Что, если...
Шрифт:
– Что, так заметно?
– Ты побледнел немного, – поясняет она и под дребезжание лифта берет меня за руку. – Мы должны помочь им вспомнить.
– Что вспомнить? – спрашиваю я, пока она ведет меня дальше по коридору.
– Что они дети. Что бы им ни пришлось пережить, все равно они еще дети.
Я смотрю в ее мерцающие глаза и киваю. Не то чтобы я не люблю детей. Просто раньше никогда не имел с ними дела, поскольку вижу ребятишек от силы пару раз в год, когда родственники к нам съезжаются.
Я
Мы проходим еще через один коридор, и Ниель открывает стеклянную дверь с надписью: «Клиника „Ши“. Амбулаторное обслуживание». Придерживает ее передо мной. Стоит нам шагнуть за порог, как меня оглушает шум: дети переговариваются, смеются, младенцы ревут, видеоигры пищат, из телевизора доносятся голоса мультперсонажей.
– Привет, Мэдди, – говорит Ниель женщине за столом администратора – на ней медицинский халат, весь в улыбающихся снежинках.
– Привет, Ниель, – весело отвечает Мэдди и переводит взгляд на меня.
Я делаю вид, что случайно здесь оказался, изображаю полнейшую невозмутимость. Но по озабоченному лицу этой самой Мэдди понимаю, что она видит меня насквозь. Наверное, все дело в каплях пота, что выступили у меня на лбу.
– Ниель! – За столом появляется коротко стриженная рыжеволосая женщина. – Я так рада, что ты пришла. Дети уже спрашивали про тебя.
– Привет, Роуз, – отвечает Ниель. – Познакомься, это Кэл. Тот парень, про которого я вам говорила, он будет мне помогать: Элейн сегодня прийти не смогла.
– Ну конечно! Добро пожаловать, Кэл! – приветствует меня Роуз. – Тебе придется только сначала заполнить несколько бумаг, и еще мне нужна копия твоего удостоверения личности.
– Конечно, – отвечаю я и бросаю быстрый вопросительный взгляд на Ниель. Отдаю Роуз свои водительские права, и она уходит с ними в боковой кабинет.
– Элейн раньше работала тут медсестрой, – поясняет Ниель. Это не совсем то, о чем я хотел спросить. – И теперь приходит бесплатно помогать раз в неделю. Я уже два месяца вместе с ней хожу.
– Ясно, – отвечаю я. – А что мы все-таки будем делать, Ниель?
Но не успеваю дождаться ответа.
– Вот, – говорит Роуз и протягивает мне папку. – А это ваши волонтерские значки. Когда закончишь с бумагами, отдай их Мэдди и можешь проходить. Спасибо тебе большое, что решил нам помочь, Кэл!
– Не за что, – отвечаю я, не вполне представляя себе, что подразумевает мое волонтерство.
Вдруг из комнаты дальше по коридору раздается оглушительный вопль, и я весь каменею.
– Дети не слишком любят уколы, – поясняет Мэдди, заметив мою реакцию.
– Я их тоже не люблю, – отвечаю я и чувствую, как кровь отливает от лица.
– Я буду вон там, – говорит Ниель
Я киваю.
– Ниель! – слышу я радостные детские голоса, когда она подходит.
Я подписываю последний документ и отдаю папку Мэдди.
– Спасибо.
Прохожу мимо родителей, коротающих время за чтением, мимо мальчишек с игровой приставкой. Останавливаюсь в нескольких шагах от стола и смотрю, как Ниель раскладывает на нем что-то – кажется, какие-то принадлежности для поделок.
– Дети подсознательно чуют страх, – говорит у меня за спиной медсестра, и я резко оборачиваюсь.
Вот ведь влип!
Ниель оглядывается:
– Ты идешь?
Я приближаюсь с опаской, чувствуя себя здесь чужаком. И, судя по странным взглядам детей, они тоже видят во мне чужака.
Ниель берет меня за руку и подводит к столу:
– Они не кусаются… обычно.
Кто-то смеется. Я оглядываюсь и вижу мужчину с маленьким мальчиком на коленях. Он опускает глаза и старается скрыть улыбку. Только этого еще не хватало.
– Ты кто? – На меня смотрит снизу вверх девочка – у нее не хватает двух передних зубов, а лысая голова повязана разноцветным шарфом. Она держится за какую-то металлическую конструкцию, и какой-то аппарат гонит прозрачную жидкость по трубке, уходящей под розовый свитер.
Я открываю рот, но не издаю ни звука. Хорош, нечего сказать: маленькой девочки испугался.
– Это Кэл, – говорит Ниель. – Он немного стесняется. – Она улыбается мне, и я закатываю глаза.
– Привет, – наконец говорю я девочке. – Как тебя зовут?
– Талли, – отвечает она. – Мне уже шесть лет.
– Что мы сегодня будем делать? – спрашивает кудрявый темноволосый мальчик. От него не тянутся трубки ни к какому аппарату. Он подозрительно разглядывает лежащий на столе розовый цветок. – Только не эту девчоночью фигню. Меня стошнит.
– Вот что мы будем делать. – Ниель достает из пакета меч. Лезвие оклеено фольгой, а рукоятка украшена пластиковыми цветами. По всей длине лезвия идут наклейки-сердечки. – Не волнуйся, Джейкоб. Тебе вполне можно обойтись и без цветочков. – Она улыбается мальчику. – Хотя, по-моему, они очень даже красивые.
– Фу! – восклицает он.
Это напоминает мне Рей в детстве, и я смеюсь.
– А для принцесс у тебя что-нибудь есть? – спрашивает девочка с такими огромными голубыми глазищами, каких я еще никогда не видел. Из-за маленькой лысой головы они кажутся еще больше.
– У принцесс тоже бывают мечи, – говорит Ниель и садится на синий стул рядом с ней.
Девочка смотрит на нее с недоумением.
– А как же принц? – Она переводит взгляд на меня. Я удивленно таращу глаза. – Разве ему не нужен меч, чтобы тебя спасти?