Чужак
Шрифт:
– Почему они должны закончиться? У меня еще много осталось в комнате. Учитывая здешние цены, лет десять можно не волноваться.
– Да ну? – изумился Матвей, – ты хочешь еще лет десять продолжать тренировки или все же поменьше. А кто хотел еще и подлечиться? Не кивай головой, шучу я по причине природной веселости. После обеда зайдешь в лавку Лага, он лучший здесь алхимик, дорого берет правда, эта скотина, но лучший. Список того, что нужно, я тебе дам. Возьмешь ты у него сокол ясный три эликсира чудесных. Как станешь глотать один из них ученичок, так и сможешь тренировать тело свое день и ночь, день и ночь, день и…
– Я все понял, – торопливо перебил я Матвея. Уж очень мне не понравился огонек, зажегшийся у него в глазах. Один в один, как у скотины сержанта из учебки. Для этой сволочи, не было большего счастья, чем гонять молодых, причем день и ночь, день и… Блин, это заразно.
– А почему три? –
– А потому, – неохотно оторвался Матвей от радостной картины моих мучений, – что вторым мы из тебя всю гадость вымоем, а третий твою память улучшит. Многое сможешь запомнить сразу. Да и я помогу. Кстати, на следующую тренировку наденешь свой доспех.
– Матвей, а выходные? – обреченно спросил я.
– Раз в неделю. Работай!
Вот так я подсел на местный вариант допинга для тела и головы. Начал я в тот же вечер с очищающего зелья. Забравшись в баню и выпив пол-литра совершенно невкусного зелья, травяного цвета, я залез на полку. Через час я, вместе с простыней, оказался покрытый вонючей слизью желто-зеленого цвета. Процедуру пришлось повторить трижды, пока вся гадость, находящаяся в моем теле не вышла наружу. Кстати, у этого зелья оказался очень интересный побочный эффект. Регулярное употребление оного позволяет продлить жизнь до максимально возможной отметки и сохранять до самой смерти относительно хорошую физическую форму. Грубо говоря, до срока ты можешь выглядеть и чувствовать себя лет на сорок. Потом, правда, человек сгорает за несколько месяцев. Проходя путь от зрелого, крепкого мужчины до глубокого старика. Женщин это тоже касается. С магами не все так просто. Они могут выглядеть на столько, на сколько захотят. Как поступают женщины, понятно. А вот некоторые мужчины, как Колар, например, наоборот стараются придать себе солидности.
Кстати и с самим сроком жизни здесь есть определенные нюансы. При проведении определенного ритуала, разработанного одним мудаком после Смуты, можно забрать жизненные силы у представителя своей расы и здорово пролить свою жизнь. Почему мудаком? Незачем пытаться убедить остальных в своей гениальности. Сохранил бы все в секрете, может быть и пожил бы подольше. Прикончили его слишком поздно. Ритуал стал широко известен в узких кругах магов, а потом и остальных любопытных организмов. В связи с этим ранее случались нехилые конфликты. Дело доходило до бунтов и всеобщей резни, когда за малейшую провинность стали приговаривать к смертной казни через этот ритуал. Власть имущим, вполне понятное желание жить подольше, иногда вообще сильно сокращала отведенный срок. Семьсот лет назад в эту увлекательную забаву вмешалась церковь, объявив ритуал искушением Падшего. Отныне к смерти через эту процедуру, на территории, контролируемой церковью, стали приговариваться только с разрешения инквизиции, пардон, ордена Знающих и за действительно серьезные преступления, вроде неоднократных убийств и тому подобное. Остальные преступники как-то обходились тюрьмой, каторгой и плахой. Возникли очереди, злоупотребления, а на пограничных территориях некоторые организмы, вообще плевали с высокой колокольни на этот запрет. Кстати, втихую, действительно влиятельные и богатые особи по всему Арланду, следовали их примеру. Не пойман – не вор. Все, как везде и всегда.
Эликсиры не просто помогли мне. Без них обучение растянулось бы на долгие годы. Баня стала для меня ежевечерним ритуалом. Правда, прежнего удовольствия я уже не получал. Какое уж тут удовольствие? Торопливо выпиваешь эликсиры, немного полежишь на полке, избавляясь от шлаков в организме и восстанавливая силы. Закончил, вперед на ужин. Эти зелья за время обучения обошлись мне в кругленькую сумму двести золотых. Вообще я заметил, что зелья четко разделяются на две категории. Не по оказываемой помощи, нет. По стоимости. Большинство стоило в пределах золотого. Остальные от пяти и выше. Связано это было с наличием очень редких компонентов, доставляемых из Закрытого леса.
