Чужое дело
Шрифт:
— А что с банкиром?
— Его убили. Во всяком случае, уголовное дело возбуждено по статье «Умышленное убийство». Его жена Людмила Константиновна — основная свидетельница. Но беда в том, что она мало что помнит. Похоже, у нее признаки амнезии. А нам с вами, Лиза, поручено ее память восстановить и тем самым помочь следствию.
Глава 5
«Память как кошка. То ластится. И ты улыбаешься без причины, поймав за хвост приятное воспоминание. То выпускает когти. И они скребут по самому больному.
Мне часто хочется забыть. Все равно плохое не изменишь, а хорошее было, да прошло. Важно, что сейчас. А сейчас — плохо. Еще хуже, наверное, когда и вспомнить нечего. Один день соревнуется с другим по серости и убогости.
Но нельзя опускать руки. Пока живу — надеюсь. И еще куча банальностей. Хотя, наверное, в них что-то есть.
Надо, надо что-то сделать, изменить. Или хотя бы забыть...»
— Овсянка, сэр... — пробормотала Верочка, ковыряясь ложкой в каше быстрого приготовления и тщетно пытаясь представить себя в большой обеденной зале какого-нибудь замка.
Но в этой комнате не было дворецких и лордов, здесь вообще никого не было, кроме нее. Коллеги отправились на нормальный обед. В офисном здании, где расположены редакции этой и еще нескольких газет, находился вполне приличный буфет. А из окна была видна вывеска модной кофейни на другой стороне улицы. Будто специально! Не могли там похоронное бюро, что ли, устроить? Или что-то другое, но в том же духе. Впрочем, можно и без запаха, только отбивающее аппетит.
Чтобы подорвать Верочкин бюджет, не нужна атомная бомба, достаточно салатика из вегетарианского меню. После отдыха за границей и до зарплаты на новом месте придется ей жевать каши и макароны быстрого приготовления.
— Хочу богатого мужа и личного повара. Нет-нет, не надо кальмаров на гриле, лучше приготовьте мне карпаччо с руколой...
Каша, приправленная воображением, показалась не такой уж безвкусной. Хотя почему, собственно, воображением? Планами на жизнь! Верочка молода и привлекательна, у нее модная профессия журналиста, открывающая многие двери. И даже опыт богатого замужества, простите, имеется.
Ее бывший муж Егор Сотовский — весьма обеспеченный человек, хозяин строительной фирмы. Правда, поженились они слишком рано, когда им было еще все равно, где целоваться: хоть на лавке в парке, хоть в японском ресторане. Быстро поженились — быстро разошлись. Не без козней свекрови, которая считала, что Верочка не пара ее мальчику. Теперь о суши ей оставалось лишь мечтать... Нет, не так. Она обязательно внесет суши в план на ближайшие месяцы.
На столе Верочки затрезвонил телефон. Первый звонок! А вдруг это министр печати? Мол, прочитал вашу премьерную статью, хочу выразить благодарность и выписать премию. Хотя вряд ли она услышит именно это, статья-то еще не вышла. Верочка сбросила ее по внутренней сети Александру Исааковичу лишь полчаса назад.
Кстати, Александр Исаакович и звонил. Просил Верочку зайти к нему в кабинет. Там же оказалась и Наталья Алексеевна Рожкина. Она вольготно расположилась с другой стороны стола и по-хозяйски стряхивала пепел в редакторскую пепельницу. Верочке же даже присесть не предложили.
— Э-э, статья недурна, —
Вот это новости! Кто здесь редактор? Начавший седеть бородач или эта длинная и вся из себя важная девица?
— Да, меня интересует достоверность изложенных вами фактов. — Девица уставилась на Верочку злыми, холодными глазами. — Вообще-то дело Воронина отслеживаю я. И мои источники не в курсе, что появился таинственный свидетель и отрабатывается версия побега за границу. Мои источники считают, что шумиха в Интернете — происки конкурентов, которые решили воспользоваться ситуацией и разорить «Крез-банк». А-то, знаете ли, являются к нам с улицы всякие фантазерки, публикуются под псевдонимами, потом сваливают, а нам в суды по клевете ходить...
— Я не фантазерка и подпишусь под этим собственной фамилией, не волнуйтесь, — успокоила ее Верочка. — Я точно знаю, что сегодня утром следователь приобщил к делу показания свидетельницы, которая видела пропавшего банкира в Египте. И эту информацию будут проверять.
— Но мои источники... — упорствовала дылда, продолжая смотреть почти не мигая и окуривать Верочку дымом.
— Извините, Наталья Алексеевна, но ни вы, ни я, ни ваши источники не знают наверняка, что случилось с банкиром, — не теряла самообладания новая сотрудница редакции. — Это может точно знать только он сам. Я изложила всего лишь одну из версий, о которой мне стало известно и которая показалась мне любопытной.
— Интересно знать, кто вам это слил? Надеюсь, не случайный знакомый в каком-нибудь баре? — хмыкнула Верочкина коллега.
Она хочет войны? Она ее получит!
— А вы обычно так собираете информацию? — искренне удивилась Верочка. — Вот поэтому вы и не в курсе последних событий. Но вечером в баре ваши источники обязательно вам все расскажут...
Лицо Натальи Алексеевны пошло пятнами, она явно хотела сказать что-то едкое, поставить эту выскочку на место. Но почему-то не нашла слов.
Когда пауза затянулась, Гольдмановский вынужден был взять инициативу в свои руки:
— Ладно, Веруня. Мы ставим ваш материал в завтрашний номер и даем громкий анонс.
«Неожиданный поворот в деле банкира» или «Покойник отдыхает за границей». Но предупреждаю, в случае чего ответственность ляжет целиком и полностью на вас...
«Лучше бы на мне лежал богатый и симпатичный мужик, — подумала Верочка, выходя из кабинета редактора. — Тогда мне бы не пришлось работать с начальником-трусом и коллегой-змеей».
Что это за редактор, который ни за что не отвечает? Шел бы тогда в разносчики газет. И Рожкина эта. Победа на конкурсе «Мисс, которая всегда все знает лучше всех» досталась бы ей автоматически.
Хотя где вы видели идеальные коллективы? В семью вас примут разве что мафиози. Новичков с распростертыми объятиями встречают если только в театре: когда вновь пришедший вводится на роль Ромео, Джульетте приходится его обнимать...
Помочь следствию — привычное дело для доктора психологических наук Льва Валерианова и сотрудников его центра. Валерианов стоял у истоков криминалистической психологии и давно сотрудничает с МВД.