Чужак
Шрифт:
— Почему бы вам не забаррикадироваться в вашем стальном ящике на эти десять дней? У вас же все имеется для осады.
— Это место для того, чтобы спать в относительной безопасности, — пояснил Вилтон. — Но полностью безопасных мест не существует. Предположим, однажды ночью ко мне в комнату забросят через какое-нибудь отверстие гранату с отравляющим газом?
— Они пойдут на все, чтобы вас достать?
— Абсолютно на все! — заверил Вилтон и неожиданно поднялся на ноги, впервые проявив подлинное волнение. — Мне известны люди, которые готовы заложить душу, только
Шерри кивнул. В последних словах Вилтона прозвучали истерические нотки, и Шерри неожиданно понял, что внешнее спокойствие хозяина этого странного дома было абсолютно напускным. Спокойная поверхность скрывала штормовые глубины.
— Ну что же, — подытожил Вилтон. — Я поведал вам столько, сколько смог. Что вы скажете на мое предложение, Шерри?
— Значит, тысяча долларов в день? — повторил тот. — И на эти же деньги мне надо подыскать партнера, а потом мы оба станем охранять вас… И как только приступим к работе, то сразу же сами превратимся в мишень для тех людей, которые охотятся за вами?
— От этого не уйдешь.
— Ну, — произнес Шерри, — деньги… и приключения… меня это привлекает.
— Вы беретесь за эту работу?
— Да.
Вилтон сел за стол и нацарапал письмецо. Потом встал и протянул листок погонщику скота, который прочитал на нем следующее:
«В Национальный банк в Риверсайде,
Мистеру X. А. Копли.
Дорогой мистер Копли!
Если через десять дней после этой даты я останусь в живых, то, пожалуйста, заплатите десять тысяч долларов Льюису Шерри. Если же я погибну, то уничтожьте эту записку. Искренне ваш
Оливер Вилтон».
— Годится? — спросил хозяин дома.
— Конечно, — ответил Шерри. — Когда мне прийти сюда?
— Можете приступить немедленно!
— Завтра утром мы перегоняем стадо. Но в девять утра я буду здесь вместе с напарником.
— Значит, я должен буду продрожать еще ночь, надеясь только на свою пару глаз, — пробормотал Вилтон. — Но полагаю, ничего другого мне не остается.
— Тогда я поехал на нашу стоянку.
— До девяти утра завтра?
— Буду здесь как штык.
— Доброй ночи, — пожелал ему Вилтон. — А если наш разговор не позволит вам заснуть, то не тратьте попусту время, почистите свое оружие, потому что оно вам безусловно понадобится.
Глава 8
Почти две тысячи кастрированных бычков, напуганные городом, шипением паровоза на железной дороге, крепкими заборами загонов для скота возле станции, заполнили Клейрок топотом и мычанием. Глядя на их хлестающие хвосты и прислушиваясь к трескотне сталкивающихся рогов, Пит Ленг сказал:
— Теперь, Малыш, когда мы работу закончили, если ты особенно не возражаешь, я оставил бы скот на попечение сторожей и смочил бы мои внутренности. Жажду, о которой ты распространялся вчера вечером, не сравнить с горящими углями и посеревшим пеплом моего нутра. Ну-ка, подскажи, где находится то злачное место, которое ты нашел…
— Забудь об этом, — прервал его Шерри. — Ты теперь готовишься к новой работе.
Пит
— Уж не перегрелся ли ты на солнце, дружище? Надеюсь, твои мозги не стали похожими на болтунью из яиц?
— В течение десяти дней ты даже издали не посмеешь взглянуть на спиртное, — предупредил Лю Шерри. — Будешь находиться все равно что в пустыне и благодарить Небеса за чистую воду, если она тебе встретится.
Пит Ленг закончил сматывать веревку и привязал ее куда надо.
— Ты очень скверно влияешь на меня, Малыш, — заметил он. — А теперь объясни, что ты от меня хочешь?
— Тебя самого. — И Лю пересказал ему все, что с ним приключилось в Клейроке.
О странной смерти Кеппера он уже поведал ему раньше, а теперь детально изложил свой разговор с Вилтоном, включая сделанное им странное предложение.
Выслушав его, Ленг поинтересовался:
— Так, и как ты все это оцениваешь, дружище?
— Трудно сказать, — признался Шерри. — За исключением того, что я уверен: мы туда поедем и к этой работе приступим.
— Ах, это ты уже знаешь? — пробормотал Ленг. — Тогда ты очень догадливый, но что за тип этот Вилтон?
— Откуда мне знать, — отозвался Шерри.
— Он не плут?
— Вполне может быть. Иначе сообщил бы мне, почему за ним охотятся моряки. Это несомненно.
— И это все, что ты можешь сказать? Знаешь, Малыш, этот тип может оказаться продувным скунсом, на это очень похоже. Возможно, он такой отвратительный, что питается вяленым мясом койота и заедает его на десерт иголками кактуса. Ты еще молод, Малыш. Поэтому не лезь поперек батьки в пекло и сматывайся из Клейрока, когда я уеду отсюда.
Шерри потряс головой.
— Что такое, Малыш? — нетерпеливо воскликнул погонщик скота. — Это — мошенническая затея. Этого Вилтона, возможно, пристрелят, а ты хочешь оказаться там, куда полетят пули? Не так ли ты представляешь себе это дельце?
— Но пять тысяч каждому и всего за десять дней, — напомнил Шерри. — Тебя что же, деньги не прельщают?
— Для меня это звучит как похоронная музыка, Малыш, — Ленг подогнал лошадь поближе и, потрепав Шерри по плечу, заявил: — В этом деле тебя притягивает не монета.
— А что же? Опасность? — ухмыльнулся Шерри. — Или, может, влечет возможность нахвататься свинца?
Пит Ленг натянул поводья, придерживая свою лошадь.
— Мне еще не приходилось видеть, чтобы парня такого высокого роста, такого размаха в плечах и такого красивого, как ты, Малыш, не сразили бы дамочки. Чем мужчины крупнее, тем к ним назойливее лезут девочки и прибирают их к рукам. Такой небольшой человек, как я, — Пит Ленг с сожалением оглядел свое жилистое тело, не достигавшее и шести футов, — такой невысокий человек, как я, — повторил он, — всегда наделен какой-нибудь неприятной чертой, которая, однако, спасает его от уймы неприятностей. При виде наживки умный волк решает, что западня ему ни к чему. Таков я, Малыш Лю! Но такой буйвол, как ты, всегда лезет напролом, попадает в сети и ломает себе обе ноги в коленках.