Читер
Шрифт:
Услышала и уже не сдержалась.
— С-сука… — тихо и яростно прошептала она, одним рывком натягивая брюки обратно. — Кабзда!.. Так и знала, что какая-нибудь пакость приключится!..
Глава 18
Я убрал руки от Скит, и, оставив ее одеваться, злобно матерясь вполголоса, перебрался к приборной панели, по пути задев плечом какую-то коробку, висящую на стене и чуть не выругавшись вслух. Надо же быть таким растяпой.
Так, стоп. Что-то не так. Это не я растяпа! Этой коробки просто не было на этом месте! Или вернее
Я перевел взгляд на приборную панель, слабо освещенную тонкими лучами света, и убедился в правильности своих мыслей.
Приборная панель тоже была цела. Во всех приборах стекла были целы, стрелочки — на своих местах, и нигде не торчали пучки оборванных проводов. Даже руль, который я своими руками отбрасывал в сторону — и тот был на месте! Стремная ребристая баранка, жесткая даже на вид торчала из приборной панели, как пресловутый меч из камня, и явно не собиралась никуда пропадать!
А, когда я, уставший удивляться этим необычностям, тронул висящие перед лобовым стеклом плитники и раздвинул их, чтобы в получившуюся щель подглядеть, что происходит снаружи, то оказалось, что и стекло на месте!
А еще оказалось, что свет, по поводу которого я втайне надеялся, что его производят какие-нибудь прожекторы, которые тайком от нас кто-то приволок к ракетовозу, вовсе не искусственный. Очень даже наоборот — это был натуральный солнечный свет, порождаемый висящим высоко в небе светилом.
Пять минут назад мы находились в кромешной ночной тьме, а сейчас, судя по всему, оказались в каком-то совсем другом времени.
Да и в другом ракетовозе, если уж на то пошло…
Даже отломанная и подвязанная на провода спинка сиденьям вернулась на свое место, но обнаружил я это только когда снова обернулся к Скит, чтобы узнать, оделась ли она.
— Прикольно. — хмыкнул я, ощупывая вставшую на место и снова обросшую искусственной обивкой спинку. — Как она тут оказалась?
— Что? — Скит вынырнул из ворота футболки, в которую нырнула за секунду до этого. — Ты о чем? Ох, твою мать…
По ходу дела, она только-только заметила все изменения вокруг нас.
И, по ходу дела, нет смысла спрашивать у девушки как спинка кресла оказалась на месте, стоило только мне отвести от нее взгляд. Скит не в курсе тоже.
— Какого хрена?! — спросила Скит, обалдело оглядывая преобразившийся интерьер ракетовоза, в котором теперь было бы даже удобно, если бы не нервное напряжение. — Что происходит?!
— Думаю, что мы скоро узнаем! — ответил я, протягивая ей сорванный с лобовика плитник. — Шевелись давай!
Сам принялся экипироваться тоже, благо мне всего-то нужно было защелкнуть две пряжки быстросброса, с чем я и справился за секунду, после чего подтянул к себе за ремень автомат, стоящий между креслом и стеной кабины, и, не снимая с предохранителя потянул затвор, проверяя патрон в патроннике.
И, едва только я это сделал, как голоса за стеной кабины внезапно усилились, приблизились, а потом и вовсе — дверь кабины, которую я своими руками
В кабину поднимался человек в комбинезоне, до боли напоминающем одеяния оранжевых бандитов, атаковавших меня и Скит на пути в СС-13. Только этот комбинезон был голубым, но, в общем-то, это ничего особенно не меняло. Человек принадлежал к корпорации, и это легко было понять по логотипу у него на груди.
Или, вернее сказать, по надписи на логотипе. Потому что сам по себе логотип не имел ничего общего с тем, что я видел раньше. Над уже знакомым названием распахивал крылья схематичный орел, вписанный в окружность, и каждое его перо было раскрашено в свой цвет радуги.
Включая белый и черный.
Скит, шуршащая за моей спиной броней, замерла, как суслик, увидевший охотника. А голубой комбинезон, глядя себе за спину, откуда ему вслед неслись обрывки ценных указаний, уже почти влез в кабину.
И его рука легла прямо на мой ботинок.
Пришелец вздрогнул и замер на середине пути, как током пораженный. Он медленно-медленно повернул голову, и встретился со мной взглядом.
Испуганным таким, затравленным взглядом.
— Ну, чего застыл? — недовольно раздалось у него из-за спины. — Лезь давай! Мы уже на час опаздываем!
А комбинезон все так же пялился на меня и ничего не отвечал. Он вообще ничего не говорил, только смотрел на меня и беззвучно открывал рот.
— Да чтоб тебя!.. — снова возмутился тот же голос и к кабине подошел еще один человек, на сей раз — в синем халате. — В чем про…
И тут он увидел меня.
— … блема. — на автомате договорил он, понижая тон, а потом глубоко вдохнул, набирая полную грудь воздуха, и завопил на ультразвуке: — Охрана-а-а! Враги на объекте!
Вот же с… собака сутулая!
Голубой, который до этого момента еще не был ни в чем уверен, после воплей синего о врагах, окончательно сориентировался в ситуации и попытался ухватить меня за ботинок. То ли пытался вытащить меня из кабины таким образом, то ли наоборот — подтянуться и влезть, я так и не понял. Я просто поднял вторую ногу и двинул ему в грудь, сбрасывая его с лестницы и выпрыгивая следом.
Еще только приземляясь на сочную зеленую траву (откуда она тут, мать ее?!) я вскинул автомат к плечу, ловя на точку коллиматора ученого в синем комбинезоне. Я даже положил палец на спуск, но выстрелить не успел — ученый скрылся за машиной. Тогда я перекинул ствол на лаборанта в голубом, и он, так и не успевший подняться с травы, испуганно замер, глядя в толстый хищный дульник на конце ствола.
Я несколько мгновений медлил, а потом дернул стволом в сторону и скомандовал:
— Пшел! Быстро!
Не мог я его убить. Он мне ничего плохого не сделал, и даже не собирался. Обвинить его было не в чем, даже если бы я хотел.
А я еще и не хотел.
Мне бы сначала разобраться, что вообще вокруг творится!
Голубому комбинезону дважды предлагать не нужно было — едва я закрыл рот, как он уже вскочил с травы и усвистал вслед за профессором, скрывшись за углом ракетовоза. Я проводил его стволом автомата, плавно поворачиваясь на колене и сменяя левое на правое в процессе…