Подробности про этот лес я узнал из одной лекции Колара. Дело было так, в начале Смуты те маги, которых потом начали называть друидами, показали большую фигу всему остальному Арланду. Они отказались принять участие в таком веселом деле, как война. Заявили о своем нейтралитете и пригрозили, что те, кто к ним в заповедник сунется, там и останется. Один дурачок, непонятно на чьей стороне игравший, решил проверить это наглое, как он считал, заявление. Подошел со своей армией к лесополосе и принялся хамить. Данное действо продолжалось не очень долго, минуту или две. Точнее никто из очень немногих уцелевших, сказать не мог. Друиды лапшу на уши не вешали. Они всего лишь несколько преувеличили свои возможности. Ведь кто-то же уцелел, значит, не все в той
Лекции дедули на любые темы были вообще очень интересны и познавательны. Мы с ним договорились, что пока я не овладею собственной силой и не определюсь с выбором основного направления обучения, он будет преподавать мне основы по всем видам энергии. Видно, что моя поговорка ему понравилась и он больше никогда не выражался высоконаучным стилем. Поначалу занятия с ним мне очень нравились. Дедок удивительно доступно мог объяснить любую непонятную мне тему. Я тоже не оставался в долгу и объяснял ему то, что мог вспомнить из школьного курса. Но через пару занятий лафа закончилась. Этот мичуринец требовал от меня досконального объяснения всякой мелочи. Не принимал на веру ничего. Ну как я ему мог объяснить, что пользуюсь знанием, совершенно не представляя себе основ. Дело застопорилось при разбирательстве теории использования магии Земли в бою. У нас зашел спор об эффективности применения заклинания, которое я назвал "булыжником в лоб" или по простому "булоб". Суть его заключалось в том что, воздействуя собственной энергией на материально-энергетическую основу земли перед оппонентом, заставить выплюнуть ее пару тройку каменюк, желательно в противника, а не в тебя. Дедок искренне считал, что чем больше будет булыжник тем лучше, а я упорно старался доказать, что размер тут вторичен. Наоборот, разобрав структуру этого элементарного, состоящего из шести рун, заклинания, я понял, что чем больше размер камня, тем дольше он будет формироваться и медленнее лететь к цели. Основная энергия уходила в руну, отвечающую за размер и все остальные, отвечающие за скорость и точность, оставались на втором плане. А вбухивать прорву энергии в это простое заклинание, было бы верхом расточительства. Я настаивал на большей эффективности при использовании маленького булыжника летящего с большой скоростью. А этот боевой теоретик верещал и упорно со мной не соглашался. Пришлось описать ему зависимость энергии удара от скорости и массы предмета. Когда же Колар потребовал от меня вывести эту формулу, чтобы он мог проверить ее правильность вывода на каждом этапе, я выпал в осадок. Я никогда не пытался измерить плотность воды, скорость свободного падения или заниматься другой, подобной этому, херней. Вся система моего образования была основана на доверии к приведенным в учебниках цифрам, формулам и преподавателям. Я взял тайм-аут и спустился в зал.
– Что, так плохо? – участливо спросил Матвей, присаживаясь рядом.
– Еще хуже, – буркнул я, – повесь полог. Матвей, – продолжил я дождавшись появления завесы, – я могу стать очень хорошим рунным магом. Причем, боевым. Знания, полученные у меня на родине, мне в этом помогут. Иначе бы я за это не взялся.
– Я сразу это понял.
– Я знаю. Более того, эти знания помогут мне стать искуснее в магии, чем подавляющее большинство остальных магов. Ты наверняка знаешь слово точные науки.
– Да. Дед просветил меня. Знания другого мира очень помогли ему стать тем, кем он является сейчас.
– Ты меня понимаешь. Я вообще хочу попытаться составить математическую модель используемой на Арланде магии. Но это дело будущего. Сейчас я должен просто стать неплохим магом. А для этого нужно полное доверие между учителем и учеником. С моей стороны проблем нет. А вот Колар. Он не принимает на веру ничего. Он пытается дойти до самой сути. А я ее не то, что не помню, я ее не знаю. Знания моего мира настолько велики, что, не принимая на веру подавляющее большинство фактов, выводов, теорий даже не понимая их, ты ничему не сможешь научиться за всю свою жизнь. Я понимаю Колара. В моем мире сотни лет назад, так поступали многие ученные. Понимаю, но мне от этого не легче.
– Пойти по простому пути, обучится пользоваться амулетами, ты не хочешь.
– Да.
– Тогда расскажи все Колару о себе.
– Думаешь?
– Уверен. Я узнавал о нем. Если бы он не умел держать свой язык за зубами, его давно бы уже сожгли, – усмехнулся Матвей.
Я поднялся к Колару и попросил его повесить полог.
– Магистр, – я обратился к нему, когда он выполнил мою просьбу. – Я попрошу тебя выполнить две вещи. Всегда ставить полог во время наших занятий и дослушать меня не перебивая.