Чужак
Шрифт:
Я погладил шею мчащегося Пушка. Были видны уже стены города. Вот в чем преимущества драка. Отвезет, привезет и беспокоится за него во время отсутствия совершенно не надо. Мелочь он убьет с удовольствием, а от опасной твари будет отбегать, пока не появится хозяин, то есть я. Все отработано под стенами Белгора. Несколько раз там оказывались твари посерьезнее обычных вряков.
– Уже мелочи?
А то. И ты стал гораздо меньше мне надоедать. Все-таки "Я" не шиза, как мне кажется. Есть мысли по этому поводу, но лучше я их оставлю при себе. Привык я к нему. А сейчас я приеду в закрытую корчму. Но уверен, что внутри она будет полна знакомых. Хотя, какая это корчма, это охотничий клуб. Неформальный центр общения, куда ходят только свои и немногочисленные горожане. Проводят свободное время, обмениваются сплетнями и новостями. На Сатуме есть свой вариант магического телеграфа и даже газеты. Правда, довольно специфические. Раз в неделю, через портал осуществляется рассылка подписчикам информационных кристаллов. Учитывая, что все газеты принадлежат официальным властям, то найти там сплетни и жареную информацию невозможно. Факты и только факты. Мне такой подход очень нравится. Да и информированность таких вариантов "Известий" на высоте. Через две недели, после моего прибытия в Арланд, в очередном кристалле "Королевского гонца",
– Влад, – окликнул меня стражник с башни, – подожди.
– Куда я денусь. В погань уйду?
Стражник хмыкнул и скрылся. Я сегодня рановато. Хион еще не взошел. Придется поскучать в гордом одиночестве. Почти все охотники все в погани. Первая ночь после вздоха, как такое время можно пропускать. Уже завтра к вечеру Белгор будет полон приезжих и начнутся очередные каникулы. А у Керина начнется работа. Уже две недели он сидит на голодном пайке. Все железо, бывшее у него, он сжег в кузнице. А нового взять негде. Рядом с Белгором нет железных руд, а немногочисленные караваны и подавно железо не привозят. Новатор чересчур увлекся булатом*, когда увидел два месяца назад мой нож в деле. Я им тогда пробил череп вряка за воротами. Керин, наблюдая за моей тренировкой со стены, впечатлился. Дело было утром, делать ему было совершенно нечего, а тут такой подарок судьбы. На Арланде не знали или давно забыли про булатную сталь. Действительно, а кому до Смуты она была нужна? Металлургия была хорошо развита, а учитывая, что легирующие добавки и методы их получения не были тогда для гномов секретом, так вообще. Зачем пытаться делать абсолютно нетехнологичную сталь, затрачивая массу времени и усилий, когда легированная* сталь может быть почти такой же? Просто булат был лидером по совокупности свойств, а не по уникальности какого-то одного. Именно сочетание твердости, вязкости, ковкости, прочности, гибкости и так далее, делало его уникальным. Хотя и на Земле по булату были вопросы. Изобрести его практически невозможно. Нужно знать, что и зачем, и то очень трудно. Так, отвлекся. Меня это тоже заинтересовало. То, что металлургия была развита…. Так ключевое слово – была. Сейчас ведь не то. Многое потеряно. Осталась только передельная* сталь и смутные знания о лигатуре сплавов. Правда, гильдия горных мастеров, окопавшаяся в срединных горах, что-то сохранила. Но учитывая, что это была закрытая организация из вредных гномов, куда не брали никого, кроме своих клановых, то …Пришлось провести краткий ликбез. Я просветил малолетку по аносовскому способу литья булата. Дамасская сталь использовалась вовсю, но эксклюзив лучше. Что такое тигель* Керин знал. Осталось объяснить основы газовой цементации* и обработке полученного продукта при высокой температуре, особенности закалки и отпуска изделия. Именно изделия, а не изделий. Керин ошарашено смотрел на такого умного меня, бальзам на израненное сердце, загорелся и ринулся в кузню. Через пару дней, когда Керин получил первую партию и запорол, пришлось дать еще одни пояснения именно по охлаждению и химическому составу. Объяснил на пальцах слова цементит* и кристаллическая решетка. Через пару дней еще раз. С тех пор так и живем. Раз в несколько дней, юный гений отрывал меня от тренировок или волчиц, и тащил в кузню. Его энтузиазм я понимал. Везде был принят сварной* способ изготовления оружия, а тут такое и он свободен. Смертников нет, охотники поделок берут мало, скучно парню. Однажды, когда я уже сильно задолбался и предложил все бросить, он на меня посмотрел, как на врага народа и заявил, что если кто-то такое смог сделать, то и он