Читер
Шрифт:
Сделанные наспех баррикады были усеяны телами. Их уже успел присыпать снег, но было ясно, что здесь произошло нешуточное сражение. За баррикадами и брошенными наспех милицейскими машинами находилось невысокое здание силовой структуры. Оно было сильно изуродовано. За ним чернели высотки поверженного Крайтана.
Частный сектор на обочине города, походил на музей без экскурсоводов и посетителей. В некогда уютных коттеджах поселились пустота, страх и холод. Все было брошено нараспашку. На дорогах еще виднелись следы уехавших машин, которые спасли
Площадь в центре Крайтана напоминала огромную свалку мусора. Там, где раньше красовался небоскреб "Черное Золото", теперь был пустырь с торчащими в небо обугленными железобетонными блоками фундамента. Рядом была круглая воронка. Она была идеально ровно присыпана землей, без каких либо обломков на ней — коих на площади было неимоверно много. Дома, окружающее это место молчаливо тонули в темноте.
Город стал мертвым, темным и холодным. В его недрах явно таилось зло.
На обледеневшей и покрытой снегом крыше одной из высоток в мрачном мегаполисе, появился пар. Пар поднимался от снега, который начинал неспеша таить. Вот образовалась большая лужа с изобилием испарений с нее. Вскоре почти весь снег на крыше растаял, образовав причудливое озеро с дымкой тумана над ним. В озере, затаив дыхание, отражалось утреннее небо.
По глади воды разошлись от центра волночьки. В следующий миг из воды восстала женщина с длинными черными волосами. Она, молча пошла к краю крыши, грациозно ступая по воде. Струйки воды стекали по ее волосам и пальцам. Город тихо следил за ней с соседних небоскребов.
Оказавшись у края крыши, женщина приподняла голову к небу. Мокрые черные косы закрывали ее лицо, но даже сквозь их было видно черную бездну в ее глазах.
"Пусть достойные вновь обретут жизнь", — негромко сказала она и подняла ладони в стороны на уровень плеч.
В небе разразился гром. Послышался слегка свистящий шум, который неуклонно нарастал. Ровное как геометрическая фигура покрывало дождя опустилось на крышу, где стояла женщина, окутав ее со всех сторон. Дождь крупными каплями врезался в крыши домов и понесся к заснеженному асфальту на улицах, забарабанив по встречным поверхностям.
За тонкими стеклами комнаты для охраны Крайтанского морга гремел гром и лил сильный дождь. Лет сорока мужчина в форме дремал в кресле за столом. На его ногах лежал открытый журнал.
Он проснулся от очередного раската грома и посмотрел за окно.
— А, черт, не снег так дождь! — выругался охранник.
Он положил на стол журнал и подошел к окну. Там бушевала непогода.
— М-м-мда, — проронил он.
Мужчина отвернулся от окна и посмотрел на электронные часы на запястье. Пять сорок семь — показывали они.
"Странно, — подумал охранник, — я так долго спал и никто меня не тревожил. Неужели ночь в городе была без жмуриков?"
Он подошел к включателю света и нажал его. Но свет в комнате так и не появился. Вместо этого молния осветила помещение.
— Черт, —
Мужчина подошел к старому шкафу и, открыв дверцу, достал с полки большой фонарь. Положил его в боковой карман куртки. Затем достал и подкурил сигарету. После закрыл шкаф и подошел к двери в коридор. Возле двери он остановился, делая большую затяжку.
Охранник вышел в длинный коридор, светя перед собой фонарем и дымя сигаретой. Окна были только в противоположных его концах, потому было достаточно темно. Но темнота для сотрудника этого заведения была лишь маленьким дополнением к ужасной вони формалина, которой было пропитано почти все здание.
Мужчина шел вперед. Он хотел найти электрощитовую и попробовать включить свет. Шум дождя в коридоре был сильно приглушен, только молния сверкала, словно стробоскоп в обоих его концах, отражаясь в положенных белой плиткой стенах и на полу.
Вдруг охранник услышал негромкий плач. Его сразу же сильно насторожило. Звуки плача доносились из-за толстой двери в хранилище прямо перед ним. Мужчина выкинул сигарету на пол и быстро затушил ее подошвой ботинка. Он подошел к двери и хотел крикнуть "Кто там?", но передумал. Вместо этого он достал вязку ключей из нагрудного кармана и принялся открывать тяжелую металлическую дверь, удерживая фонарь левой рукой. От каждого поворота ключа дверь громко щелкала.
Охранник, наконец, открыл замок. Он со скрипом петель распахнул дверь и устремил свет от фонаря внутрь хранилища. Луч пробежал по грязной плитке на полу и уперся в стоящую перед ним босиком с бирочкой на большом пальце правой ноги темноволосую девушку с вьющимися волосами в белой хирургической накидке. Это была Оксана! Мужчина вспомнил, что им сегодня к вечеру доставили тела погибших на кладбище подростков, одним из которых была Оксана. Еще врач ему хвастался: "Хочешь посмотреть на молодое девственное тело? Оксана зовут".
Заплаканные глаза девушки смотрели прямо на охранника. Слезы, как горошины блестели на ее щеках при свете фонаря.
— Скажите, зачем? Зачем? — говорила она навзрыд. — Зачем вокруг столько зла? Мне было так больно! Кто в этом виноват?
Оксана сложила руки на животе так, словно хотела закрыть какую-то рану и двинулась на остолбеневшего в ужасе мужчину.
Охранник выронил фонарь. Тот со стуком упал на пол, обратив помещение во мрак.
Над домами шумели боевые вертолеты.
Группа военных, держа под прицелом все, что попадалось в поле зрения, осторожно передвигалась по улице. По их каскам, надетым на большие противогазы, барабанил сильный дождь.
— Капитан, — обратился по рации один из вояк.
— Чего тебе, Серно, — ответил капитан, который находился в медленно ползущем за группой бронетранспортере перед множеством мониторов.
— В этом секторе все чисто. Никакой активности. Никаких зомби — только трупы.
— Ну что ж — трупы так трупы. Заканчивайте осмотр.