автомат. — Тогда, пожалуй, у меня есть идея, как нам отсюда выбраться, даже несмотря на Черный Сектор. И не через неделю, а прямо сейчас.
Глава 13
Скит поняла меня явно быстрее, чем профессор. Она недоверчиво посмотрела на меня, потом на мой автомат, потом на багтрекер в руке, и нахмурилась:
— Только не говори… Ох, нет, только не говори!
— Что? — вмешался профессор. — О чем речь идет?
Вместо ответа я полез в подсумок, где еще оставалась пара «Ящериц» и достал одну из них. Держа за хвостик, показал профессору, но до того, кажется, все равно не дошло, что я имел в виду. Он принялся внимательным взглядом изучать гранату, явно не понимая, что я имел в виду.