Дар
Шрифт:
Осознаю, что время, которое Прудажный потратил сейчас на меня, в моем сне было использовано на телефонный разговор с «Евушкой». Слышу громкие удары собственные сердца. Оно поселилось в ушах. Оно перекрывает кислород.
Глаза увеличиваются в десятки раз, когда замечают на горизонте лабрадора. С силой толкаю министра в грудь, но этого не достаточно, чтобы сдвинуть его на безопасное расстояние. Лицо мужчины изуродовано злостью. Он едва успевает раскрыть рот, чтобы, вне всяких сомнений, наорать на меня и потребовать объяснений, но…
Все
Дальнейшее развитие событий меня не волнует. Я и без того знаю, что спустя несколько секунд на тротуаре распластаются два трупа.
В слезах убегаю вверх по улице. Смуглое обозленное лицо с ужасом в глазах сопровождает меня будто тень. В моем мозгу на один кошмар стало больше. И почему, собственно, министр позволяет себе прогулки без сопровождения охраны? Может, если бы рядом шагало пару «шкафов», ему бы удалось избежать подобной участи? Но с другой стороны, зачем ему охрана в «Цезаре» где каждый третий - министр.
На улице не жарко, даже прохладно, но не смотря на это впереди замечаю девушку в ярко-алом топе с оголенной спиной. Ее куртка свисает с наброшенной через плечо сумочки. Догоняю девушку на спине которой, как мне показалось, я смогла разглядеть крылья. Галлюцинации? Нет. Не показалось. Прямо перед собой вижу тату во всю спину - это действительно крылья. Всю спину, практически до пояса, украшают КРЫЛЬЯ.
На пару шагов опережаю брюнетку увлеченно болтавшую по мобильном. Совершенно не контролирую собственные эмоции. Понимаю, что мои губы больше не сшиты, мой язык не приклеен, я могу говорить, и даже кричать, если нужно.
– Не устраивает нормальное количество органов? Дорисовываешь себе крылья? Забирай лучше мои!
– Пытаюсь сорвать с себя кофту.
– Господи, зачем уродовать собственное тело? Мне бы в голову не пришло сотворить с собой нечто подобное, а мир сходит с ума… Забирай мои! Я не просила подобного уродства! Они мне не нужны! Что толку носить нарисованные? Выдерни мои, настоящие.
Брюнетка окаменела, и только ее неестественно синие глаза испуганно бегают по сторонам, то и дело вопросительно возвращаясь ко мне.
– Я не сумасшедшая.
– Отчаянно пытаюсь стащить с себя одежду, но ничего не выходит. Беспомощно размазываю по лицу слезы вперемешку с соплями.
– Не бойся, я не сумасшедшая… забирай мои. Вырви их и вставь себе. Не знаю - приклей, имплантируй, пришей… Тебе нужны крылья, а мне нисколько.
Девушка испуганно хлопает ресницами, не проронив при этом ни слова. Скорее всего, ей просто страшно. Она однозначно напугана до смерти. Еще бы, ополоумевшая незнакомая девица несет бред, да еще пытается устроить стриптиз. Вдруг это заразно?
– Сара, уходим.
– Меня резко одернули за локоть.
– Простите. Не бывает много выпитой водки…
Макс дарит незнакомке самую искреннюю виноватую улыбку. Меня он заталкивает в машину. Я уже и забыла, что прибыла
Глава 6
«Тойота» быстро трогает с места. Я не прекращаю плакать, но делаю это молча.
– Ничего объяснить не хочешь?
– Макс угрожающе всматривается в мое лицо. Я вижу, как у него заиграли желваки. Наверное, больше всего на свете ему сейчас хочется убить меня. А что, не такой уж и плохой вариант.
Не могу справиться с рыданиями. Немного наклоняю голову и прячу лицо в ладонях. КАК ОБЪЯСНИТЬ? КАК? КАК?
Плачу всю дорогу. Макс больше ни о чем не спрашивает.
Прихожу в себя, только когда дверь с моей стороны открывается.
– Приехали.
Растерянно смотрю по сторонам. Мой двор. Мой дом. Не решаюсь взять предложенную руку. Выхожу сама. Сил держать голову ровно - нет. Все время пялюсь в землю.
– Идем.
Макс аккуратно подхватывает меня под руку. Ставит машину на сигнализацию. Поднимаемся ко мне.
Не обращая внимания на Макса, бреду на свою ядовито-зеленую поляну. Принимаю привычную спасительную позу.
– Что ты делаешь?
– Голос звучит слишком неожиданно. Вздрагиваю, но не более.
– Сара, я не уйду отсюда, пока ты мне все не объяснишь. Я больше не могу жить как слепой котенок. Я месяц пытался сам во всем разобраться, но ничего хорошего из этого не вышло. Если ты таким образом решила завязать со спортом, твое право. Если… если заодно и со мной… что ж, этого запретить я тебе тоже не могу. Просто перестань меня мучить. Мне необходимы ответы. Я не дурак и все пойму.
Макс опускается на ковер, рядом со мной. Его рука нежно касается моих волос. Кажется, он гладит их. Так обычно делают маленькие детки, когда родители нашептывают - «Пожалей ее».
Его прикосновенья мгновенно напоминают о том, как я люблю все это. Как люблю его, его руки, его губы, НАШЕ прошлое. Даже таких жалких намеков на близость хватает, чтобы внутри меня разгорелся пожар желания. Сексуальный голод, это что-то новенькое, спрятанное где-то очень глубоко внутри меня, давшее о себе знать абсолютно некстати. Ловлю себя на мысли, что в моей жизни вряд ли еще хоть когда-то будет этот самый секс. Хоть я никогда не была нимфоманкой, все же печально осознавать, что два крыла, которые у людей обычно «вырастают» от переизбытка нежных чувств, со мной сыграли злую шутку, отняв у меня даже право мечтать о чем-то подобном.
Плакать больше не хочется. В мозгу срабатывает какой-то импульс. Что ж, я в любом случае потеряю Макса. С гермафродитом он вряд ли захочет связать свою судьбу, а если я и дальше буду игнорировать все его расспросы, он вынужден будет уйти. Итак, Макс хочет услышать ответы? Хорошо. Может, хоть мне станет легче, когда, не зависимо от итога, я все же поделюсь с живым человеком своей «проблемой».
Молча поднимаюсь с пола. Макс напряжен, но не отрывает от меня глаза, продолжая сидеть на ковре.