Чужак
Шрифт:
— Я действительно на вас набросился, — признался бородач. — А почему?
— Ах… вы вот к чему клоните… — догадался Шерри.
— Вот именно! Так почему я набросился на вас?
— Потому что… — начал Шерри.
— Послушаем, послушаем! — подхватили присутствующие.
— Потому что, — повторил Шерри, — я пристукнул одного из ваших двоюродных братьев и подстрелил еще двоих.
После такого заявления в комнате раздались возмущенные восклицания.
— Слышали, что он сказал? — спросил Джек.
— Но это произошло
— Учтите, ребята, — продолжал обвинять Джек. — Они все четверо находились в одной хижине. Жили обособленно от остальной бригады, занимаясь лесоповалом. И вот в их хижине вспыхнула потасовка. Он утверждает, что уложил на месте одного из них, а двоих других ранил и обезвредил. Но те трое были далеко не дети. Я спрашиваю вас: разве могло так случиться, если бы он дрался по-честному?.. И не забывайте, этот тип только что продырявил еще одну голову…
Шерри быстро окинул взглядом окружавших его людей и увидел, что все они настроены к нему недружелюбно.
— Лично я не имею никаких претензий к этой залетной птице, — заявил бармен, — но, похоже, Джек дело говорит. Если собака кусается дважды… то это уже привычка.
Шерри попытался придумать, как ему лучше ответить, однако не нашел ничего подходящего.
И тут опять раздался спокойный голос Вилтона:
— Мне кажется, джентльмены, вы должны поинтересоваться, что произошло после стычки со стрельбой в лесной хижине. Удрал ли оттуда этот человек?
— Задали вопрос, — подхватил Шерри. — И вы, Джек, можете ответить на него. Убежал я оттуда?
— Нет, вы явились в лагерь и стали хвастаться содеянным, — отозвался тот, — распетушились.
— Позаботился ли я о тех двух ребятах, которых ранил, но не убил? — гнул свою линию Шерри. — Или бросил их истекать кровью, как вполне мог бы поступить?
— Вы заявились и начали бахвалиться, — заявил Джек, приходя в ярость от воспоминаний. — Прошу вас, ребята, взгляните на случившееся с точки зрения здравого смысла. Этот тип попался на месте преступления. Это не первое его убийство. И то, о котором я рассказал вам, тоже было не первое. Вот его револьвер! — Он выхватил кольт Шерри и высоко поднял его. — Здесь сделаны четыре зарубки. Скажите, Шерри, что они означают? — Джек немного подождал, потом сам ответил на свой вопрос: — А завтра их тут окажется пять!
Среди присутствующих раздался глухой ропот. Дело происходило уже после былого разгула беззакония, когда вооруженными бандитами скорее восхищались, чем осуждали их. На Дикий Запад проник закон, и вооруженные люди стали непопулярными.
Наконец Шерри громко произнес:
— Ребята, вас сбивают на ложный путь. Джек пытается загнать меня на дерево. Я скажу вам чистую правду, как на духу. В той истории не было абсолютно ничего недостойного белого человека. И это правда, так что помогите мне!
Его слова явно произвели впечатление на слушателей, в чем Шерри мог сам убедиться, глядя на лица присутствующих.
Но Джек не сдавался.
— Белый человек?! — воскликнул он. — А что еще вы можете сказать о себе?
Шерри понял, что загнал себя в угол, но все-таки ответил спокойным тоном:
— Я побывал в Мексике, ребята. И мне также пришлось пожить в Луизиане среди неспокойного населения. Вот, пожалуй, и все, что я мог бы сказать на эту тему.
— Для вас все выглядит довольно мрачно, Шерри, — произнес бармен. — Хотя лично я ничего против вас не имею.
— Для него все станет еще мрачнее, — не унимался Джек. — Для него все просто почернеет, когда мы с ним разберемся. Здесь вам не городишко болтунов, которым может что-то наплести ковбой или вправить мозги такой пройдоха, как Шерри! Он, между прочим, человек образованный. Много читает. Много знает. Почему он вообще покинул свой дом, хотелось бы спросить? А я вот что скажу вам: если вы познакомитесь с ним поближе, то увидите, что он острее красного стручкового перца!
Джек ловко нагромождал свои аргументы, и можно было наблюдать возраставшую враждебность толпы, но Вилтон опять вмешался, задав вопрос:
— Если он возвратился в лагерь, то как же ему удалось потом уехать оттуда без всяких осложнений?
— Осложнения были, — возразил Джек. — Но он прослыл любимчиком у хозяина тех разработок. Вот почему его пронесло. Возникло много неприятностей, но этот Шерри — один из тех вероломных проныр, которые всегда умеют снюхаться с боссом, будь он проклят!
Этот выпад произвел еще более сильное впечатление на окружающих, чем предыдущие.
— Допустим, — продолжал Вилтон. — Но хотелось бы услышать, что рассказывали обе стороны, когда в тот день добрались до лагеря.
— Молодые ребята, — отозвался Джек, — говорили, что сидели вечером за столом и играли в покер. Шерри проиграл и разворчался, как это свойственно неудачникам. Они осадили его. Тогда одной рукой он схватил деньги со стола, а другой стал стрелять, не дав им даже возможности выхватить свои револьверы.
— Ну, — протянул Вилтон. — А не кажется ли вам странным, что в такую, вроде бы правдоподобную версию не поверили?
— Потому что всем заправлял босс, и заправлял мошеннически, чтобы выгородить Шерри! — заявил Джек. — Нет большой разницы в том, с какой скоростью люди выхватывают револьверы, — разрыв всего лишь в доли секунды! Как мог один человек сразить троих, а сам не получил почти ни царапины?
Тут Шерри вспылил, потому что его терпение, которое он до сих пор держал под контролем, лопнуло: