Циклопы
Шрифт:
— Надеюсь, все получится, ребята, — сказал немного хмуро.
— Должно получится! — воодушевленно ерзая по просторному заднему сиденью косолаповского джипа, воскликнул Иннокентий. — О самоубийстве и убийстве в доме Марычевых уже по радио сообщили. Путешественники вернулись в свое время. Сообщили. Нас тут ждут!
— Твоими бы устами…, - прокряхтел привычно недоверчивый разведчик и выполз из автомобильного салона на улицу. — Следи тут, Коля, за окрестностями.
Косой смотрел на генерала все так же: снизу вверх и преданно. Отлично знающий Косолапова
Косого было жаль невероятно. Борис пытался друга успокоить еще ночью: «Коля, ты ни в чем не виноват, Платон бы все равно до нас добрался. Он прибыл сюда уничтожить будущее, разрушить роман между мной и Зоей. Если бы не получилось встретиться с Мирандой и увести ее с собой, он попросту убил бы одного из нас. Ему пришлось бы действовать из-за угла, исподтишка, внезапно… Он мог бы раздобыть оружие и выстрелить в меня или Зою издали. Но теперь, благодаря тебе, мы хотя бы знаем, от кого нам ждать удар… Мы — предупреждены. А раньше мозг сломали — куда Платон подевался?! откуда вынырнет? когда?»
Завьялов говорил доходчиво и искренне. А в голове превосходительство ворчал: «Смотри, Бориска, за Косым теперь — глаз да глаз! Мужик с надорванной душой способен что-то учудить…»
Николай, казалось бы, поверил, что в самом деле удружил компании. Но виноватый, да еще сосредоточенный на обиде взгляд старого приятеля Завьялову не нравился.
«И в самом деле, Константиныч, — вылезая из машины, сказал Завянь Потапову, — может быть лучше отобрать у Коли телефон? Вдруг…, получит извещение от Толи Волкова и подорвется сам все исправить? в одиночку?..»
«Надеюсь, ума хватит — стерпит, — пробурчал Лев Константинович. — Не станет рисковать чужими шкурами».
В небольшом кафе были заняты лишь три стола. За двумя торопливо завтракали мужики, явственно командировочного вида. За третьим…
За третьим сидела платиновая Галочка из «Золотой Ладьи». Та самая ухоженная моложавая блондинка, которую привел концептуальный конформист Козлов. Сидела, элегантно кофеек потягивала. Невозмутимо дожидалась контактеров.
Завянь и генерал слегка и обоюдно прибалдели. Не сговариваясь замерли. Лев Константинович предполагал увидеть в «Старом капитане» кого угодно: полицейского при полной форме, такого же командировочного мужика, изъятого с вокзала…
Но — ГАЛЯ?!?!
«Хорошо, что с нами нет Миранды, — пробормотал Потапов. — Такого издевательского облома она бы не пережила…»
«Да-а-а, — тут же согласился Боря. — Пронзительная готическая сказка о безжалостной Истории…, оборачивается фарсом. Позором, проще говоря…, мадам История считает своих детишек недоразвитыми, умственно отсталыми и самолично штопается — в расчете на придурков…»
«Подозревает, что людишки без нее не справятся, — поддакнул генерал. — Людишкам кажется, что у них с безопасностью
Галина, с едва заметной усмешкой, глядела на двух остолбеневших мужиков. Устала ждать, пока они опомнятся, приподняла ладошку — помахала. Мол, что стоите тут столбами? вперед! я вас не съем.
Жюли поскребла лапками по рукаву Иннокентия. Попросила спустить ее на пол. Побежала вперед, разведывать-принюхиваться.
Завьялов-Потапов пошли к столу. Генерал оглядел обстановку: на первый взгляд — спокойно, мужики жуют и подозрительно не выглядят. Возле барной стойки официант позевывает…
— Подвинься, — не здороваясь с Галиной, буркнул контрразведчик.
Агентесса хроно-департамента сидела лицом к входу, на самом краешке диванчика. И жестом предлагала Кеше и второму визитеру усаживаться напротив…
«Ненавижу оставлять за спиной входную дверь, — пояснил для Бориса Лев Константинович. — Предпочитаю круговой обзор ограниченного помещения…»
Агентесса насмешливо фыркнула, но подвинулась, уступая место контрразведчику. Теперь Потапов видел не только дверь, но и проход на кухню ресторанчика.
— Доброе утро, — слегка язвительно поздоровалась Галина и тут же отомстила превосходительству за хамство: — А я вам говорила, Михаил Борисович — поедемте кататься. Поехали б — и не было проблем.
Лев Константинович не отреагировал на колкость, невозмутимо положил локти на столешницу. Кеша быстренько супругу с пола подобрал и, сев спиною к двери, устроил Жюли на коленях.
— И так, — сказала Галя, — давайте сразу уточним, кто здесь есть «ху». Борис Михайлович, вы где?
Завянь ударил в грудь генерала Потапова.
Лев Константинович поморщился. Ему категорически не нравился высокомерно насмешливый настрой агента хроно-департамента, занявшего тело симпатичной блондинистой бабенки. Поглядывая на раскомандовавшуюся тетку, военный отставник сурово припечатал: «С этой курвой мы, Бориска, можем не сработаться. У нее апломба больше, чем мозгов».
«А что мы можем, Константиныч? — уныло произнес Завьялов. — Что? Мы тут. Она командует. Все правильно».
«Ну-ну, — усмехнулся генерал. — Посмотрим, что она скажет, когда узнает, что хроно-личность Зоя — циклопами похищена. Сидит тут, понимаешь ли, директора городского пляжа изображает…»
— Отлично. Капустины? — продолжала тем временем опрос самоуверенная агентесса.
Иннокентий приподнял над столиком Жози:
— Мы тут, — сказал как пионер перед вожатой. — Капустина Жюли в собаке Жози, Капустин Иннокентий, как и положено — в теле Бориса Михайловича.
— Ну, в принципе, мы так и предполагали, — деловито нахмурилась блондинка. — Где Карпова?
«Бориска, помолчи! Дай я этой курице правду матку врежу!»
— В теле Зои Карповой циклоп, обученный и подготовленный в хроно-департаменте. Женщина с телепатическими возможностями.