Читер
Шрифт:
— Вас понял.
Один из военных заглянул в темное парадное, оставив ливень у себя за спиной. Он включил фонарь, закрепленный на автомате. Луч света сразу же врезался в махающую ему руку.
— Эй! Помогите! Помогите, пожалуйста! — кричал мужчина, лежащий на полу возле почтовых ящиков.
— Капитан, это Радченко. У меня тут — выживший! Что делать? — спросил военный.
— Черт, — послышалось из рации, — Соблюдай инструкции. Если не зомби — на карантин его.
— Понял, — ответил Радченко.
Военный взмахнул автоматом на мужчину и спросил:
— Как зовут?
Его вопрос прозвучал
— Евгений, — послышался ответ хриплым голосом.
Только тут Радченко рассмотрел, что выживший тоже был военным. Мужчина медленно встал при свете фонаря.
— Как ты здесь оказался?
— Сам не знаю, — Евгений закашлялся, — Что произошло?
— Вы, что не в курсе?
— Нет.
— Где же вы были всю ночь?
— Сидел в дежурной части за компьютером. Потом ничего не помню. И вот — здесь.
— Ладно…
— Радченко, мать твою! — раздался голос капитана по радиосвязи, — Что ты там возишься? У нас тут этих выживших со всех сторон стали отковыривать! Забирай своего — и давай на помощь остальным!
— Ладно, — еще раз повторил Радченко. — Пойдемте на улицу: там вам окажут первую помощь и отправят на карантин.
— Карантин? Мы что заражены?
— Не знаю — я всего лишь выполняю приказ.
Они вышли из здания под ливень. Снега как не бывало — его весь смыл дождь. Вокруг бронетранспортера было много военных, но еще больше было гражданских, как говорится — кому, в чем пришлось: кто в костюмах, а кто в ночных рубашках.
Выживших подводили солдаты по всей улице, но еще больше их звало на помощь, к великому удивлению военных, во всех частях пережившего неспокойную ночь Крайтана. Ведь еще десяток минут тому назад вокруг были одни мертвецы. Город хоть и был разрушен, но по его улицам снова потекла жизнь.
Последний фраг
Темнота начала постепенно исчезать. Она притворно растворялась, словно туман, уступая место каким-то непонятным серым очертаниям. Затем очертания стали темно-бурыми — в них появились незамысловатые узоры кругообразной формы. Было слышно множество негромких, но странных звуков. Чье-то тяжелое дыхание совсем рядом.
"Что это? Кто?.. Кто — рядом? Кто дышит?.."
Перевернутый стул на узорах. Большой старый шкаф с запыленными полками на них же. Стул у стены с облупленной коричневой краской. Еще один шкаф. Потрепанный диван.
"Это ковер. Это комната. Это… Я?.."
Тусклая лампочка под грязно-серым потолком в тарелкообразном плафоне. Стол и пару стульев в углу комнаты. Там же рассыпанные бумаги.
"Я… Я… Я — жива?.. Я — жива!!!" — яркой искрой пронеслась радостная мысль в голове Насти.
В глазах все немного расплывалось, сердце ощутимо стучало в груди. Грудь делала напряженные вдохи. Но все это было ничем против ощущения того, что она — Настя жива. Она жива: сидит на корточках и смотрит вперед.
Это была всего секундная эйфория, так как в последующие девушка принялась усердно восстанавливать в памяти минувшие события. Она вспомнила небоскреб… Пашу… Падение…
"Ну, это точно не небоскреб "Черное Золото", — а это уже неплохо, — прикинула она. — Однако, что это
И в самом деле: на ней было длинное черное обтягивающее платье с глубоким декольте, достаточно сильно оголявшим ее грудь и высоким разрезом на юбке до бедра. На руках черные перчатки по локоть, а на ногах босоножки такого же цвета. Порикова обнаружила на своей шее еще и ожерелье, а в ушах серьги в форме цепочек. В завершение всему девушка поняла, что на ее теле нет ни единого следа указывавшего на бойню в небоскребе: руки, ноги без синяков и царапин, а волосы аккуратно причесаны.
Настя не помнила, что бы она переодевалась и вообще чего-либо что бы намекало на такую резкую смену обстановки и одежды. Она предположила, что долго была без сознания и…. Но это все равно ничего не объясняло — как можно было оказаться в этом месте в совсем иной одежде после последних событий.
Девушка обернулась. За ее спиной была большая деревянная дверь в ретро стиле. Порикова решила взяться за ручку для того, что бы открыть ее. Она встала и потянулась рукой к двери. Но в этот миг девушка обнаружила, что это вовсе не дверь, а как бы обои, наклеенные на фоне облупленной стены.
"Блин, что за идиотизм?!" — буркнула Настя и обернулась опять в центр комнаты.
Справа из-за стены виднелась полоса света на ковре. Порикова решила выглянуть за угол. Там, в темном углу комнаты, виднелась настежь распахнутая дверь. За дверным проемом залитый светом коридор, в конце которого была еще одна открытая дверь. За ней серели очертания другого помещения.
"Я жду тебя!" — раздался женский голос из темных глубинок помещений перед ней, который шипящим эхом растворился, как показалось Насте, в каждом черном углу, который она видела.
Это не на шутку стрясло девушку. Обретенное спокойствие мгновенно растворилось, уступив место тревоге.
"К-к-кто з-здесь?" — дрожащими губами выдавила она из себя два тихих слова.
Но никто не отозвался. Мрачные стены ответили молчанием, а коридор перед ней загадочностью.
Порикова затаив дыхание, пошла вперед. Коридор, залитый светом, оказался совсем коротким. Он сменился на большой балкон, освещенный длинными дневными лампами с мутными окнами между бурыми колонами. У их правого края была лестница вниз — в большой зал. С другой стороны балкон был закрыт решетчатой дверью на замок. Настя, осторожно ступая, посмотрела в конец балкона. Там виднелась еще одна запертая дверь. Затем девушка попыталась рассмотреть, что ее ждет за стеклом. Но тщетно. Видно было лишь расплывчатые белые очертания.
Она подошла к началу бетонных ступенек короткой лестницы и замерла. Перед ней была большая душевая, обложенная белой плиткой. Слева, в другом ее конце, чернел перегороженный колонной проход вглубь. Вдоль противоположной стены тянулась серая труба. Начиная от угла лестницы, разместились в ряд ванные.
Настин взгляд только успел опуститься на ванные, как в ближайшую под непроглядную гладь воды, лег какой-то мужчина. Он скрылся — так, словно его там и вовсе не было. Это заставило сердце девушки дрогнуть. По Настиным ногам побежали холодные щупальца страха. Порикова покосилась назад. Потянулись секунды….