Что скрывает темнота...

Ан Тая

— Как ваша рана? — Вкрадчиво, с придыханием поинтересовался Диррк, когда Ниль удачно-случайно наступил ему на ногу.

— Благодарю, все давно зажило, — глаза Ниля устало закатились, пока партнер, обходя в танце, не видел его раздраженного лица.

Унылая музыка, вызывающая липкую сонливость, становилась громче, глаза гостей вечера блестели ярче в предвкушении, и Нилю делалось все тревожнее с каждой секундой. Наконец, как только танцующая толпа замерла, повернувшись к центру, где был виден торжественный и какой-то подозрительно злой правитель, юноша не выдержал.

— Мне нужно выйти, — выдавил он тихо.

Его спутник слегка разочарованно кивнул,

и, ухватив его за руку, потащил к выходу, огибая замершие в ожидании чего-то пары. Оказавшись возле уборной, Диррк жестом пригласил Ниля внутрь, всем видом демонстрируя, что намерен его дождаться. Тот коротко кивнул, и юркнул в помещение, не запирая дверь. Но место вовсе не интересовало его по прямому назначению. Оказавшись внутри, юноша огляделся, с удовлетворением заприметив небольшое окно, ведущее на противоположную от двери сторону. Как раз для его комплекции. Более крупный Диррк вряд ли смог бы преследовать его тем же путем. Выбравшись через окно, Ниль бесшумно обошел небольшое здание, и осторожно выглянул из-за угла. Белобрысый все еще караулил дверь, в нетерпении притоптывая ногой. Ниль усмехнлся, и принялся ждать.

Спустя несколько томительных минут терпение его спутника лопнуло, и тот вошел внутрь. Тогда Ниль проворно выскочил из-за угла, и захлопнул внушительную дверь, задвинув на его счастье тяжелый и прочный засов. Одновременно с падением засова в дверь с той стороны ударилось что-то тяжелое настолько, что с внешней стороны образовалась видимая выпуклость. Ниль вздрогнул, тревожно наблюдая, как крепления двери к косяку жалобно заскрипели. Не тратя больше ни секунды времени, он развернулся, и со скоростью пули бросился прочь. Лоррх Меар уже ждал его на корабле.

*

— Ну вот. — Сбоку раздался флегматичный тяжкий вздох, — сейчас снова начнется этот фарс.

— Фарс? — Непонятливо оглянулась я.

И правда, в зале что-то происходило. Многочисленные гости выстроились в шахматном порядке по всей площади залы, образуя сложный узор из множества парных фигур. И сам правитель был в центре этого человеческого многообразия. Вокруг него образовался небольшой круг свободного пространства, выделяя таким образом его со спутницей среди остальных. Римм стояла напротив Реорхарда, держа свои руки в его, и мягко улыбалась непривычной моему взгляду улыбкой.

Тягучая музыка стала глуше, свет также уменьшил свою яркость, и десятки пар под моим балконом как по команде, синхронно прильнули друг к другу. Я переводила глаз с одной на другую, и не могла понять, что происходит. Вот ближайший к балкону мужчина мягко целовал свою партнершу в шею, еще один, рядом с ними, прижался губами к запястью своей спутницы.

Не в силах осмыслить происходящее, я взглянула на своего собеседника, и едва не отпрянула. Его глаза алели, а оскаленные клыки намекали, что я ошибалась, и то были вовсе не поцелуи. Я нашла глазами Кири. Ее спутник опустился на одно колено, подставив подруге шею, чем та и воспользовалась, обхватив его руками за плечи. Мое тело сотряслось от мелкой неприятной дрожи. Кровопийцы…

Я до боли сжала похолодевшие пальцы, не в силах оторвать взгляд от праздничного пиршества. Правитель и горничная так и стояли напротив друг друга, и с ее лица никак не сходила глупая улыбка. Мне отчего-то вспомнились его слова о том, что лучше быть только с теми, кто тебе по вкусу. Теперь я как нельзя поняла, о чем шла речь. Реорхард не спешил. Он освободил свои руки, чтобы положить их ей на плечи, и медленно развернул девушку спиной к себе. Теперь я видела и его лицо тоже. Мужчина с холодной решимостью плавно наклонялся

к оголенной шее Римм. Та пылала. Я видела, как тяжело вздымается ее грудь и трепещут ресницы. Вот уж где предел мечтаний, — подумала я с печальной усмешкой. И всетаки голод сильнее убеждений, да, Рео?

