Дамбигад

Авеегрес Анири П

Северус Снейп

Ещё не закончив исследования с образцом, я знал результат. Никогда в жизни я не хотел ошибиться, как в этот раз. Но врать себе - последнее дело, недостойное слизеринца и мага. В Хогвартсе только один человек имел возможности добавить студенту в еду зелье дружбы такого качества. Состав примесей указывали не только на отменное качество и квалификацию зельевара, но и на индивидуальный заказ. Для любого выпивший его, кроме Поттера, этот состав был совершенно безвреден.

Не похоже на школьный розыгрыш. Слишком ювелирная работа для близнецов Уизли. Никому другому не хватило бы наглости озорничать а Большом зале. А слизеринцы действовали бы более масштабно. Мне не нравился напрашивающийся вывод. Но деваться некуда. Следовало взглянуть на ситуацимю непредвзято.

Я сварил Поттеру антидот и на всякий случай поискал заклинания очистки. Гадость страшная, но полезная. Изобретена не так давно для медицинских учреждений волшебников. Тавегилус делел пищу не только безопасной для произносящего её волшебника, но и начисто лишал еду вкуса: великолепные пудинги по вкусу напоминали паралон, капуста - промасленную бумагу, но калорийность сохранялась, и пища становилась безвредной.

______________________________________________________________________________________________

Тавегил - препарат противоаллергического действия.Взято автором с потолка (из Googla).

______________________________________________________________________________________________

На выходных я планировал показать Поттеру заклинание и вручить пробирку с антидотом. За завтраком в Большом зале гриффиндорца не было. За обедом я искал лохматую голову за столом под знаменем Гриффиндора, но безрезультатно. Крестника, которого можно было бы отправить на поиски, тоже не наблюдалось. Странно.

Глава 37

Северус Снейп

Я нашёл их в одном из заброшенных классов в подземелье. Две макушки - светлая и тёмная, - два ловца - слизеринский и гриффиндорский, - сидели прислонившись к стене одинокие и несчастные.

'За что это им?
– мелькнуло у меня в голове.
– Они всего лишь дети. Дети, умудрившиеся родиться в магических семьях.'

– Вас не было на ужине, - произнёс я вслух.

– Простите, сэр, - поднял голову Поттер.
– Нам было не до еды.

– Я в курсе, мистер Поттер. Вас ищут по всему замку.

– Кто ищет?! Сэр.

– Ваши друзья-гриффиндорцы подняли тревогу, когда не обнаружили вас ни в башне факультета, ни в Большом зале за ужином.

Гарри поднялся и вышел.

– Драко...
– я опустился рядом с ним на корточки.
– Не стоит обращать внимания на слова завистников и глупцов.

– Ты уже знаешь, крёстный?
– Малфой отнял руки от лица и хлюпнул носом.
– Где гарантия, что гразнокровка не права?

– Ты всю жизнь будешь слушать мнение недостойных? Люди злы и завистливы, Драко. Они готовы

унизить, растерзать, смешать с грязью и засадить в Азкабан за косой взгляд или грязные волосы. Ты должен быть сильным, чтобы выжить в этом мире. Нельзя никому показывать свой страх.

– А если я не могу быть сильным?

– Тогда придётся казаться им, - пожал я плечами.
– Далеко не все умеют смотреть в суть вещей.

– Крёстный, а что, если она права?
– он посмотрел на меня, до боли напоминая сейчас Нарциссу.
– Что, если сам по себе я ничего не представляю? Только длинная родословная и счёт в 'Гринготтсе'?

Что я мог ответить на это? Рявкнуть и заставить выучить парочку заклинаний? Будет только хуже. Взять на руки и, укачивая, спеть колыбельную, как в детстве?

– Пойдём, Драко, - потянул я его за руку.
– У меня завалялось миндальное печенье, а домовики могут принести горячего молока.

Драко Малфой

Я обещал крёстному, что явлюсь сразу же, как переговорю с Флинтом.

Злой, как мантикора, Маркус был в Большом зале. В этот раз утренняя стычка с Гриффиндором обошлась без драки, но оптимизма нашему капитану это не прибавило. Стоило мне перемолвиться парой слов о квиддиче, как со стороны гриффиндорского стола раздались крики.

Я обернулся. Орал, как ни странно, Поттер. Бывший очкарик нависал над нищебродом и грязнокровкой, сжимая кулаки и явно пытаясь сравниться по цвету с квиддичной формой.

– Ты мне не мать, Гермиона!

Лохматая бобриха что-то забормотала в ответ, а рыжий Уизел насупился.

– Я не должен перед тобой отчитываться, - уже чуть тише, но всё ещё достаточно звонко продолжал Поттер.
– Зачем ходить за мной в каждый след? Чтобы давать профессору Снейпу повод снимать с меня баллы? Надо же понимать, что делаешь!

В сердцах он постучал по люу, но тут же потёр шрам - видно, что силы на удар не пожалдал.

– Драко...
– меня тронула за плечо Гринграсс.
– Уведи его: твой родственник теряет лицо.

Я спохватился: действительно, что за разборки на людях? Я поспешил к столу Гриффиндора.

Гарри Поттер

Драко увёл меня с ужина. Просто взял за руку и вытянул из Большого зала. А пока я китпел от негодования, успокаивал и говорил, что грязнокровки всё равно ничего не понимают.

– Они даже Бельтэйн называют Вальпургиевой ночью, а Самайн обозвали Хеллоуином.

Я резко остановился:

– А разве не так?

– Что не так?
– обернулся ко мне белобрысый.

Мы стояли на лестнице, ведущей на второй этаж.

– Ну мы разве празднуем не Хеллоуин?

Драко схватился за голову:

– Поттер! Смотри не скажи это при ком-нибудь.

Он оглянулся по сторонам, дёрнул меня за руку, чуть не вывихнув плечо, и затащил в нишу.

– Поттер, ты вообще в курсе, что такое Самайн и Бельтайн?