Да, детка

Катори Киса Скука Смертная

Гарри оперся спиной о стену, у которой сидел, и скрестил руки груди.

– Бедный уставший малыш, - он ухмыльнулся, намеренно сделав ударение на последнем слове, чтобы напомнить Малфою ту дурацкую шутку.
– Да меня же совесть заест, если я сейчас воспользуюсь твоим щедрым предложением. Прости, но как бы не сопротивлялось этому мое бедное, так выдающее меня тело, я вынужден отказаться.

Скорпиус насмешливо хмыкнул, одним плавным движением соскользнул со стула, подхватил со стойки бокал с поттеровским виски, опрокинул его в себя одним махом и молча развернулся

к Поттеру спиной.

Отказ даже не задел - Гарри Поттер оказался просто трусом, но это были его проблемы. Скорпиус не собирался ни уговаривать, ни соблазнять. Он уже сделал шаг в сторону выхода, когда в зале неожиданно погас свет, и на стене над стеной появилась чёткая, объёмная картинка - он сам, самозабвенно лапающий Поттера за задницу. Скорпиус оторопело таращился на неё несколько секунд и отстранённо подумал, что так Поттеру и надо: теперь он может хоть с ежедневно заявлять с трибуны на всю страну, что не гей, но желание засадить в его глазах на этой фотке всё равно окажется громче.

– И, насколько мне известно, оба героя этого примечательного снимка сейчас в зале. Мистер Поттер, мистер Малфой, прошу на сцену!

Гарри все еще шокированно таращился на снимок, когда услышал слова ведущего. Либо этот перевозбужденный самец с внешность Гарри Поттера вовсе не Гарри Поттер, либо Гарри охуеть как хочет Скорпиуса Малфоя. А еще он лжец и трус. И неудачник, раз проебал свой шанс.

На сцену они с Малфоем поднялись одновременно. Гарри оставался внешне невозмутим, ничем не выдавая внутренних метаний. Он смерил Скорпиуса демонстративно оценивающим взглядом и широко улыбнулся, повернувшись к залу.

– Итак, я думаю, к самому фото комментарии излишни, - лукаво протянул ведущий, - равно, как и к этому, - на стене появился следующий снимок, еще более откровенный, - и к этому…

Все, что так отчетливо запомнилось Скорпиусу, промелькнуло на экране за какие-то пару минут, и меньше всего это было похоже на рекламу - скорее на начало хорошего задорного порно. Он чуть презрительно посмотрел на Поттера и отвернулся.

– Думаю, я буду не единственным человеком в этом зале, кого мучает один единственный вопрос, - ведущий остановил слайд-шоу на последнем кадре перед тем как Поттер сбежал и вкрадчиво поинтересовался: - Кто выкрал фото с поцелуем?!

Блядь. Гарри не мог оторвать глаз от откровенных снимков. Потом все же перевел взгляд на Малфоя. Тот делал вид, что скучал. Ну-ну.

– Что ж, - весело ответил Гарри на реплику ведущего, - если фото так бессовестно выкрали, мы со Скорпиусом просто обязаны устранить столь вопиющую несправедливость.

И он, не дав Малфою времени среагировать, притянул его к себе, вжав бедрами в пах, облапив за задницу, и глубоко поцеловал.

Первой реакцией Скорпиуса было вырваться - слишком хорошо он помнил недавний отказ, но ревущая толпа требовала шоу, и заказчик вряд ли был бы доволен, если бы Скорпиус сейчас все слил, поэтому он напомнил себе, что это всего лишь работа, прижался к Поттеру и с умело имитируемой жадностью ответил на поцелуй.

То, что Малфой притворяется, Гарри понял сразу, и

его это слегка задело. Какого хрена этот мальчишка сначала предлагает ему секс, а теперь строит из себя Снежную Королеву? Обиделся, что ли? Гарри мысленно усмехнулся и погладил крепкие ягодицы. Потом подхватил ладонью, как тогда, и чуть приподнял Скорпиуса, вжимая в себя еще крепче. Второй рукой провел сначала по скуле, затем скользнул на шею и зарылся пальцами в волосы на затылке. Поцелуй перестал быть таким напористым. Гарри мог признаться себе, что получает искреннее удовольствие.

Да твою же мать, хуй поймёшь этого грёбаного Поттера! То врёт с три короба, чтобы отвязаться, то целует так, что впору радоваться, что ставшие ватными ноги снова висят, не доставая пару сантиметров до земли.

Скорпиус с трудом оторвался от жарких жадных губ, заглянул Поттеру в глаза и, вздохнув: «Поставь меня!» - обнял его за плечи. Ладно, хренов герой, будет тебе второй шанс… И он поцеловал его сам, со всем нерастраченным вчера пылом.

О да. Кажется, он смог пробить эту напускную броню. Пожалуй, Гарри переоценил собственные силы и не был готов к тому шквалу эмоций, который обрушил на него Малфой. Еще чуть-чуть и он точно потеряет над собой контроль.

– Ого!
– прервал их вдруг голос ведущего.
– Я бы даже сказал ого-го! Господа, вы только посмотрите на этот фейерверк! От нас действительно утаили очень много!

Гарри заставил себя отпустить Малфоя и даже отошел на полшага для верности. Себе он сейчас не доверял.

Скорпиус дождался, когда Поттер на него посмотрит и зазывно улыбнулся.

– Мистер Малфой, - тут же среагировал ведущий, - так значит, слухи о том, что вы ярый противник долговременных отношений сильно преувеличены? Или вы просто ждали кого-то особенного?

Отлично, значит, теперь все ещё и решат, что они с Поттером встречаются. Но не тыкать же Всенародного Героя лицом в грязь…

– Я сторонник того, чтобы спать с кем хочется. Но вы посмотрите на Гарри, разве после него может хотеться кого-то другого?
– зал взорвался аплодисментами, а Скорпиус подмигнул Поттеру, радуясь, что всё же правильно помнил имя вечного «мистера Поттера».

Хоть умом Гарри и понимал, что Малфой просто работает на публику, эти слова ему польстили.

Мерлин, ему что, правда польстило, что его только что открыто объявили геем? И где душевные метания? Где терзания по этому поводу? Ничего подобного и в помине. Просто новый приятный опыт. Не больше. Во всех смыслах.

Выслушав очередную порцию шуточек и комплиментов от ведущего, Гарри с чистой совестью наконец ушел со сцены. Ему захотелось освежиться, и он свернул к туалету.

И снова сбежал. Скорпиус хмыкнул и не торопясь пошёл вслед за Поттером. Догадка, забрезжившая ещё во время разговора у стойки, постепенно переросла в уверенность: трусость Поттера вполне объяснима. Тот просто действительно считал себя гетеросексуалом. Что ж, кажется, кого-то ждёт большой сюрприз…

Терпеливо дождавшись, пока Поттер умоется, Скорпиус улучил момент и неожиданно преградил ему путь.