цицерон-15
Шрифт:
Подумаешь, продали суданским революционерам оружие, в том числе ручные пулемёты и боеприпасы к ним. Теперь каждый раз, когда англичане приходят грабить то, суданские пулемёты, снабжённые большим количеством патронов, превращают английские колонны в кровавое месиво.
В моей истории было наоборот. Англичане превращали суданцев в трупы. А здесь, вишь как повернулось. Всё из за жадности Кичнера и ему подобных англичан.
Он решил, что винтовки Мосина и пулемёты у суданцев придадут победе англичан большую убедительность. Правда, эту мысль я сам вложил в его дурную голову, что совершенно не составило труда. Этот урод настолько убеждён в своём превосходстве над какими-то неграми, что не возражал пропустить пароходы с оружием в Судан, за некоторую мзду, естественно.
И кроме того, удалось убедить Кичнера в том, что усиление суданской армии вызовет адекватное усиление англичан в Египте.
А,–Я реквизирую ваш пароход!
Пытаюсь возражать:–С какой стати?
Ответ очевиден:–По праву сильного.
Иногда добавляют о необходимости эвакуации доблестного полковника или майора, но тоже по праву сильного.
Наш ответ вполне адекватен. Хозяева жизни получают по пуле, а то и по две, и выбрасываются за борт.
Количество сундуков на борту становится всё больше и больше. Наконец удалось оторваться от бегущего воинства, прошли последний порог. Жизнь на берегах Нила продолжается, как будто выше по течению не случилось трагедии с английской армией. Мы же продолжаем драпать, будто за нами гонятся. Добрались до Александрии. Продаём хорошо послужившее речное судно, перегружаем награбленое на зафрахтованый океанский пароход и благополучно добираемся до Одессы. Ещё один рывок на поезде до Питера и мы дома. Контейнеры с добром выгружаем на верфи Южина. Девчонки продолжают нести вахту по их охране. Пришло время время делить добычу. Девицы посовещались и решили открыть собственный банк. Ну, что же, дело хорошее. Решил не отделяться от коллектива и вложил в банк свою долю. Птица приняла на себя должность председателя правления банка. Анка пулемётчица командует охраной. В её подчинении Ракита, заведущая охраной банка и Уж, командующая охраной верфи. Копыто устроилось инструктором по рукопашному бою. Петербург переполнился слухами о появлении в городе искателей приключений, которые награбили видимо невидимо золота и драгоценностей. Из этого девки всерьёз озадачились сохранностью своих сокровищ и с энтузиазмом посещают занятия у Копыта. Мне понятно, что повышенный энтузиазм не надолго, пока от захвата добычи не выветрится эйфория. Надо подбирать девкам мужиков, только где их взять? На верфь вновь заявился английский посол. Пароход, что мы продали опять разбили на порогах. Посол просит построить не менее двух десятков скоростных речных судов для английской армии. Мы не против, но деньги вперёд. Вечером в каюту заявились Птица и Ракита. Оказывается банк посетила группа товарищей, возглавляемая неким Савинковым и потребовала отступных. В противном случае товарищи угрожали взорвать банк, а родственников–Товарищ Савинков жив?
–Жив, то жив, а что делать с выбитыми из него сведениями?
Ракита, одна из бывших бедных смольных учениц, ныне богатая владелица миллионного состояния. У неё нет отбоя от женихов, но у богатых свои причуды.
Она проверяет женихов на профпригодность в боевых условиях. Имеется ввиду бег по пересечённой местности на 25 км с нагрузкой десантника. Затем фехтование на шпагах и соревнование в стрельбе. Претенденты соревнуются с Ракитой. Победитель должен её изнасиловать. Она имеет право на приёмы самообороны. Если у жениха всё получится, то допускается до звания мужа.
Женихи предлагали Раките начинать соревнование с последнего этапа, так сказать, по упрощённой программе. Однако, насколько мне известно, у них не получилось и в упрощённом случае.
Наверняка Ракита останется старой девой, несмотря на свои миллионы. Я подумываю набрать для охраны верфи и банка мужиков и натаскать их по программе Ракиты, глядишь у них получится совладать с богатой невестой.
Так вот, Ракита говорит:–Товарищ Савинков, как он представился, говорит странные вещи.
Соглашаюсь послушать товарища. По дороге в банк девочки изложили странности господина Савинкова. Он якобы явился из будущего. Через двадцать лет к власти придут большевики во главе с неким Ульяновым. Банки национализируют, а деньги у населения отберут. Поэтому Савинков просит деньги на борьбу с большевиками.
Я удивился:–Как просит? С бомбой? Бомба в качестве наглядного пособия?
Мне объясняют, что просить он начал, когда повязали, затащили в подвал и применили меры убеждения.
Выразил сомнение:–Не сбежал ли господин Савинков из психушки?
Ракита спросила:–А что это?
Сказал девочкам, чтобы не брали в голову. А сам решил посетить богоугодное заведение называемое ещё домом для умалишонных.
Подъезжаем к банку, а там стрельба. Бандитская группа прикрытия явилась в банк для вызволения товарищей. Однако охранницы оказались на высоте и перестреляли нападавших. Ранее пленённые господа революционеры, тоже успели получить по несколько лишних дырок в голову.
Как отзвучали последние выстрелы, так явилась полиция и жандармы. Жандармский полковник, не поленившийся лично явиться на разбор полётов, принялся руководить процессом сбора доказательств вины моих девчёнок. Напомнил ему, что вечером встречаюсь с Его величеством по поводу обстоятельств, мешающих строительству броненосной и крейсерской эскадр. Рекомендовал жандарму свою точку зрения:–По моему мнению налёт организован банкирами-конкурентами. Прошу Вас выявить организаторов налёта, иначе договор с Его величеством может быть расторгнут. Как бы Вам, в этом случае, не оказаться в числе упомянутых обстоятельств.
–30-
В психушке спрашиваю у главврача:–Не было ли в больнице пациента по фамилии Савинков?
Врач задаёт встречный вопрос:–Почему Вы спрашиваете?
–Савинкова убили при попытке ограбления банка. Перед смертью он рассказывал страшные вещи и я подумал, что ему приходилось бывать у Вас.
Врач возмутился:–Никаких страшных вещей в нашей больнице нет. А, что до самого господина Савинкова, то он был настолько убедителен, что убедил в своей нормальности.
Объясните, господин Клюге, цель вашего визита.–Не знаю, господин Блюменталь.
Интересно, этот господин не родственник Блюменталя из книги Булгакова? Я продолжил:–У меня чувство вины перед Савинковым. Понятно, если бы охрана банка действовала не слишком оперативно, тогда было чувство вины перед родственниками людей, охраняющих банк. Но, всё равно, я желаю сделать приятное больным. Это можно?