сделает. Я сдался и снова принялся объяснять, почему надо очень осторожно работать молотом по горячей заготовке. Одного Керин не учел. Железо имеет очень пакостное свойство, при таком способе получения стали, заканчиваться. Закончилось оно и у Керина. Какое-то время он брал взаймы железо у Дорна, а потом и эта лавочка прикрылась. Заметив однажды нехорошие взгляды, бросаемые им на собственную готовую продукцию, я встал своей грудью на ее защиту. Мол, смертники скоро приедут, чем торговать будешь? И вообще, пора обсудить так долго оттягиваемый им разговор о партнерстве. Слава о прижимистости гномов, была сильно приуменьшена. Этот. Этот, как он себя называл – друг, оказался настоящим скупердяем. После двухчасового торга, я был вынужден опуститься со своих законных девяноста пяти процентов акций совместного предприятия, до каких-то жалких двадцати и принял на себя обязательство снабжать этого жмота сталью из погани. Ему, оказывается, времени своего жалко на всякую ерунду тратить. А в погани сталь хорошая. То, что ее еще нужно забрать у тварей, Керина совершенно не интересовало. Но я отомстил. Поднял его с одного процента и договор на поставку был заключен только до изготовления первого изделия, а дальше сталь не жги, если уже умеешь делать булат. Вот теперь первую партию этому сквалыге и отдам. Только отцу Анеру нужно в храм отнести, для очистки оружия от скверны. Кстати, тот еще церковник. Шестьдесят лет он является настоятелем храма Создателя в Белгоре и помимо этого имеет чин епископа Белгорской епархии. Вся территория королевства за Красной рекой входит в сферу его жизненных интересов. На поясе рядом с четками постоянно находится риттершверт и кинжал. А уж когда он начинает воскресную проповедь, то вообще держись. Приезжие, ради интереса зашедшие в храм, через пару минут просто офигивают. Насчет возлюби ближнего своего и так далее отец Анер особо не распространяется, зато насчет остального…Как он мне сказал, что пока ты веришь в существо, а не в сущность, к таинствам тебя нет смысла приобщать, да и ненужно. Главное иметь Создателя в груди, а не на шее. И молитву Он охотнее принимает делом, а не словом. Прикончишь пару тварей – помолился в храме на полгода вперед. Десяток – спишется тяжкий грех, вроде преболюдеяния. А глаза такие хитрые, хитрые и этот туда же. Отправишь
– В город?
Парочка подошедших охотников остановилась в отдалении от Пушка.
– А куда же еще, дракобойцы.
Стражники, открывающие ворота, заржали. После стычки Пушка с Инсом и его учениками, за этими охотниками закрепилось такое прозвище.
– Сам такой же, – ответил Ренс, – проставляться будешь?
– Не вопрос. Давайте к корчме. Только девок не будет.
Охотники заржали и мы вошли в город.
– Цепляйтесь за стремена. Пушок сегодня добрый.
Тройной нагрузки драк не почувствовал и домчал нас до корчмы быстро. Благо, улицы были пустые.
– Все дома?
На мой стук прореагировал только Молчун. Изобразив на своей физиономии, что так долго, он открыл ворота. Охотники направились в корчму, а я стал уделять внимание недовольному Пушку. Мало того, что не подрался, так и цепляются всякие за стремена. За копытами следить нужно. Дав страшную клятву, что как только, так вперед на амбразуры, я вышел из конюшни.
Зал встретил меня почти тишиной и почти спокойствием. За сдвинутыми столами сидели охотники и что-то бурно обсуждали. Несколько горожан и отец Анер внимательно к ним прислушивались. На мое появление среагировала только Дуняша. Привычно чмокнув в щеку, она присоединилась к девчонкам на кухне. Матвей опять подогнал на помощь контингент мамы Жулы. Правильно.
– Я никому не помешаю?
– Садись, давай, – махнул рукой Матвей.
Хмыкнув, я проследовал в указанном направлении.
– Что случилось? – спросил я у Исы.
– Ничего особенного. Опять горные мастера отказались продать свои заготовки. Вот и привычно ругают их.
Да, рядом с Каром сидели Дорн, Млаг, Сур и Конт. Единственные кузнецы постоянно прописанные в Белгоре. Опять обломались. Эти горные сволочи хотят продавать только готовые изделия из харалуга. А кому нужно готовое, когда все игрушки куются под руку. К ним, что ли каждый раз ездить, так за… э устанешь. Ну ничего. Даст Создатель и у Керина все получится, сами локти кусать будут. Кстати, где этот паршивец?
– Охотники, – прервал мои поиски партнера голос Кара. – Сегодня у нас появился новый брат. Охотник Влад, ты готов к принятию в ряды гильдии?
– Всегда готов.
Я вышел из-за стола и подошел к магистру. Кар взял в руки венец.
