Читер
Шрифт:
Земекис медленно опустил руку, которой прикрывал голову, и взглянул на меня безумным взглядом:
— Мой черед.
И он метнулся вперед так быстро, что буквально размазался в пространстве!
Я был готов к любой подлости, поэтому даже почти успел среагировать. Фиолетовые клинки сверкнули перед глазами, я присел, избегая удара по шее, откатился назад, в коридор, и прямо во время переката снова зажал спуск, пытаясь отзонить от себя противника.
Земекис дернулся право-влево размазанным силуэтом, оставляя за собой нечеткие проекции, но деваться
Тогда он снова заслонился фиолетовыми щитами, но две пули из короткой очереди успели добраться до его тела раньше. Одна рванула плечо, вторая попала в колено, разнося его в пыль и заставляя ногу подломиться.
Но победу праздновать еще было рано — прямо на моих глазах поврежденное колено принялось зарастать и затягиваться, словно я смотрел ускоренный таймлапс.
А сам Земекис, будто совершенно не чувствуя боли, снова бросился на меня… Разве что теперь он делал это чуть медленнее…
Но это не очень важно. Главное — я убедился, что он действительно обладает «панацеей». И, раз для меня единственный способ вылечить умирающий организм это вырвать чит из чужого тела… Что ж, я буду даже рад, если это будет тело Земекиса.
Вот только автомат в этом деле мне, как показала практика, не помощник.
Поэтому я развернулся и побежал прочь по коридору.
— Стой! — раздалось вслед. — Стой, трус! Я все равно тебя убью!
Я не отвечал. У меня была тактика, и я ее придерживался. И тактика эта подразумевала беречь дыхание, чтобы бежать с максимальной скоростью. Я уже увидел, как быстро работает «панацея» и полное восстановление раненой ноги Земекиса — дело нескольких секунд.
Поэтому я просто бежал.
Я ходил этим путем всего один раз, но мне этого достаточно, чтобы запомнить его. Направо, вперед, налево, налево, вверх по лестнице, направо…
Навстречу попался боец Центурии. Он прижался к стене, завидев меня еще издалека, но вблизи рассмотрел мое лицо, экипировку, и потянулся к оружию, перегораживая путь.
Не снижая скорости, я врезался в него плечом, сбивая на пол, упал следом, не удержавшись на ногах, перекатился по противнику, вышел на одно колено и тут же развернулся, вскидывая автомат к плечу и ловя на две точки открытого прицела противника, который только-только начал подниматься.
Мозамбик.
Даже раньше, чем центурион рухнул на пол, я уже развернулся и побежал дальше — вперед по коридору. За спиной громко грохотали шаги Земекиса, и, казалось, что за мной гонится какой-то великан. И гонится он не по туннелям и коридорам Легиона, а прямо поверху, где-то по обшивке.
Я вытянул руку с автоматом назад и наугад выпустил несколько пуль, не забывая считать выстрелы. У меня есть только один магазин, и тот уже полупустой, даром что шестидесятка… Я-то надеялся решить вопрос одной-двумя пулями, а тут такое выясняется!
Наконец в конце очередной узкой железной лестницы забрезжило утреннее небо с медленно кружащей в нем черной точкой — я добрался!
И буквально тут же, едва только
Правую ногу, которой я не успел шагнуть на ступеньку, пронзило дикой болью в районе икры! Нога подломилась и перестала слушаться, я практически повис на руках, держась за узкие стальные поручни, и обернулся.
Земекис пробил икру своим фиолетовым клинком и сейчас заносил второй для решающего удара. Я не стал хвататься за автомат, все равно пули ему ничего не сделают. Вместо этого я отпустил руки, и, падая на железные ступеньки, изо всех сил пнул Земекиса в грудь здоровой ногой!
Каким бы там читером он ни был, но такой удар отбросил даже его. Я выиграл себе секунду на действия, вскочил, и, помогая себе руками по поручням, запрыгал по ступенькам наверх на одной здоровой ноге.
Я успел. Я выбрался на верхнюю палубу Легиона раньше, чем Земекис до меня добрался.
Но что делать дальше — я не знал. Изначально у меня был план, что я доберусь до одного из вертолетов, стоящих на палубе, и воспользуюсь им. Несмотря на то, что они были маленькими, частными, на обоих имелись выносные консоли с подвешенными пулеметами, и в первый свой визит в Легион я даже видел тянущиеся из них снаряженные ленты.
Но этот план не был рассчитан на то, что Земекис меня догонит. Сейчас, с одной лишь здоровой ногой, истекая кровью, я совершенно точно не доберусь до вертолета раньше него. Да еще и техники вон бегут мне наперерез, и, судя по их лицам — вовсе не для того, чтобы поздороваться.
Я вскинул автомат к плечу и произвел два коротких выстрела, точно в голову бегущим. Они, может, и без оружия, но совесть меня не мучает. Сейчас для меня любая лишняя секунда промедления — смерти подобна… А они могли бы задержать меня на целых пять секунд, если бы я их не убил.
Я развернулся, захлопнул за собой дверь, крутанул штурвал засова и побрел к ближайшему вертолету, опираясь на автомат. Что интересно — вертолет уже был заведен и его винт крутился со скоростью хорошего вентилятора. Не иначе, собирались атаковать Ассамблею с воздуха, да времени не хватило — вон, даже крепления от лыж не отстегнули. Так и оставалась огромная стрекоза пристегнутой к палубе.
Сверху раздался писк, едва слышный за шумом вертолетного двигателя, и мне на плечо спикировал Стич. Вцепился в лямку плитника когтями и что-то принялся верещать мне на ухо.
— Нет, дружок, сейчас ты не к месту. — я попытался согнать его, но зверек лишь сильнее вцепился в ткань. — Черт тебя дери… Да свали же ты отсюда, тут опасно! Ну! Не понимаешь, что ли?!
Я даже слегка толкнул Стича, да так, что тот покачнулся. Что-то крякнул, недовольно посмотрел на меня, распахнул крылья и взлетел.
Ну вот так-то лучше. По крайней мере, он точно выживет.
И в этот момент меня в спину ударил поезд.
На самом деле, конечно, это был Земекис, но ощущения были именно такими. Спинная бронеплита отчетливо треснула, но отработала свое, распределив нагрузку по всей спине вместо одной точки.