Циклопы
Шрифт:
Раз! левая рука отцепилась от края подоконника, придала толчок, помогая напружиненным ногам! Пальцы правой руки поймали рифленую железяку лестницы!
«Уф!» — Борис «открыл глаза». Они с Константиновичем висели на обратной стороне лестницы. Тело покачалось в воздухе, замелькали крашеные в черный цвет железные рейки — генерал молодцевато спускался на руках. С последней рейки спрыгнул вниз. Пружинисто присел…
Распрямился: из окна на него глядело потрясенное подвигами, восторженное женское лицо. Борис никогда не слышал, чтобы
Но…, то что происходило на ее глазах, способно поразить любую женщину насквозь! Пусть даже это не любовный казус, а мимолетное знакомство с другом внука. С оттенком криминальности…
Но все же — впечатляет.
«Ну, Лева, ты — Тарзан! Произвел так сказать… Ничего, что чуть артисткиного внука не угробил?»
«Это того стоило, Бориска. — Одергивая костюм, Лев Константинович шагал под липы на газон. — Если скажешь бабушке, что мне через три недели девяносто два исполнится…»
«Что будет?» — усмехнулся Завянь.
«Чего-нибудь придумаю в зависимости от обстоятельств. Применю».
Из-под деревьев Константиныч поглядел, как Леля заполняет подоконник растительностью в горшках, послал воздушный поцелуй — под хмыканье Бориса, — и быстро пошел в обход, через дворы до «Волги».
Буквально сразу же после отъезда «Волги» с дачи, Зоя обратилась к семейству Капустиных с просьбой:
— Я сутки не принимала ванну…, - проговорила смущенно. — Вы не могли бы мне помочь хотя бы умыться… Да и одежду неплохо бы постирать… Я той квартирой провоняла.
Рассказ о том, что следовало дальше, занял бы часа полтора, если двигаться по пунктам и в подробностях. Путешественники из далекого будущего плоховато представляли банно-прачечные реалии, ослепшая Зоя могла только на ощупь ознакомиться с предложенными дачными удобствами. Минут двадцать ушло только на чтение тюбиков-баночек и отсечение кремов для бритья и после оного. Нахождение шампуня. Сменного халата Льва Константиновича. Полотенец. Подогрев воды в котельной…
Кошмар! Наследница Павла Максимовича вяло радовалась, что хоть поселок ей попался газифицированный, имеет центральное водоснабжение… И теплый туалет.
Следующие двадцать минут, Зоя, под руководством Иннокентия ощупывала и расставляла в должной очередности шампунь, мыло, новую зубную щетку, пасту, развешивала полотенце в пределах достижимости.
Стилист вякнул насчет:
— А может, я помогу вам вымыться? Воду повключаю, полотенце-мыло подержу…
Но жена так гавкнула, что Иннокентий сам же отказался исполнять роль банщика.
На стиральную машину в ванной комнате посадили Жюли. Кеша вышел. Когда мадмуазель теряла что-то из предметов в ванне, мадам ей помогала гавканьем разыскивать пропажу. Да и компанию ослепшей бедняжке составила. Поддерживала,
Не взирая на нешуточные мучения, из ванной Зоя вышла почти счастливой:
— Как хорошо-о-о… — Поджидавший за дверью Кеша, отвел ее в гостиную, на диван усадил. — Исключительное райское блаженство — быть чистой! Еще бы после чаю выпить.
Иннокентий укрыл Зою пледом, помог расчесать волосы. Когда они чуть-чуть подсохли заплел в гламурные косицы…
Зоя расслабилась. Склонилась на подушки, начала дремать…
Капустины, на цыпочках (и мягких лапах) вышли из гостиной, пошли готовить ужин.
В кастрюльках булькала вода, варились яйца и картошка. Иннокентий, напевая, порхал от холодильника к разделочной доске, готовился встречать двух интеллектов в одном теле…
Громко хлопнула входная дверь, Кеша, утирая руки полотенцем, выскочил в узкую прихожую генеральского дома, улыбку приготовил…
Возле вешалки стояли двое. Невысокий мужчина с одутловатым лицом в кургузом пальто и сухопарая, встрепанная брюнетка в кожаной куртке с подбитыми широкими плечами и многочисленными железными заклепками.
Немая сцена. Кеша тискает влажное полотенце, улыбка выцветает; парочка разглядывает его весьма недобро, напряженно.
— Ты кто такой? — простужено и хрипло произнес мужчина.
Иннокентий растерялся. Бросил взгляд под ноги, где, приодетая в рукав, Жюли стояла, ушками трясла.
— Я как бы… Иннокентий…
— Чихал я на то, что ты Иннокентий, — грубо высказался генеральский внук. — Ты кто такой?! Дед — где?
— Ну-у-у…, как бы… уехал.
Потаповы недоверчиво переглянулись.
— Куда уехал?
— В город.
По сути дела, внук и невестка заглянули к деду в полной уверенности, что дом пустой. Дедуля два дня назад окоченел в лесной могиле, прикрытый ветками. Родственники заглянули на огонек, типа, дедушку проведать. З а б е с п о к о и т ь с я пора… На дедовском мобильнике уже две дюжины пропущенных внучатых вызовов. Самое время в ментовку стукануть — куда-то запропал генерал-майор Лев Константинович Потапов неполных девяноста двух лет…
Высокорослый атлет в стареньком дедовском фартуке и с полотенцем: досаднейшая неожиданность.
Первой от шока оправилась внучатая невестка. Отпихнув мужа от вешалки, перебрала одежду, многозначительно сказала Роме:
— О г о р о д н о г о п р и к и д а — н е т. Треников, шапочки и жилетки с оленями.
Кеша не стал оповещать генеральскую родню о том, что все эти вещи лежат в квартире тела, в коем он сейчас находится. Губу огорченно закусил.
Нонна обошла как столб, застывшего Капустина, взбежала на второй этаж. Оглушительно и демонстративно захлопала дверцами платьевого шкафа… Через пару минут сбежала вниз, все так же не замечая Кешу и собаку, объявила только для мужа: