Что скрывает темнота...
Шрифт:
Рамка портала приветственно моргнула голубым в ответ на мое осторожное касание.
— Тиали… — Я нехотя обернулась. Реорхард стоял на том же месте, и свет портала двумя голубоватыми светляками плясал в его настороженных глазах. — Я буду ждать.
*
Так странно было вновь испытать это чувство невесомого падения в бездну. Благо, оно было совсем недолгим. Неуклюже вывалившись из собственного портрета и резко ослепнув от внезапно яркого света, я обессиленно опустилась на пол. Было холодно, очень холодно. Проморгавшись, привыкая к свету, я открыла глаза и огляделась. Одновременно с этим мне в спину с размаху ткнулась
В комнате почти ничего не изменилось. Все те же потертые занавески колыхались у приоткрытого окна, пустая клетка на подоконнике, и пыль, много пыли. Пыльное облачко, поднятое мною, сбежало, невесомо укатившись под кресло. Нос непроизвольно сморщился, и я чихнула. Очевидно, в мое отсутствие ни одна живая душа не удосужилась заглянуть сюда с целью уборки. Я поднялась, и закрыла окно, поежившись. М-да, за то недолгое время, что я пробыла на Каменном острове, я успела привыкнуть к тамошнему климату, и повсеместной чистоте. А к хорошему привыкаешь быстро.
В окне белел знакомый до боли зимний пейзаж, все те же сонные деревья замкового сада, узкие утоптанные дорожки… Итак, у меня было всего несколько часов, чтобы разобраться во всем. Двенадцать часов до того, как за мной придут. Времени было много, и не было совсем. Я мельком оглядела себя в зеркало и усмехнулась. Если сравнивать с портретом, то изображения значительно отличались. На картине я была спокойной, уверенной, с аккуратно уложенными волосами и без лишних украшений, а в зеркале… растрепанные волосы, измятое платье, затравленный взгляд, и кулон. Я мягко коснулась маленького рубинового шарика на витиеватой цепочке. Он отозвался легкой пульсацией, а может, мне всего лишь показалось?
В замке царила непривычная тишина. Набросив теплый плащ, я вышла из комнаты. Пыль и мелкие камешки неприятно захрустели под подошвой. Я поморщилась. Совсем распустились в мое отсутствие. Кое-кого ждал строгий выговор за неисполнение обязанностей. Но пока что Белый замок грустил пустой и одинокий, пах пылью и выглядел совсем…нежилым. Безлюдные коридоры, лестницы, пролеты, кухня, кабинет Алексиана, главный зал… нигде не было ни души. Заглядывая в каждую комнату по очереди, в каждый закуток, я не обнаружила никого. В ближайший час я обошла замок вдоль и поперек, но обитатели покинули его в полном составе, как и многочисленные прежде гости. Пусто и холодно.
Большие замковые двери были распахнуты настежь, впуская морозный воздух. Снаружи также не было никого. Двор и сад дышали тишиной. Только сугробы блестели на солнце, да легкий ветер сдувал снежинки со стылых веток. Прежде я бы с удовольствием прошлась по безлюдному саду, спокойно вдыхая свежий морозный воздух и любуясь монохромными видами зимнего сада. Но сейчас все это казалось крайне неуютным. Где же все?
Непроверенным оставался лишь подвал Северной башни. Вдоль ведущей к его входу лестницы палиатрисовые светляки давно погасли в ожидании подзарядки. Они не отзывались даже на теплые прикосновения, которыми я обычно успешно, хоть и ненадолго, пробуждала их к жизни. Тяжелая створка знакомо скрипнула, но я не стала заходить внутрь. Да и не смогла бы. Путь мне преградили красные плиатрисы.
Мои глаза расширились от изумления. В том, что это были именно минералы с острова эрсиорхов, не
Накинув теплый капюшон от ветра, я двинулась в город. Но и там меня ждала пустота. Вдоль широкой главной улицы стояли дома с распахнутыми настежь зевами ворот, наглядно демонстрируя полное отсутствие хозяев. Дорога не чистилась несколько дней, и на припорошенной земле четко выделялись мои одинокие следы. Я растерялась. Куда за несколько дней могли подеваться все несколько сотен тысяч жителей?
Остановившись на центральной площади, я озадаченно разглядывала пустынную улицу в поисках малейших признаков жизни. Как же контрастировала эта промозгло холодная пустота с оживленно живописной площадью на Каменном острове! Я вспомнила, как бежала, увлекаемая Кири, вдоль уютных торговых лавочек по мощеной гладкими камнями дорожке. Никогда не думала, что многолюдные улицы могут быть такими уютными, но там они были именно такими.
В памяти всплыла витрина с выпечкой, и я будто почувствовала эту волшебную смесь ванили, мяты, смородины и шоколада… В животе заурчало, и вдруг вспомнилось, что я долгое время ничего не ела. А запах между тем усиливался, становясь реальным. Я принюхалась. Действительно, пахло ванилью, чуть терпкой и горьковатой. Так пахли фиолели. Ветер доносил мой любимый запах откуда-то справа. Настолько непривычно было ощущать аромат этих цветов зимой, что я двинулась искать его источник.
Он обнаружился практически возле замка, для этого нужно было пройти весь огромный замковый сад и дойти до теплиц. Здесь даже в холодную можно было найти свежие цветы. Но не сейчас. Чем ближе я подходила, тем сильнее и горше становился аромат. А когда я достигла входа в главную теплицу, запах и вовсе стал невыносимо едким, практически режущим глаза.
Высокие стеклянные двери были непривычно распахнуты настежь. Сердце сжалось в нехорошем предчувствии, я вошла внутрь и огляделась. То, что раньше было моими любимыми цветами, стало уродливыми черными лужами, от которых и исходил этот невыносимо горький, с легким оттенком ванили, запах. Я села на дорожку и расплакалась. Все было не так. И началось это с той самой минуты, как я коснулась злополучного портрета. Хотя… прежде, чем искать причины, и виноватых, нужно выяснить все до конца. За спиной под чьими-то легкими шагами скрипнул снег, и я обернулась.
Знакомая фигура в темном капюшоне возвышалась надо мной, протягивая крепкую руку в перчатке. Я приняла ее и поднялась, поспешно вытирая мокрое от слез лицо.
— Приветствую, лоррие, — Негромко произнес Дриан, начальник карательной тысячи, вежливо склонив голову.
— Дриан… Здравствуй! Что произошло, где все? — Я сжала его руку, заглядывая в глаза, что светились из-под форменного капюшона.
— Идемте, я провожу вас, — этот мужчина никогда не отличался многословностью.
Развернувшись, он зашагал назад, к гравиплатформе, заметая собственный след кожаным плащом. С ноткой мрачного удовлетворения я отметила про себя неровную строчку на его широкой кайме.