Да, Смерть!..
Шрифт:
Просыпаюсь весь разбитый, надо сказать. Болят мышцы и почему-то даже мышцы ног. Такой вот пиздец. Потом звоню Ване чтобы договориться, когда ему клавиши завезти, а он в двенадцать часов уже не спит и говорит таким бодрым голосом, какого я от него давно уже не слыхал.
Пришёл к нему, — ему уже похуже стало, а мне немного получше. Иду и думаю, что бы там ни как, ему необходимо рассказать этот сон. Чувствую, что это важно. Прихожу, а у них во всём доме нет света. Хорошо у меня мобильник есть!
Рассказал сон. Он сказал, блядь,
Вот такой пирожок! Абазиеву я не видел года три, если не больше. В 1998-м году, она говорила, что время от времени сожительствует с Лимоновым. Если это правда, то мы с Вениаминычем — молочные братки. Следовательно, спя с Анной, он спал и со мной, ибо в каждой Женщине, с которой мы спим, навеки остаётся частичка нашей Души. Впрочем, всё это не так уж и важно.
Но о Заземлении говорить более не имеет смысла. Имеет смысл много работать, чтобы не облажаться с датою и со способом. Да и жить надо на что-то. (На сегодняшний день в кармане у меня 20 рублей. Давненько со мной такого не случалось. Впрочем, я привыкший.)
Тем не менее, рассказать о Заземлении Анне представляется мне весьма конструктивным, ибо Анна — одна из лучших известных мне ходячих радиостанций.
Такой пирожок! Вынужден прерваться, поскольку через три минуты у меня с ней стрела.
ЗДЕСЬ И ДАЛЕЕ ПОРЯДОК БРЕДА!
Я люблю тебя, Господи! Я не говорю тебе спасибо за то, что ты сделал меня любимым учеником своим, ибо выбора не было как у меня, так и у Тебя. Могу только процитировать тут себя-тебя из нашего рассказа «Гофманман»: «…А Гофманмана создал Бог. И Гофманман отплатил ему тем же…».
Абазиева мила. На выходе из метро… Я всё время в земле, никогда не покидаю её, как бы ни хотелось. И неслучайна омонимия, блядь! Это и почва и скорее всего единственная планета, где существует жизнь! В пору работы с информационными ресурсами, в пору же работы в программе «Слабое звено», я выяснил, что пока во Вселенной не обнаружено ни одной звезды, которая бы имела во все дыры свою планетную систему, кроме Солнца. Мою бывшую начальницу зовут так же, как и Имярек — Ириной, а фамилия её — Благоверова! Благоверова, спасибо тебе! Господи, ты всё знаешь и так!
Короче, как выяснилось сегодня, Абазиева ныне без пяти минут подруга Иры Парфёновой (Елисеевой/Имярек/ЛисЕвы), потому уже сейчас подруга её, ЛисЕвиной сумасшедшей подруги Лены, которая в своё время по собственной инициативе нарисовала эскиз обложки к моему первому роману «Псевдо».
Абазиева говорит по-прежнему много, но теперь я понял, что зачастую по делу. Кажется, это взаимно. Но горестный смех в том, что она + — пыталась немного-немало сподвигнуть меня на то, чтобы я разыскал Иру (благо найти её теперь, как, извините, два пальца об асфальт!) и составил-таки счастье её жизненной осени, ибо она грустит. Она, как известно, на девять лет старше меня и вроде бы не вполне счастлива в своём грёбаном Дойчлэнде!..
Для меня отсюда вывод один: нельзя вестись на все эти, блин, бои крылатых гигантов (то бишь Женщин). Надо идти себе к Заземлению.
Женщины мне даны для того, чтобы одновременно и мешать и помогать мне «заземлиться», потому что от них зависит судьба Человечества, точнее того, что я о нём думаю.
Имярек… LL… A… F…
Надо связаться с Филей. Кроме шуток, следует попросить его о ходатайстве, касательно моей работы в морге. Это, конечно, странная идея, но земля, так земля. Я хочу быть ближе к смерти ровно половину суток, а другую — так близко к Жизни, как никто!
И вообще, это твёрдые деньги. Возможно, следует позвонить Мавромати. Он не оставит мой звонок без внимания. Знаю точно.
A, Котка, Хрю, моя Кро, беги от меня, я — твои слёзы!
LL, луна моя любимая, беги от меня, я — твои слёзы!
ЛисЕва моя любимая сумасшедшая, не лелей ничего! Ты уже сделала всё, что…
В конце концов, стоя у входа в метро «Проспект мира» и держа Анну за руку — это всё не секс — это другое — важнее — она, кстати, в Лондоне заделала себе дырочку между верхними резцами — уничтожила таким образом внешний признак предрасположенности к случайным связям — я даже забыл, что у неё такая тёплая рука — может она не была такой раньше? — помню, что у неё ещё язычок тоньше, чем это обычно бывает — на сей раз не проверяли — в конце концов, держа её за руку возле метро «Проспект мира» («Аллея войны», блядь!) зная, что Анна находится в преддверии встречи с Лисевой, я попросил её среди прочего, буде оная встреча состоится, передать Ире Елисеевой, чтобы она знала, что и сегодня, спустя без малого восемь лет с нашего знакомства, я могу сказать честно и откровенно: в сфере человеческих отношений в моей жизни не случалось ничего более важного для меня, чем она.
Но тут же я позволил сделать себе уточнение: именно в сфере ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ отношений, куда среди прочего входит и Вечная Любовь. Но Человеческие Отношения не единственный тип отношений, существующих во Вселенной! Такой пирожок…
И много о чём хотелось мне написать сегодня, но где-то между «Петровско-Разумовской» и «Владыкино» меня окликнули: «Макс!» Макс — это лучше, чем Максим, потому что Макс = 1-це, а Максим — той же 6-ке, но, например, Максим Скворцов = той же 1-це, а Макс Скворцов = 4-ке. 4 = 1. Это так вот почему:
4 включает в себя 1, 2, 3 и саму себя. 4 = 1+2+3+4 = 10 = 1. Так же, 1 = 7.
7 = 1+2+3+4+5+6+7 = 28 = 2+8 = 10 = 1.
На всякий случай, сообщаю, что это я не сам придумал, но рад был научиться этому древнему как мир способу.
Так вот, окликнувший меня человек был Кирилл Баскаков с симпатичной юной супругой в черной «коже».
Мы посмеялись. Ведь ровно неделю назад я звонил ему, чтобы спросить, почём он сдаёт свою «двушку» в «Алтуфьево». Он сказал 250 $, а ещё через три дня я, ничтоже сумняшись, снял по соседству с ним комнату за 150 в «Отрадном». По любому искал в правильном направлении: в северном.
Ещё Баскаков одолжил мне до пятницы 30 рублей. Удивительно, куда можно было просрать за полторы недели 400 $, да ещё и денег занять?! Впрочем, помимо снятой комнаты, я ещё купил на последние монитор Sony Trinitron аж в 17 дюймов диагонали, и несказанно счастлив.
Я люблю A!
Я люблю LL!
Я люблю LL!
Простите вы меня, мои девочки! Не могу я быть мужем никому из вас! Главное для меня — заземлиться. Что называется, не поймите меня правильно. И вы же сами именно этого-то от меня и хотите, только пока не знаете этого…