Чудо
Шрифт:
– Нет, мам, пожалуйста, не надо! – отговаривала я, притворно сиплым голосом. – Это всего лишь обыкновенная простуда. Пару дней полежу дома и буду как новенькая.
– Детка, я буду переживать, что мы здесь веселимся, а ты там одна…
Я открыла было рот, чтобы сказать, что ничего я не одна, но вовремя остановилась: родные не знали о приезде Тома, для всех это должно было стать, но так и не стало сюрпризом.
После моего признания, после того, как Том отнёс меня наверх в спальню, где мы снова любили
Именно для этого я нагло врала маме, а Том на первом этаже звонил в авиакомпанию, чтобы купить мне билет на тот же рейс, каким он возвращался в Нью-Йорк.
– Мам, всё будет в порядке. Я просто хочу отдохнуть, а в Неваде это сделать не получится. Да и девочек боюсь заразить.
– Малышка, я вернусь одна.
– Ага, и оставишь всю эту компанию на Джулию и миссис Картер? Брось, мам!
– Да уж, - в её голосе появилось сомнение. – Это было бы не очень красиво. Но я всё равно хочу увидеться до отъезда. У тебя уже есть обратный билет?
– Эм-м… - Ей вовсе не обязательно знать, что этот вопрос сейчас как раз решается. – Есть. На двадцать восьмое.
– О! Так скоро! Я думала, ты проведёшь с нами новогоднюю ночь, - почти заплакала мама. – Тогда я точно приеду.
– Чтобы на следующий день уехать обратно? Не глупи. Увидимся через пару месяцев на вручении дипломов. Вы же приедете, да?
– Приедем, детка. Обязательно приедем.
– Вот и решено. Я люблю тебя. Передавай привет папе и всем-всем.
Мы договорились, что сегодня ещё неоднократно созвонимся, и, надавав кучу советов по лечению
и взяв с меня клятвенное обещание хорошо есть и побольше спать, мама повесила трубку.
Ну, конечно же, спать мне не пришлось ни в эту ночь, ни в последующие.
Из аэропорта мы поехали к Тому домой. Когда такси въехало на мост, соединяющий город с Манхеттеном, я удивилась.
– Ты же вроде бы жил в Бронксе?
– На самом деле, я несколько раз переезжал, прежде, чем оказаться в Мидтауне. Это хороший район, и от работы близко. Тратить по три часа в день на дорогу нецелесообразно.
В эти дни мы много говорили: и о работе Тома, и о моей учебе, научной деятельности, дипломе. Говорили, стремясь найти в занятой мелочами жизни место для самого главного – для нас. Ничего конкретного мы пока не решили, но твёрдая уверенность, что наши жизни изменились, что мы теперь вместе, была.
– Красота какая, – восхищённо протянула я, подходя к стеклянной стене просторной гостиной-студии Тома на пятнадцатом этаже. Передо мной открывался завораживающий вид на ночной город.
Том бросил наши сумки у входа и, подойдя сзади, обнял меня за плечи. Огромный город лежал перед нами, освещённый миллиардами огней, с колышущимся
– Я люблю тебя, чудесная моя девочка. Пожалуйста, останься со мной. Здесь.
Вот и всё.
А разве нужно что-то ещё?
Мою квартиру было решено оставить. Я писала диплом и часто допоздна засиживалась в библиотеке. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. Машину я не любила водить, предпочитая общественный транспорт. Конечно, ничто не сравнится с комфортом собственного автомобиля, но стояние в бесконечных нью-йоркских пробках, когда можно спокойно в это время сидеть в библиотеке, воспользовавшись метро, выводило из себя. Да и не нужна была машина, когда я жила в двадцати минутах ходьбы от студенческого городка.
Тому нравилось бывать у меня. Он говорил, что чувствует себя здесь свободным. Общая расхлябанность моего жилища с кучей неразобранной одежды из прачечной, с холодильником, забитым полуфабрикатами, а главное, с непроходимым лесом книг, лежащих, стоящих, вываливающихся ото всюду, разительно отличалась от того, к чему привык Том. Перед глазами стояли белоснежные кружки для кофе, выстроенные в ряд в шкафу на его безупречной кухне. Хотя, в одном наши кухни были похожи – мы оба очень редко на них бывали. Открыв однажды его холодильник, я не удержалась от смеха: тот же набор из замороженных пицц и супов Кембелл.
– А ты не настолько идеален, как я думала.
– И что же меня выдало?
– Пицца и суп.
– Хм… Пицца и суп. Нормальный джентльменский набор, учитывая, что я редко ем дома.
– У идеального мужчины в холодильнике не должно быть ничего подобного.
Том вопросительно поднял бровь.
– А что, по твоему мнению, должно быть в холодильнике у идеального мужчины?
– Ну, в идеале, у идеального мужчины не должно быть холодильника. А если бы и есть, там только вино, сыр и пара охлаждённых бокалов в морозилке.
– Кое-кто насмотрелся фильмов про жиголо. Хотя, бокалы в морозилке – интересная мысль.
– В любом случае, готовить я люблю, и если мы будем оставаться дома вечерами, то эту гадость есть уж точно не будем!
– Не хочу, чтобы это стало для тебя чем-то обязательным, милая, но я совершенно не возражаю ужинать дома.
– Мне это будет в радость.
С каждым днём я всё больше и больше в него влюблялась. Том был моим первым и единственным мужчиной, и иногда мне казалось, что я перебарщиваю, что нельзя так сильно сосредотачиваться на ком-то. Жаль, что я ни с кем не могла об этом поговорить. Никогда ни перед кем я не раскрывала душу, близких подруг у меня не было, а с мамой на такие темы, полагаю, не говорят. Была ещё Джулия, но вряд ли она сказала бы что-либо вразумительное, узнай, с кем я встречаюсь.