Чужак
Шрифт:
Двое подошли к воротам. Это были мужчина лет тридцати и мальчик лет одиннадцати. Опрятно одетые, мужчина гладко выбрит. Без оружия.
Чужак заговорил с остановившимися у ворот офицерами. Я заметил, что наши военные старались держаться от него подальше, а один даже взглянул украдкой на флажок, чтобы определить, куда дует ветер. Все понятно, никто ж не знает, какие чертовы микробы слетают с пришельца, верно? Только вот ветра никакого в то день не было, и озеро оставалось
Любопытство оказалось сильнее осторожности, и мы подошли поближе, узнать, в чем дело.
— Вы должны… — говорил, нет, не говорил, а умолялмужчина. Судя по тону, прижало его крепко.
— Извините. — Менеджер указал на дощечку размером пять на пять дюймов. — Въезд воспрещен.
— Но у меня беременная жена. Ей необходима квалифицированная медицинская помощь.
— Вы же приехали откуда-то. Почему бы не получить эту помощь там?
— Мы жили в домике в горах.
— Туда и возвращайтесь, там безопаснее.
Мужчина покачал головой.
— Вы не понимаете. Там никого нет. Ей нужен врач. Кроме того, у нас кончились продукты.
— У вас есть оружие?
— Да, ружье, но…
— Займитесь охотой. В лесу полно дичи.
— Неужели вы не понимаете? — Мужчина начал злиться. — Моя жена на седьмом месяце беременности. Ей нездоровится. Нам нужен врач.
В это момент из машины вышла женщина. Чтобы подняться, ей пришлось опереться на дверцу машины.
— Джим, расскажи им о моем брате.
— Хорошо, Тина, ты только не волнуйся. — Он взглянул на мальчика. — Марк, побудь с мамой, пока я поговорю.
— Мне очень жаль, сэр. — Отставной шеф полиции говорил тем вежливым, но твердым тоном, к которому прибегал, наверное, миллион раз за свою карьеру. — Вам придется развернуться и покинуть остров.
— Какой, черт возьми, остров? — Раздражение чужака, похоже, достигло точки кипения. — Это же не остров. Сраный городишко на берегу какого-то вшивого озера.
— Джим, — умоляюще произнесла женщина. — Ты только не злись. Они просто осторожничают.
— Успокойся, Тина. Вернись в машину.
— Они не знают нас, Джим. Думают, что мы…
— Хлебные бандиты? Эй, ребята, мы похожи на хлебных бандитов?
— Нет, — ответил шеф полиции, — но вы не знаете…
— Так пропустите нас. Пожалуйста.
— Извините.
— Но вы же видите, что моя жена не совсем здорова.
— Мы не хотим рисковать.
— Разве мы похожи на южноамериканцев? Боже, мы ведь живем в трех часах езды отсюда.
— Где? — спросил бывший полицейский.
— В Галанте, рядом с шоссе № 3. Посмотрите, у меня есть водительские
Бывший начальник полиции грустно вздохнул.
— Мне очень жаль. Я ничего не могу сделать. Мы приняли решение закрыть город. Во избежание риска заражения.
— Заражения! Уж не думаете ли вы, что вас заразят моя жена, сын или неродившийся ребенок?
— Джим, расскажи им о моем брате, — напомнила женщина.
Мужчина кивнул и повернулся к нам.
— У брата моей жены здесь летний домик.
— Он сейчас в Салливане?
— Нет, когда все случилось, он был с семьей в Нью-Йорке. С тех пор о нем нет никаких известий. — Мужчина снова попытался воззвать к разуму. — Как вы не понимаете? Мы не станем никому мешать, нам не нужно жилье, мы поселимся в домике моего шурина. Я хороший сварщик… вот! — Он ухватился за металлическую решетку ворот и потряс ее. — Сделаю так, что ворота выдержат натиск целой армии. Нужно приварить прутья диагонально и…
— Мне очень жаль, — мягко сказал бывший полицейский. Похоже, ему действительно было жаль. — Извините. Я не могу пропустить вас в город. Люди вы вроде бы хорошие, но мы не уверены, что вы не являетесь переносчиками болезни.
— И что же? Оставите нас умирать с голода?
Офицеры переглянулись.
— Мы можем дать вам продукты и медикаменты, если вы знаете, что требуется вашей жене.
— Да откуда мне знать. Что ей требуется! Пусть ее осмотрит врач. Эй, послушайте… послушайте!
Но офицеры уже отошли к нашей группе. Я взглянул на Бена. Судя по выражению лица, инцидент произвел на него тяжелое впечатление. У Бена доброе сердце. По-моему, будь на то его воля, он бы их впустил.
Чужак вернулся к машине. Поговорил о чем-то с женой и снова подошел к воротам.
— Мы не тронемся с места. Слышите? Будем сидеть здесь, пока не умрем с голода. Слышите? Вы слышите?
Бывший полицейский обратился к одному из гвардейцев.
— Вот что, ребята, привезите им продуктов. Сложите все в те ящики для рыбы, чтобы их можно было просунуть под ворота.
Сержанты объявили, что все свободны. Наверное, предполагалось, что мы вернемся на рабочие места, но большинство задержалось. Вряд ли кому-то доставляло удовольствие наблюдать за происходящим. Но, кажется, всем хотелось посмотреть, чем это закончится.
Чужак возвратился к седану и уселся на капот. Его жена и сын, должно быть, спеклись от жары, сидя в салоне. Но сдаваться они не желали. Конечно, парень рассчитывал, что мы уступим — надо быть законченным негодяем, чтобы стоять и смотреть, как страдает беременная женщина.