Да, Босс!
Шрифт:
То, что происходило между мной и Адамом, казалось волшебным сном. И просыпаться мне не хотелось. Равно как и позволять кому бы то ни было вторгаться в наш уединённый мир, где нам так хорошо было вместе. Но и забывать о Галке и Оле не стоило. Обе они вполне могли ворваться хоть в нашу с Адамом вселенную, хоть в офис без пропуска. И второе было предпочтительнее.
Постучав ручкой по столу, я решила, что позвоню Галке позже и нажала кнопку вызова, набирая незнакомый номер. Предположений, кто мог звонить мне, да ещё и не единожды, у меня не было, потому женский голос, назвавший меня по
— Ева?
— Да. — Я взяла паузу и добавила через пару секунд: — Вы мне звонили совсем недавно.
— Это Вероника. И у меня к тебе серьёзное дело, касающееся Адама.
Проигнорировав первый порыв отключить связь, я машинально бросила взгляд на дверь в кабинет Левандовского, который уехал по делам пару часов назад.
Я молчала, ожидая продолжения от Вероники, но подспудно надеялась, что она просто положит трубку. Чёрная ревность, родившаяся внутри, растеклась по венам, достигнув сердца, которое неистово застучало. Я ни разу не думала о Веронике с тех пор, как мы с Адамом были в Польше. Ревновала к каким-то безликим секретаршам, совершенно позабыв о том, что до меня у Левандовского была весьма реальная невеста, которая рассчитывала на отношения с моим нынешним мужем. Которая делила с ним постель и собиралась заводить от него детей.
А что если у Адама с ней ничего не закончено? Что если они продолжают видеться, и сейчас Вероника позвонила мне, чтобы сообщить об этом?
— Помнишь наш последний разговор? — наконец нарушила она затянувшееся молчание, и я нахмурилась ещё больше.
— Помню, но не думаю, что теперь он актуален.
— Отчасти да. Но есть кое-что, что я хотела бы обсудить с тобой тет-а-тет. И нужно, чтобы Адам об этом не знал.
Я снова не спешила отвечать Веронике. С одной стороны, нужно было, наверное, просто послать её куда подальше, позвонить Адаму и рассказать о её звонке. С другой, я не спешила делать никаких выводов, когда в памяти всплыли слова Вероники о конкурентах Левандовского.
— Почему ты не хочешь, чтобы об этом знал Адам? — всё же уточнила я.
— Ты же его знаешь, Ева. Он самоуверен так, что изменить это невозможно. Меня он даже слушать не станет. А меж тем, я желаю ему только добра, поверь.
Я не понимала, можно ли доверять Веронике, ведь знала я её не так, чтобы очень хорошо. Хотя, кому я врала? Я вообще её не знала. Но в голосе, звучащем на том конце, слышалась искренность. Наносная или нет — судить я не могла.
Вероника ждала, а в моей голове мысли проносились со скоростью света. В принципе, я ничего не теряла — могла просто выслушать бывшую невесту Адама и решить на месте, что делать с тем, что она хотела мне поведать. Бросив взгляд на часы, я кивнула, хотя этого жеста Вероника, разумеется, видеть не могла.
— Через полчаса у меня обед. Если устроит, встретимся в «Рататуе» — я буду там ровно в два.
— Устроит. Как раз успею добраться туда из спортзала. Увидимся.
Она отключила связь, оставив мне ощущение, что я совершила ужасающую ошибку, соглашаясь на эту встречу. Но я и вправду ничего не теряла — а выслушать Веронику и понять, есть ли повод для моих тревог, так внезапно родившихся внутри, всё же стоило.
В сравнении
— Присядем? — указала она на столик, и я кивнула, не в силах выдавить из себя ни звука.
Самым верным было занять позицию наблюдателя, что я и сделала, устроившись напротив Вероники и принимаясь листать меню, поданное официантом. Я чувствовала на себе пристальный взгляд, но усиленно делала вид, что занята выбором блюд. Продиктовав официанту заказ, я всё же посмотрела на Веронику, ожидая того, что она собиралась мне сказать.
— Адам не знает о том, что ты здесь? — задала она вопрос, и в голосе её мелькнула тревога.
— Пока нет. Но я не стану от него ничего скрывать.
— Хорошо. Ты сама потом решишь, стоит ли ему рассказывать или нет.
Я сдержала порыв сообщить, что от Адама секретов у меня нет, пожала плечами, как будто соглашалась с Вероникой, и посмотрела на неё выжидающе.
— Я не зря заговорила с тобой о том, помнишь ли ты нашу последнюю беседу. Мы говорили о конкурентах Адама.
— Да.
— Ты не замечала ничего необычного за последние дни? Может, показалось, что Адам что-то от тебя скрывает?
— Эм… Каким образом это относится к делу?
— Ты знаешь компанию «Фогель-трейд»?
— Конечно, знаю. Ещё один мастодонт на ниве парфюмерного бизнеса.
— Да.
Она взяла паузу, задумчиво помешивая латте, принесённый официантом. А я гадала, что могло понадобиться Веронике от меня и зачем она задавала мне все эти вопросы.
— Та разработка, которой занимается Адам, на самом деле является идеей Райнера Фогеля, — наконец проговорила Вероника, глядя на меня поверх чашки, из которой отпила мгновением позже.
— Как может разработка Адама быть идеей другого человека?
— Я не совсем верно выразилась. Идея создать аромат, который станет инновацией в мире парфюмерии, изначально принадлежала Фогелю.
— Это глупость. Ну и что, что принадлежала? Это же бизнес. Здесь всегда у кого-то возникают мысли создать что-то инновационное.
— Это не глупости, Ева. В деле, где замешаны огромные деньги, нет места глупостям.
— Что ты имеешь ввиду?
— Что Адам в опасности.
— Тогда я прямо сейчас позвоню ему и всё расскажу.
— Нет.
— Что значит, нет?
Я смотрела на Веронику удивлённо, не понимая, к чему она клонит. Зачем нужно было назначать мне встречу, рассказывать всё это, чтобы после сказать, что Адаму знать ни о чём не нужно?
— Адам не отступит. Если ты считаешь иначе — ты плохо его знаешь.
Она подалась ко мне через столик, положила прохладную ладонь поверх моей, лежащей на столике, и по выражению её лица было видно, что Вероника действительно переживает из-за того, что с Адамом могло случиться что-то плохое. А я действительно понимала, что он не отступит. «Грей Маус» значил для него слишком многое, чтобы Левандовский отказался от этого проекта.