Чудик
Шрифт:
— Остынь, Лёня. Тут рядом святое дело совершается, а ты — такие некрасивые слова. Ай-яй-яй! — спокойно сказал Николай и слегка толкнул буяна в сторону.
Тот упал.
— Ой, немножко не рассчитал. Извини.
Леонид вновь зло выматерился. Встал, отряхнулся и, пригрозив кулаком, пообещал отплатить обидчикам.
Пожилые сельчане осуждающе покачивали головами, а малыши смеялись вслед вожаку.
Лёню всего трясло от злости. Он скрежетал зубами:
— Этот смех надо мной дорого будет вам стоить. Я не прощу никогда ни
Так получилось, что с легкой руки Раи многие стали звать Серафима Чудиком.
— Да, да, такое нельзя простить. Особенно Чудику, — диктовал ему знакомый голос. К этому тайному советнику Леонид уже привык. Первые дни удивлялся: кто-то постоянно разговаривает с тобой и руководит твоими мыслями, особенно транслирует их по ночам.
Леонид четко засек, когда у него появился этот беззвучный голос. Да, это было после встречи с Комарихой, последней встречи. Старуха долго мучилась, ее кидало из стороны в сторону. Она упрашивала его:
— Возьми у меня! Возьми!
— Что взять?
— Дар мой, от бабки моей полученный. Возьми, ну, возьми…
Комариха пробовала дотянуться до Лёни. Наконец ей удалось скрюченными пальцами вцепиться в него.
— Ну, возьми, Лёнечка, возьми.
— Как взять?
— Лишь согласись, лишь согласись…
Он чувствовал, как какая-то невероятная сила сковала его. Да, ему хотелось получить доступ к тайным знаниям, к власти. Однако что-то сдерживало, даже противилось в глубине сердца. Он колебался. Но когда от мертвой хватки сжалась его рука, ему показалось, что назад дороги нет. Да и зачем? Он давно хотел стать избранником неведомых сил. И вот этот миг настал.
Леонид кивнул головой, прошептав:
— Я согласен.
Комариха показала на книгу, лежащую у ее изголовья и, слабея, проговорила:
— Вот она. Бери.
Леонид осторожно, как мину, взял толстый, почти рассыпавшийся по листкам старинный фолиант со множеством закладок и, прикрыв его полой, вышел.
Колдунья умерла у ту же ночь, а у Леонида тогда и появился тайный наставник, гид, указывающий ему пути-дороги, повелевающий им. Вот и теперь он услышал нашептывание:
— Николая опозорь, чтоб он носа в деревню не смел сунуть. И Чудика сделай всеобщим посмешищем. Пусти слух, что он любовник своей тети. Она же еще в самом соку. Вот тогда над его проповедями все будут потешаться.
Подкинь записку Семену, что пока он где-то пропадал, у его невесты, из-за которой он и угодил за решетку, появился молодой любовник. Уже в первые дни его приезда в ее доме рано гас свет и, как в башне у лермонтовской царицы Тамары, “странные, дикие звуки всю ночь раздавалися там”.
Да не тяни, не то Семен еще свадьбу сыграть задумает. А, прочтя записку, он, конечно, вспылит. Тут и очередной скандал. Чудика из дома вышвырнет, да и Тамаре достанется… Кроме записки, слушок пусти. Он мгновенно облетит деревню.
— Конечно, конечно, тянуть не надо. Уж много деловых развелось — Чудик, Николай,
Леонид написал записку и, пока еще было темно, бросил ее в почтовый ящик Семена.
Что же касается Николая, то…
Лёня свистнул Рыжего.
К дому Семена подходили односельчане. Их приветливо встречали либо сам хозяин, либо Серафим и приглашали зайти. При виде икон входящие, быть может, впервые за многие годы, крестились.
Беседу Серафима слушали внимательно. Потом спросили: что делать, если в деревне живет ведьма? Опасно ли это?
Серафим рассказал одну историю.
— В небольшом селе жил колдун. Все его боялись: вдруг поросята ни с того ни с сего подохнут, корова перестанет давать молоко, болезнь постигнет или разлад в семье случится. Вот и задабривали его, кто чем: то курочку принесут, то сала кусок, то яиц.
Безбедно жил чародей, пот в трудах не проливая…
Рассказывая, Серафим заметил стоявшего у дверей Леонида. Все повернулись в его сторону. Семен предложил Лёне пройти в комнату и сесть, но тот отказался и кивнул своей матери:
— Пойдем, не дойдешь до дома одна. — Дойду, дойду, Лёня. Если что, люди добрые помогут. — Поможем, поможем, — раздались голоса. — Ну, смотри, — процедил он и сделал вид, что направился к выходу, но приостановился, слушая. — И вот, — продолжал Серафим, — поселилась в этой деревне целая семья. Колдун шепнул соседке: —Скоро они свои шмотки собирать начнут. Запомни мое слово!
Соседка, конечно, разнесла об этом по деревне. Все наблюдают: что будет?
Проходит неделя, месяц, два, полгода, а семья курочек, поросяток, кроликов разводит. Деревья сажают. Время идет, а новоселы никуда не собираются, даже корову приобрели.
Спрашивает колдуна соседка:
— Что ж ты? Обещал приезжих выставить, а они живут припеваючи. Или сила твоя ослабла?
Тот простодушно признался:
— Ничего не могу с ними поделать: в доме у них иконы, на груди у каждого крест. День с молитвы начинают, на ночь молятся, Евангелие читают. Без благословения на улицу не ступят, дела никакого не начнут. В магазине в очереди и то молитву шепчут. Как к ним подступиться?!
На ваш вопрос сами себе ответьте: стоит ли колдунов бояться или лучше с Богом жить?
Все удовлетворенно зашумели и стали записываться на освящение домов. Когда Ленина мама попросила включить ее в список, Серафим призадумался: он знал, что в их доме хранится колдовская книга Комарихи, да и как отнесется к этому Леонид? Однако он все-таки записал ее, а всем сказал:
— Проверьте, нет ли у вас чего-нибудь, оскорбляющего Господа, с домашними поговорите. Дело не только в том, чтоб избу окропить. Душу надо приготовить к встрече со святыней. А то как бы греха не случилось. Тому, кто к колдуну ходил, надо об этом на исповеди священнику покаяться. Да, все ли крещеные?