Чпр 3
Шрифт:
Я уничтожу любого, кто встанет на моем пути. Это я понимала отчетливо. Так же, как понимала, что здесь все сейчас просто начнет взрываться. Температура запущенного мной в помещение пламени превратила лабораторию в недра готового вот-вот извергнуться вулкана. Те, кто не успел разбежаться, блокировали двери своих отсеков.
Дети, к счастью, понятливо бежали впереди, я шла, даже не пытаясь справиться с пламенем, которого становилось все больше, больше и больше. Оно стекало с моих пальцев, не причиняя вреда мне, оставляя шипящие дорожки за моей спиной.
«Бен, пожалуйста, появись, —
Панель, блокирующая крышку люка и нашу свободу, лопнула под моими пальцами. Я толкнула тяжелый металл так легко, будто это было облачко, кивнула детям.
— Давайте наперегонки. Кто быстрее.
Упрашивать Роа и Риа не пришлось, они карабкались так быстро, как могли. Роа помог сестре выбраться, первым оказавшись на поверхности, и только тогда я вздохнула спокойно.
— Мам! Мам! — Сын вскинул руку на полыхнувший под ослепительным солнцем разрыв пространства. Из которого мгновенно вышел черный, невероятно прекрасный дракон и пошел на снижение. Даже так, почти полностью лишившись чувств, я могла чувствовать его.
Бен!
Облегчение, накрывшее меня с головой — все равно, все равно, что бы теперь ни случилось, сменилось визгом Риа. Вслед за мной из лаборатории выбрался муж Эли-Эн. Клубы дыма, поднимающиеся из открытого люка, явно говорили о том, что этой лабораторией вряд ли кто-то еще воспользуется.
— Ты убила мою жену! — завопил иртхан. — Ты и твои выродки, вы все сдохнете!
Я вскинула руку одновременно с ним, с пальцев сорвалось пламя, что-то полыхнуло перед глазами. Я увидела крохотный на первый взгляд шарик, который бросил муж Эли-Эн. Он раскрылся, разорвался, разбрасывая вокруг себя сотни смертоносных осколков.
Я успела только закрыть детей собой, когда боль ужалила сердце, и небо с землей поменялись местами. Я попыталась накрыть грудь рукой, но пальцы были слабыми, и я ткнулась ими в торчащий из нее осколок.
Услышала крики близнецов.
Почувствовала, как ветром с меня сдувает пламя.
Не ветром… ударами крыльев Бена, который уже спустя миг оказался рядом со мной. Он что-то говорил, но я не слышала, я только тянулась из последних сил увидеть Роа и Риа.
— В порядке…. С ними все в порядке? — прошептала на выдохе, чувствуя, как жалящая боль в груди усиливается.
— С ними все хорошо, Аврора.
— Мамочка! — рядом нарисовались две любимые мордашки.
Это было единственное, что мне нужно знать.
Я рухнула в темноту с улыбкой, потому что знала, что я защитила своих малышей.
Я их спасла.
Глава 30
Черное пламя Раграна
Все эти дни он отчаянно мечтал их увидеть. Настолько, что безумно хотелось плюнуть на всю конспирацию, на наблова Кроунгарда и на план по его захвату без потерь. С минимальными потерями. Как там это звучало. Бен так отчаянно стремился к ним, что временами начинал думать о том, что ему действительно не стоит возвращаться на пост правящего. Потому что уже сейчас он готов был выбрать
И он ведь выбрал. Он вернулся в Рагран.
Вчера.
Чтобы хотя бы так быть к ним ближе.
Чтобы спустя меньше чем через сутки узнать о том, что его сестра — хотя какая она к наблам ему сестра — утащила его детей, и что Аврора прыгнула за ними прямо в раскрытый разлом высотки.
Какое-то время творилась такая неразбериха, что вообще было непонятно, жива она или нет. Просто потому, что долгая блокировка, попытки отрезать ее от себя даже во внутренней связи привели к этой ментальной слепоте и глухоте: он в самом деле перестал ее чувствовать. Черное пламя исполнило его желание заблокировать их канал связи, и когда это случилось, он, имеющий все ресурсы мира в распоряжении, ощущал себя глухим, слепым и бессильным. Потому что обернувшаяся глубоководным драконом Эли-Эн исчезла сразу же, «включила» этот наблов режим невидимости.
Ему доложили о визите сестры, и он приказал ее пропустить. Потому что до последнего верил в семью и в то, что могло получиться. Могло бы получиться: особенно теперь, когда у него есть Аврора и дети. Ее племянники.
Спустя несколько минут нашлись записи с дронов и видеокамер, на которых стало понятно, что Аврора успела зацепиться за дракона, и стало чуть полегче. Немногим, потому что «режим невидимости» не позволял обнаружить, куда они вообще направляются. Потом в районе пустошей обнаружился колоссальный выброс энергии, который идентицифицировали как всплеск волн при открытии телепортационного кольца, и все стало еще непонятнее. Поднятые на позиции боевые флайсы и со стороны пустошей и со стороны города, все, кто готовились ко встрече драконов, случись Кроунгарду успешно воспользоваться нейросетью, оказались бесполезны.
А потом он услышал ее крик.
Этот крик, полный такой мольбы, от которой все внутри сжалось пружиной.
— Она в Фияне, — бросил он вальцгардам, чувствуя, как его сила начинает раскрываться из сердца драконом.
— В Фияне?
— Граница Фияна с Лархаррой.
Успев это сказать, он совершил примерно то же самое, что и Аврора, только с поправкой на то, что хвататься ему было не за кого. Прыжок с балкона и оборот — мгновенный и гораздо более легкий, чем первый: его просто охватило пламя, и вот уже тело трансформировалось в драконью мощь, а за спиной раскинулись крылья.
Она была далеко, очень далеко, сейчас он ощущал это отчетливо как никогда, и ему, и даже всем готовым спецслужбам и военным иртханам мира нужно было время, чтобы туда добраться. А он не успевал, он чувствовал это на уровне звериных инстинктов, и из горла рвалось рычание вместе с болью и пламенем, когда вдруг пространство перед ним разорвалось. Тело раскалилось, как металл в плавильне, и он оказался в пустыне, на том самом стыке песков с океаном, а после почувствовал и тут же увидел их.
В этот раз оборот определенно был другим, потому что сейчас он ощущал себя иртханом в зверином теле, сознание не уходило, не растворялось в сильнейшем пламени и в звериной сути. Он устремился вниз, к ним, к ней и к своим детям, когда полыхнула вспышка осколочного снаряда.