Дари Ласо
Шрифт:
– Эй, ты чего такая унылая?– легонько толкнула локтем Лада.
– Волнуюсь перед подиумом. Я на каблуках не ходила со школьного выпускного,– на ходу придумала я и вяло улыбнулась, а потом тут же сменила тему:– Так что там с печатями?
– Сдала экзамен по кодексу и все забыла!– возмущенно засопела Лада и притянула нас обеих ближе к себе.– Хомони имеют право получить вторую фамильную печать в повторном браке с себе подобными. А у нори Кхелан Босгорд первый муж погиб через девять лет после брачной церемонии.
– Откуда ты столько знаешь об их семье?–
– Потому что брат ее второго мужа некий Брадос Пэн… бес его… Босгорд служит в конструкторском корпусе…. По сути, он начальник моего отца… ну, через десятую ступень вверх… Вчера папа немного рассказал об их семье.
– Так он их знает?– воодушевилась я, понимая, что это шанс быть представленной Макрону Босгорду и узнать, наконец, что между нами может быть.
– Встречался, наверное. Меня же не берут на деловые приемы, пока нет двадцати одного. Прямо несправедливость какая-то!– фыркнула Лада.– А второй муж Кхелан тоже здесь, во-о-н стоит рядом, такой симпатичный на мордашку, но пузатенький…
Лю Мин захихикала своим тоненьким голоском. А у меня в груди потеплело. Я настолько загорелась идеей знакомства с Босгордом, что собиралась сделать неприемлемое для девушки моего положения: попросить Бориса невзначай представить меня Макрону. А дальше всё в руках судьбы. Если я ему понравилась, как мне того хотелось, то он обязательно даст повод для продолжения беседы и впоследствии, возможно, станет единственным победителем в торгах. А через какое-то время я стану его женой!
Эта картина возникла в мыслях настолько ярко, что впервые в жизни я начала представлять, какое у меня будет платье на брачную церемонию и как красиво будет смотреться серебристая печать рода Макрона Босгорда на моем правом плече. От предвкушения я потерла плечо и улыбнулась.
От мыслей, как удачнее провернуть знакомство, меня отвлек голос распорядителя бала:
– Приветствуем Лауру Санторини…
На подиум вышла темноволосая девушка в красивом бордовом платье, расшитом длинными перьями по подолу. Она не поднимала глаз на зал и улыбалась как-то натянуто. Нервничала. Она была человеком. Фамилия говорила об итальянских корнях.
–…Лаура будущая выпускница медицинского колледжа Тоусэла по специальности «Хирургия»,– продолжала Сандая.
– Девочки, как вы тут?– обняла нас всех за плечи Светлана.– Не улыбайтесь так, если будете волноваться. Лучше смотрите прямо перед собой, чуть поверх голов…
– И не прижимайте руки к телу… Немного расслабьте, согните в локтях и положите ладони друг на друга,– добавила мама.
– Я лично буду улыбаться направо и налево,– уверенно заявила Лада и пальцами вспушила волосы на висках и макушке.
Я только напряженно сдвинула брови, рассматривая итальянку. Кажется, я буду дрожать от волнения, и все это заметят… И он заметит…
Приподнявшись на носочки, я посмотрела на первые ряды гостей. Макрон был высоким, черноволосым, его легко найти, если бы он там стоял. Но я его не видела. Снова
Гости зааплодировали, вновь вернув меня к реальности. Сандая закончила представление первой девушки. И вдруг дебютантка заговорила низким голосом. Но я практически ничего не расслышала, потому что поняла, что и мне нужно будет что-то сказать. А я совсем не готовилась и, очевидно, прослушала об этой детали представления, когда Светлана что-то говорила на пути сюда. Что же я скажу?!
К нам подошли папа и Борис. Я улыбнулась отцу, который ободряюще подмигнул, видимо, заметив мое беспокойство. А потом Лю Мин вдруг вынула руку из-под моего локтя и с извинением во взгляде отошла туда, где стояла ее мать и сурово смотрела в нашу сторону.
– Ну вот, креветки засуетились,– возмущенно прошептала Лада на ухо.– Нисколько не удивляюсь, что она хочет от них сбежать.
– Девочки, горлышко хотите освежить?– ласково спросил Борис, протягивая бокалы с напитками.– Голосок должен быть уверенным и громким. А то у второй девочки, похоже, тоже связки свело.
Я ухватилась за бокал, как за спасение, и приникла к нему, разглядывая поверх стекла новую девушку на подиуме.
Последовала череда невест. Всех их представляли, затем они говорили несколько приветственных слов и сходили с подиума в зал. Кто-то вел себя уверенно, кто-то нервничал, были даже такие, кто не мог выговорить ни слова, и тогда я слышала тихие смешки то там, то здесь и видела осуждающие взгляды.
Пока мы с Ладой ожидали своей очереди, я периодически рассматривала балконы. Оттуда никто не обращал на меня внимания. Макрон словно испарился. Напитка мне не хватило, во рту пересохло и чем стоять и переживать, я решила сама пройтись за новым. Потянув Ладу за руку, я шепотом спросила:
– Сходи со мной за коктейлем?
– Пойдем,– сразу согласилась она и улыбнулась родителям.– Мы быстро.
У бара почти никого не было. Я заказала два коктейля и оглянулась через плечо на подиум. Там пухленькая девушка что-то говорила писклявым голосом.
– Будет смешно, если этот «бочонок» выберут хомони, а меня нет!– беззлобно хмыкнула Лада.
– Она милая, только голос высоковат,– пожала плечом я и неожиданно увидела мужчину в толпе, который стоял вопреки всем спиной к подиуму. Его огненно-сияющий взгляд был направлен на меня. Я совсем забыла о правилах и, едва дыша, смотрела только на него и слушала громкое биение своего сердца.
«Я не могу ему не нравиться. Иначе, зачем бы он так откровенно игнорировал кодекс? О-ой, кодекс!»
Взволнованно уронив взгляд, я сжала край столешницы.
– Дари, сейчас пойдет Лю Мин. Пойдем ближе?– взяв свой бокал, сказала Лада.– А ты постоишь со мной у подиума, перед тем, как я поднимусь?
Я глубоко вздохнула и растерянно посмотрела на Ладу.
– Что? Ты где витаешь? Ты какая-то странная… Ты так из-за Босгордов переживаешь?– Лада была на редкость догадлива.– Зачем вообще беспокоиться, если до того момента пока не завершатся торги, ты не узнаешь, выбрал ли тебя он или нет?