Данталион
Шрифт:
– Вы пытались воздействовать на него? – спросил Марк.
– Это не в нашей юрисдикции, – пояснил Альфред. – Всё, что мы можем, это только наблюдать, изыскивая способы взаимодействия с предметом. Ломать или разбирать его не имеем права.
Кот приблизился к объекту вплотную. Его глаза в этот момент превратились в движущуюся матричную сетку: он сканировал внутреннее строение предмета.
– Интересно, есть ли у этой вещи кнопка отключения? – проговорил Альфред.
– Поживём – увидим, – отозвался Марк, наблюдая за помощником.
Кот, сделав свою работу, посмотрел на стоящих за
– Мы получили все данные, которые нам нужны, – пояснил Марк, обрабатывая полученную от помощника информацию.
– Вы общаетесь посредством мысленного диктофона? – порадовался Альфред. – Видимо, Валентин Кор нашёл что-то чрезвычайно интересное, если правительство так серьёзно взялось за расследование убийства.
– Держи меня в курсе, – попросил Марк. – Уверен, мы скоро выйдем на след нашего загадочного убийцы.
6
Вечером Марк сдал отчёт с подробным описанием произошедшего в карьере. Осмотрев тело погибшего, он переключился на объект и сделал однозначный вывод – современная наука не может сказать, что это такое. Именно это сообщили все, кто пытался изучить дискообразный предмет.
Помощник Кот, а Марк решил так и называть виртуального андроида, выявил некую энергетическую активность в центре дискообразного предмета, но её природу установить не удалось. Марк заподозрил, что энергия эта являлась мощным оружием.
Сам по себе диск не представлял никакой угрозы, за исключением тех моментов, когда он начинал создавать вокруг себя разрушительное радиационное поле, проявляя, вероятно, защитную реакцию. Пока это казалось самым правдоподобным объяснением.
Помощник детально изучил предмет, но всё же выявить его происхождение не удалось.
К отчёту Марк прикрепил проекции и описания.
Помимо странного происхождения предмета, Марка заинтересовал один момент, о котором упоминал Альфред в самом начале, и это не давало покоя. Альфред предположил, что между убийством учёного и найденным в карьере предметом есть связь. Оба случая имели одну общую нить. После более пристального изучения тел погибших оказалось, что они попали под влияние абсолютно одинаковых по своему воздействию лучей. Повреждения нейронных соединений мозга выглядели идентичными. За одним исключением – у рабочего не сканировали воспоминания.
– Запутанное дельце нам попалось, напарник, – сказал Марк, посмотрев на кота.
После рабочего дня детектив расслаблялся дома, раскинувшись на кресле, вытянув ноги и закинув руки за голову. Свет он не включал. С улицы проникали огни рекламных носителей, и в их отблесках виднелся кот, сидящий на подоконнике. Помощник непрерывно смотрел на проходящих мимо прохожих, словно отслеживая каждый их шаг.
– Молчишь? – усмехнулся Марк, впрочем, и не ожидая от андроида никакой реакции.
Он вновь задумался, сопоставляя всё произошедшее. Ещё никогда Марку не приходилось браться за такое странное и запутанное дело. За свою карьеру он нашёл не один десяток преступников. Его аналитический склад ума позволял распутывать даже самые сложные преступления. Он часто нападал на след в первые же дни расследований, став лучшим работником полицейского департамента.
Постепенно Марк ушёл с улиц. Мелкие дела больше не ложились ему на
Но бывали случаи, когда Марку приходилось спускаться в самые низы иерархической лестницы жителей Железного города. Иногда для поиска правильного решения нужно замарать руки. В деле Валентина Кора, вновь придётся оказаться среди трущоб – в этом Марк был абсолютно уверен.
Поднявшись с кресла, он прошёл по комнате и остановился возле зеркала. В свете уличной рекламы его кожа окрашивалась то в красные, то в зеленые оттенки, сильно контрастируя со скромным интерьером комнаты.
Марк снял рубашку и оглядел торс в зеркале.
На его груди, в центре солнечного сплетения, на мышцах пресса и внутренней стороне бицепсов виднелись тату. Небольшие рунические узоры, о происхождении которых Марк не знал. Вероятно, они были на его теле с самого детства. С трёх лет Марк жил в детском доме, но вот что с ним произошло раньше – не помнил.
Проведя кончиками пальцев по рунам, Марк вспомнил, когда впервые ощутил ужас, от которого холодела кровь в жилах. Тогда он был ребёнком, осознавшим присутствие чего-то потустороннего в своей жизни. С тех пор это чувство частенько преследовало его во снах и наяву. Иногда Марку нужно было время, чтобы избавиться от очередного приступа наваждения.
Он закрыл глаза, погрузившись в воспоминания. Первым делом перед мысленным взором всегда возникал фиолетовый цвет. Всё его детство окрашивалось в этот оттенок, ставший с годами неотъемлемой частью любых воспоминаний. Затем появлялась комната – небольшое помещение, очень тёмное, без освещения. Фиолетовые стены давили на Марка, а затем приходило время для того, кто прятался в темноте. Марк чувствовал его присутствие за спиной. Достаточно было повернуть голову, и тогда силуэт проявится.
Тяжело вздохнув, Марк открыл глаза и перевёл взгляд на кота. Тот неотрывно смотрел на него. Его зрачки расширились и светились в полумраке зелёным, словно два индикатора, внимательно отслеживающие каждое движение.
– Ты знаешь, что это? – спросил Марк, указывая на руну в центре солнечного сплетения.
Немигающий взгляд помощника продолжал сверлить его какие-то секунды, но затем Кот посмотрел на входную дверь.
– У нас гости, – прозвучал голос в голове Марка.
– Кто? – прошептал Марк.
Кот ответил, используя мысленный диктофон:
– Софья.
Марк тут же испытал лёгкое чувство адреналинового возбуждения. Синхронизация с напарником вызывала весьма будоражащие ощущения.
Накинув рубашку, Марк включил свет и направился к двери.
7
Он открыл дверь за мгновение до того, как Софья собиралась постучать. Двадцатидевятилетняя женщина была одета в рабочую униформу менеджера банка. Она вздрогнула от его неожиданного появления.
– Ты настоящий детектив, – произнесла Софья. – Или установил в коридоре камеру слежения?
Они познакомились полтора года назад в кафе, куда Марк имел привычку заходить два раза в неделю. Софья любила там обедать. Кафе находилось через дорогу от банка, в котором она работала, и каждый день она посвящала отдыху, пряностям и свежему кофе целый час.