В ответ на мои мысли я услышала лишь глухое рычание справа, и подумала, что все же стоило убраться отсюда от греха подальше. В воздухе витал густой и соленый аромат крови, от которого сносило голову моему и без того кровожадному соседу. Я решила, что не желаю на это смотреть.

Уже отвернувшись, я подумала, что было бы, не плесни в меня Римм тогда липкой отравой? Неужели на ее месте сейчас была бы я? Меня невольно передернуло от подобной перспективы. Возможно, Римм, и все эти люди не в себе? Я помню, как они торопились, спеша убраться с темнеющих улиц… Они боялись темноты. И вряд ли добровольно явились бы сюда, кто знает? Кири говорила о беспрецедентном даре убеждения, коим владел Рео. Мог ли он заставить людей прийти на это празднество-пиршество, применив свой дар? Что-то мне подсказывало, что мог. Ведь я и сама толком не помнила, как получила свои царапины.

— Уже уходите, лоррие? — Прорычал сосед.

— Да. Мне кажется, я увидела достаточно. — Я оглянулась, с чувством непонятной жалости взглянув на чужие ладони, обнимавшие шею Римм, и мысленно скривилась.

Но в следующую секунду, такую медленную, и тягучую, я не поверила своим глазам. Его смуглые пальцы сжались вокруг ее бледной шеи, и одним резким движением голова девушки дернулась в сторону, неестественно вывернувшись. Римм с выражением обидного детского удивления на лице осела к ногам правителя, и повалилась на бок, вопреки ожиданиям, не проронив ни капли крови. Я ахнула.

— А это что-то новенькое, — констатировал мой собеседник, с интересом вглядываясь в толпу.

Я застыла столбом, не веря происходящему. На моих глазах только что убили человека. Тот самый человеколюбивый правитель, которого мне минуту назад так непосредственно рекламировали. Римм была мертва, в этом не было сомнений. И Реорхард, все также холодно и отстраненно перешагнул через тело, брезгливо вытирая руки темным платком из нагрудного кармана.

Музыка звучала громче. Эрсиорхи постепенно отлипали от своих жертв, как насытившиеся пиявки. А их жертвы, живые, но бледные и невероятным образом довольные, только слабо и счастливо улыбались в ответ. Я задохнулась от ужаса, медленно, неосознанно отступая к лестнице. Я должна бежать, бежать подальше от этих монстров. В висках болезненно стучало, и я совсем забыла, что за мной наблюдают.

— И далеко собрался, светлячок? — Я недоверчиво перевела взгляд на источник звука.

Фигура незнакомца выплыла из тени колонны, и тут же плавно перетекла в тень, трансформируясь, засверкав уже знакомыми рубинами глаз.

— Я здесь, и все еще голоден.

Бежать!

И куда только подевалась моя недавняя слабость?

Резко развернувшись, я ловко подхватила шлейф и метнулась к выходу. Никогда в жизни я не бегала так быстро, ноги несли меня по лестницам и переходам, не чувствуя усталости. Благо, что я так и не смогла затянуть корсет как следует, иначе далеко убежать бы не вышло. Но мой преследователь и не отставал. Периодически оглядываясь, чтобы оценить расстояние, я с досадой замечала его фигуру неподалеку, и слышала негромкий, пробирающий до костей, смех. Киран развлекался. И право, с чего ему было горевать. Я понимала, что бежать от него мне было некуда, как и негде было спрятаться. Но одна обнадеживающая мысль всеже ненавязчиво вертелась в голове.