Данталион
Шрифт:
Преступления для Железного города редкостью не были. Огромный мегаполис населяло более пятидесяти миллионов человек. Большая часть из них проживала в трущобах на самой окраине, рядом со стеной. Полиция редко навещала те районы, предоставляя возможность синдикатам решать все вопросы.
Но в центре мегаполиса преступления совершались не часто, ведь элитные районы полностью просматривалась камерами наблюдения. Здесь нельзя было и шагу ступить без присмотра «большого брата». К тому же постоянные патрули тщательно отслеживали передвижение любой подозрительной
– Не зря вызвали именно тебя, – проговорил подошедший офицер Даниил Симонов, пожимая Марку руку.
Они вместе проработали в отделе сыска двенадцать лет, считались лучшими детективами города, но при этом не часто оказывались на одном месте преступления.
– Что известно о жертве? – спросил Марк, направляясь к подъезду.
– Учёный. Профессор института генетики. Не знаю, чем он конкретно занимался, но не исключаю, что убийство связано с работой.
– Откуда такие предположения?
Они вошли в лифт, возле которого дежурил патрульный.
– Я уже поговорил с криминалистами и думаю, дело больше по твоей части. Поэтому я тебя и вызвал.
– Ты меня вызвал? – удивился Марк. Хотя они были друзьями, но Марк не припоминал, чтобы Симонов вызывал его на место преступления.
– Сам всё увидишь, – ответил Даниил. – Уверен, департамент передаст дело тебе.
Марк с сомнением посмотрел на коллегу.
– Да перестань, – всплеснул руками Симонов. – Я профессионал, и если вижу, что дело выходит за рамки обычного криминала, то не буду пытаться перетянуть одеяло на себя.
– Поживем – увидим, – проговорил Марк в ответ, терпеливо дожидаясь, когда лифт доберется до нужного этажа.
Дверь в квартиру была открыта. Рядом стоял ещё один патрульный, пропустивший без лишних слов. Тело убитого Валентина Кора лежало в просторной гостиной. Оно распростёрлось в самом центре: руки разбросаны в стороны, голова задрана вверх, рот перекошен в гримасе предсмертной агонии, а глаза широко раскрыты, можно даже сказать выпучены.
Над телом уже стоял судмедэксперт Альфред. Рядом с ним в воздухе висел летающий аппарат, проводящий сканирование комнаты на наличие отпечатков пальцев и ДНК.
– Приветствую, Марк, – поздоровался он.
– Говорят, это не просто рядовое убийство, – заметил Марк, остановившись рядом с телом.
– Именно так, – ответил Альфред, предлагая заглянуть в экран планшета. – Его не просто убили, ему сожгли всю нейронную сеть, будто в микроволновку засунули.
На экране высветилась трёхмерная томограмма головного мозга убитого. Марк несколько секунд изучал снимки, выискивая детали, способные привлечь внимание.
– Странный способ убийства, – проговорил Симонов, оставаясь возле двери.
– Так кажется на первый взгляд, – продолжил Альфред, увеличивая на экране место, где виднелся пучок нейронных соединений. Вместо привычных вспышек, похожих на разряды тока, виднелись только обожжённые, посеревшие волокна. – Перед смертью Валентин Кор пережил сильный
Криминалист ткнул пальцем на труп: выпученные глаза, искорёженное в гримасе ужаса лицо, согнутые словно лапы хищной птицы пальцы на руках.
– Воспоминания? – переспросил Марк. – Ты уверен?
– Абсолютно. Вот смотри. – Альфред указал на данные мозговой активности, которая была у жертвы в момент гибели. – Такая активность бывает, когда человек вспоминает что-то страшное.
– Нежелательные воспоминания, – проговорил Марк.
Альфред кивнул.
– Можно назвать их и так. Но это ещё не всё. В момент пика, когда воспоминания достигли апогея, кто-то отсканировал матрицу нейронов.
– Другими словами, отсканировал фрагмент нужных воспоминаний, – дополнил Марк.
– После чего всё стёр. Оставил только пустой мозг, откуда невозможно выявить ни одной матрицы.
– Замел следы, – подытожил Марк, оглядывая помещение.
С такими преступления он еще не сталкивался. У людей воровали воспоминания, чтобы получить необходимые данные, но для этого требовалось серьёзное оборудование. Хакеры крали воспоминания, но никто не стирал память жертвы. Как минимум – совершали подмену. Подобным занимались террористы, поэтому большинство граждан использовали чипы, блокирующие взлом памяти.
Случай с профессором Кором стал первым, и теперь Марк понимал, почему на место преступления вызвали именно его.
– Знаю, о чем ты думаешь, – сказал Альфред, отводя Марка в сторону, словно опасаясь посторонних ушей, – но могу тебе сказать одну вещь уже сейчас. Таких технологий у нас нет.
Марк вопросительно посмотрел на Альфреда. Он и сам никогда не слышал ни о чем подобном, но ведущие корпорации постоянно что-то выдумывают, пытаясь влезть людям в голову, повлиять на их будущее.
– Что ты хочешь сказать?
– Технологии, способной выудить из головы человека нужное воспоминание, а затем отсканировать его, вот так, дома, не существует. Я криминалист в мире, где искусственный интеллект встречается на каждом углу, и я знаю обо всех новинках, поступающих на вооружение. Это не наша разработка.
Марк вновь посмотрел на тело Валентина Кора. Не пройдёт и двух часов, как это дело ляжет на его стол с пометкой «СРОЧНО».
– Террористы?
– Возможно, – пожал плечами Альфред. – В любом случае здесь задействованы очень хорошие программисты и инженеры. Они смогли заставить человека вспомнить что-то определённое, скопировали это, а затем всё зачистили. И как я могу судить с высоты своего опыта, всё это было проделано за несколько секунд. Понимаешь?
Они пристально оглядели комнату, прошлись по квартире. Ни беспорядка, ни мусора. Никто здесь ничего не искал. Марк опасался, что зацепок они не найдут, и подозревал, что камеры наблюдения не сильно прояснят ситуацию, ведь здесь явно замешаны профессионалы. Но сильнее всего его тревожили похищенные воспоминания. Что именно забрали у Валентина Кора?