Constanta
Шрифт:
– Другой разговор. Вот ты и открылся. Будем любить тебя.
Глава третья
Спустя неделю Степана ждало чудо. Устанавливая очередной железный столб в яму, он услышал откуда-то издалека:
– Грека! Тебя две девчонки ждут.
Не послышалось. И гадать не приходилось. Илона и сестра. Столба с ямой как ни бывало.
Он нашёл их перед КПП.
– Чем вас кормят? – первым делом после объятий по-взрослому осведомилась Виктория.
– Мечтами, –
– Мечты материализовались, – вступила в разговор Илона. – Бери сумку, солдат. Мы еле дотащили её вдвоём.
Путь в казарму выдался на редкость оживлённым. Весть о гостьях с быстротой молнии облетела часть и кругом стало зелено от хаки – армейской молодёжи с диким жадным блеском в глазах. Вчерашние пацаны, оторванные от вольной жизни долгом перед Родиной, сбежались пережить миг встречи с ней наяву.
Виктория шла впереди, открыто и по-детски получая свою долю внимания и от души купаясь в нём. Илона тушевалась, стараясь выглядеть как можно более незаметно.
– Ой, Стёпа, – прошептала она, проходя мимо большой группы солдат, – что-то мне не по себе. Смотрят как кровожадно, будто людоеды.
– Не бойся, – поспешил он успокоить её. – Между вами море брома. Эту заразу не переплыть. Только смотреть и остаётся.
– Вам дают бром?
– Конечно.
Она взглянула на него. Немой вопрос отразился в её глазах.
– Не беспокойся, – улыбнулся он. – Как видишь – я учусь держаться на плаву.
Она отвернулась и через несколько шагов ткнула его в бок. За слишком грубый солдатский юмор.
– Мама скучает. Прислала тебе письмо. Папа передаёт привет. «Полосатый», как всегда, занят своим огородом.
Лёжа на койке, Вика щебетала без умолку.
Илона и Степан сортировали привезённую провизию, раскладывая её направо и налево – для срочного и длительного хранения.
Закончив сортировку, Степан оглядел всё сказочное пищевое изобилие и, не удержавшись, ухватился за голову.
– Придётся делиться с пацанами. Иначе буду раскулачен.
– Тебе виднее, – согласилась Илона. – Вам вместе жить.
Отсортированные продукты заняли место в тумбочке и походной сумке. Сев передохнуть на койку, Степан посмотрел на взявшую паузу сестру.
– Какие новости на личном фронте? Воспользовалась моим отсутствием?
– Стёпа! – с укоризной произнесла Вика. Спохватившись, сунула руку за пазуху, повозилась и вытащила маленький плеер с наушниками.
– Смотри, что я купила! За те деньги, что ты мне дал. Помнишь?
– Помню.
– Спасибо тебе. У меня с собой «Моден Токинг». Хочешь послушать?
– Не больше одной песни. И то – если потом заслушать «Бон Джови».
– «Бон Джови» нет, – вздохнула Вика.
– Тогда не надо, – отмахнулся
Следуя словам брата, Вика надела наушники и, увлёкшись музыкой, затихла.
Степан устремил взгляд на Илону, ясный и открытый, стремясь разглядеть в её глазах одно небо на двоих. Увидел море.
– Бром, Стёпа, – улыбаясь, объяснила Илона. – Бром. – И поджала ноги под себя, притворяясь неуловимой русалкой.
Подобное поведение не охладило пыл Степана. Искра за искрой пламя страсти охватило его, обещая сжечь дотла, но одолеть любое море.
Пришло время прогуляться. Они вышли из казармы, прихватив с собой сумку с продуктами, и направились в лес. Подальше от людского внимания.
Небольшая заросшая травой поляна. Едва устроившись, Степан похлопал себя по карманам и, изображая сожаление, произнёс:
– Курева нет.
Хитрым глазом глянул на сестру.
– Вика, будь другом! За казармой офицерское кафе, сбегай, купи сигареты. – Он вытащил мелочь из кармана. – Пачку «Родопи».
Вика подняла брови, перевела вопрошающий взгляд на Илону.
– Отставить, – немедля отреагировала та. – Разве можно менять курево на братскую любовь? Любовь дороже.
Степан сорвал травинку, сунул в рот и, жуя, поднял глаза в небо. Девчонки затаили дыхание. Ах, какая досада эта любовь!
Разжевав травинку в полном молчании, Степан сплюнул.
– Свидание у меня, – решительно заявил он. – Делим любовь пополам. Вика, погуляй немного.
На сей раз обошлось без уловок. Вика заговорщицки улыбнулась Илоне. Ни слова не говоря, поднялась и повернулась лицом к чаще.
– Далеко в лес не уходи, – бросил ей вслед Степан.
Они остались наедине.
– Привет, – прошептал он.
Илона насмешливо взглянула на него.
– Мне кажется, я слышу настоящего мужчину?
Вместо ответа он обнял её, крепко-крепко, за все дни разлуки, насладился долгим поцелуем и увлёк за собой в траву.
На лужайке кипела работа. В поте лица своего трудилась вся бригада. Выбрав место почище, Степан и его спутницы остановились.
– Эй, – крикнул он, – братья по разуму, обезжиренные!
Бригада, отзываясь, бросила работу. Смущённо улыбаясь, двинулась навстречу. Последним, вслед за всеми, подошёл Боронок. Впечатлённый, пожал руку Илоне, затем Вике. Удерживая ладошку девушки дольше положенного, засмотрелся на неё, словно ища отличия от брата. Вогнал девушку в краску.
– Эй, – отвлёк его Степан, – смотри, сколько еды – ешь не хочу. Угощайся!
Угощение было разделено на всех. Хотя бригада отобедала, принесённые в сумке припасы растаяли буквально на глазах, без следа.