– Ты знаешь правила гильдии?
– Да.
– Клянешься своей кровью их выполнять?
– Да.
Кар одел венец мне на голову и нажал на него. Три шипа пронзили кожу на лбу. Неприятно, но скоро это станет привычкой. На груди возникло теплое пятно и рассыпалось мелкими крошками. Амулет ученика приказал долго жить. Я сдал первый в своей жизни обзор. Через подобные венцы проходят все охотники вернувшиеся из погани. Вместе с кровью венец и впитывает все то, что видел или слышал там охотник. Раз в неделю все поступившие данные сливаются в одну базу, а потом сведенья о тварях погани, кишках и тому подобное, после обработки местного сисадмина Живчика, становятся доступны всем охотникам. Гильдийцы никогда не ходят в погань наобум. А правил у гильдии очень мало и основное из них гласит: то, что знает охотник, совершенно не обязательно знать остальным. На этом и стоит гильдия. Все. Я охотник.
– Поздравляю, Влад.
Бурных и продолжительных аплодисментов не последовало. Мы просто подняли кубки, выпили и накинулись на еду. Когда первый голод был утолен, Кар опять поднялся.
– Братья, когда ученик становится охотником, его учитель делает ему скромный подарок. Так, Матвей?
– Да.
– Но в этот раз учитель не смог этого сделать. Слишком много желающих было поучаствовать в этом. Охотники, особенно охотницы.
Смешок в зале.
– Уж не знаю, чем он так их прельстил.
Тихий смех в зале. Волчицы-то рядом.
– Наверно стихи хорошие сочиняет.
Смех в зале. На Кара, Арна соподруги не бросятся.
– Даже некоторые стражники хотели поучаствовать. Ведь Влад так скрашивал их ночной досуг. Так было весело за ним наблюдать, особенно когда он стал выходить за ворота не один.
Ржание.
– И вот наш подарок, Влад.
В зал вошел Керин и неизвестно когда убежавший отсюда Дорн. Они несли человеческую фигуру, закутанную в дерюгу. Поставили ее перед собравшимися.
– Интересно? – подмигнул мне Керин.
– Да, показывай. Люди ждут.
Дождавшись гула заинтересованных голосов, Керин поднял руку.
– Многие уже догадываются, что они увидят. Некоторые знают. Влад ведь не просто охотник. Учитывая Пушка, его можно назвать рыцарем. Попрошу не ржать. Сам знаю, как здесь присутствующие смотрят на рыцарей и их доспехи. Но такого Вы еще не видели. Многое мне подсказал Влад. Смотрите.
Керин сдернул дерюгу. Твою тещу. Меня вынесло из-за стола. Готика. Настоящая высокая готика. Вот шельмец. Ведь я ему не только про булат рассказывал. Готических доспехов* средневековой Европы здесь не было. Тут крен был в итальянский стиль. Все виденные мною рыцари носили аналог миланского доспеха*. А охотники в подобном железе в погань не совались. Ламинарная*, пластинчатая* и ламеллярная* броня использовалась в самых различных сочетаниях с кольчугами различного плетения*. Вершиной защиты торса, которую одевали некоторые охотники, была сплошная кираса*. Все. До серьезной кольчато-пластинчатой* брони, сегментной кирасы* и готики здесь не додумались. Вершиной был колонтарь*. Зачем, если можно положиться на магию. Зачем высчитывать углы наклона брони для максимального возможного рикошета стрел. Зачем мудрить над конфигурацией пластин с целью максимального облегчения доспеха. В принципе они правы, но …Я с восхищением проводил рукой по ребристой поверхности. Потом не выдержал и снял с деревянного болвана шлем. Классический салад* позднего средневековья с верхним забралом. Я одел его на голову и застегнул ремень. Класс, прилегает к черепу как вязаная шапочка. Откинул голову вверх. Длинный назатыльник уперся в лопатки. Опустил забрало. Великолепно. Все как я и рассказывал. Забрало с двумя узкими прорезями для глаз закрывало лицо от бровей до кончика носа. Рот и нижняя челюсть были свободны. Да и зачем их закрывать. Чашеобразный бувигер*, жестко прикрепленный к кирасе, отлично защищал лицо от подбородка до кончика носа, горло и шею с боков, ключицы.
– Я еще на всякий случай и нижнее забрало для шлема сделал, – похвастался довольный Керин.
А как ему не быть довольным. Толпа охотников окружила болвана и с восхищением уставилась на доспехи. Чувствую, что по результатам рекламной компании, Керин будет завален работой. Но вот про нижнее забрало он сказал зря. В глазах Матвея зажегся знакомый огонек. Кажется, мне светят тренировки в готике на выносливость. Блин. Зачем он это сказал. А, к черту. Все равно мое настроение ничем не испортить.