Дай пять
Шрифт:
– Мам, – заорал с кухни ребенок. – Тимми засунул «M&M's» в нос.
Морин помотала головой и улыбнулась.
– Дети, – произнесла она извиняющим тоном. – Ты же знаешь, как это бывает.
– В общем–то, у меня хомяк, – заметила я. – Ему трудно засунуть в нос «M&M's».
– Я сейчас вернусь, – извинилась Морин. – Я только на минуту.
Я вошла в прихожую и стала осматриваться, пока Морин поспешила в кухню. Справа открывалась гостиная. Это была большая, приятная комната, оформленная в бежевых тонах. У ближайшей стены стояло пианино. На верху
Кучафотографий. Возможно, никто и не заметит пропажу, если одна из них попадет ко мне в сумку.
Я услышала, как орет какой–то ребенок, и щебетание Морин, что «все будет хорошо», и «плохая M&M's пойдет баиньки».
– Я скоро вернусь, – пообещала детям Морин.
Послышался щелчок выключаемого телевизора на кухне, и, не моргнув глазом, я схватила ближайшее фото, сунула в сумку и отступила обратно в прихожую.
– Прости, – извинилась Морин. – С нами не соскучишься.
Я вручила Морин свою карточку.
– Может, передашь Аллену, чтобы он позвонил мне, когда появится.
– Конечно.
– Кстати, а какую машину водит Аллен?
– Желтый «таурус». И еще у него есть «лотус» (британский производитель спортивных и гоночных машин – Прим.пер.).
– У Аллена есть «лотус»?
– Это его игрушка.
Уж больно дорогущая игрушка.
Нужно было проехать мимо универмага по дороге домой, поэтому я сделала короткую остановку и заглянула в банк. Банк был закрыт, но окошко для водителей работало. Мне это было бесполезно. Аллен не заступал на дежурство в окошке для водителей. Я покружила, выискивая «таурус», но безуспешно.
– Аллен, – вопрошала я. – Где ты?
И тогда, раз уж я оказалась здесь, не повредило бы остановиться и поздороваться с Ирен Тулли. И, чем черт не шутит, можно было и фотографию Аллена ей показать. Никогда не знаешь, что всплывет у народа в памяти.
– О, ради Бога, – сказала Ирен, открыв мне дверь. – Вы все еще ищете Фреда? – Она взглянула на «бьюик» и узнала его. – Ваша бабушка с вами?
– Бабуля дома. Я надеялась, что вы не откажетесь взглянуть еще на одну фотографию.
– Это снова тот мертвый человек?
– Нет. Этот парень живехонек.
Я дала ей фото семьи Шемпски.
– Разве не прелесть, – сказала Ирен. – Что за милая семья.
– Вы узнаете этих людей?
– Не с ходу. Кажется, видела мужчину, но не могу вспомнить, где.
– А не мог он быть тем мужчиной, который разговаривал с дядей Фредом на парковке?
– Полагаю, что это возможно. Если не этот человек, то очень на него похожий. Он просто обыкновенный такой. Думаю, потому я его и не могу хорошо вспомнить. Нет ничего особенного, что бы запомнилось. Конечно, он не носил кепку с Микки Маусом и шорты–бермуды.
Я забрала фотографию.
– Спасибо. Вы очень помогли.
– Всегда пожалуйста, – ответила она. – У вас такие интересные фотографии.
Я проехала мимо улицы, ведущей к моему дому, и направилась дальше через Гамильтон в Бург. Я
Я нисколько не беспокоилась, что займу гараж, потому что папаша никогда не ставил туда свою машину. Гараж использовался для хранения канистр моторного масла и старых шин. С одной стороны во всю стену у него было устроено рабочее место, и на нем выстроились баночки с гвоздями и всякой мелочью. Я никогда не видела отца, работающего за этой стойкой, но когда Бабуля доставала его, он прятался в гараже и курил там сигару.
– Ой–ой–ой, – произнесла бабуля, увидев меня в дверях. – Плохой знак. А где черная машина?
– Украли.
– Как, уже? И дня же не прошло.
Я прошла в кухню и взяла гаражные ключи.
– Собираюсь поставить «бьюик» в гараж на ночь, – пояснила я матушке. – Ладно?
Матушка приложила руку к сердцу:
– Мой Боже, ты собираешься взорвать наш гараж.
– Никто не собирается взрывать гараж.
Разве что убедятся, что я там.
– Я приготовила окорок, – сообщила матушка. – Останешься на ужин?
– Конечно.
Я поставила «бьюик» в гараж, все накрепко закрыла и пошла в дом есть окорок.
– Сегодня уже две недели, как пропал Фред, – напомнила за обедом Бабуля. – Думаю, что он бы уже нашелся – так или иначе. Даже инопланетяне не держат людей так долго. Как правило, они просто исследуют твои внутренности и отпускают.
Папаша склонился над тарелкой.
– Конечно, может, они начали зондировать Фреда, а он загнулся. Как ты думаешь, что они предпримут? Возможно, их корабль торчал где–то над Афганистаном, когда они выбросили Фреда, и нам никогда его не найти. Хорошо, что он не женщина, если приземлился в Афганистане. Я слышала: они там с женщинами не очень–то хорошо обращаются.
Матушка застыла с вилкой в руках и вперила взгляд в боковое окно. На секунду прислушалась, потом снова стала есть.
– Никто не собирается взрывать гараж, – заверила я ее. – Я почти в этом уверена.
– Черт, разве это не нечто, если кто–то подложит бомбу нам в гараж? – высказалась Бабуля. – Будет о чем поболтать в салоне красоты.
Меня уже удивляло, почему до сих пор нет звонка от Рейнджера. На него это не похоже: тотчас же не связаться со мной. Я положила сумку на колени и стала рыться в ней, разыскивая мобильник.
– Что ты ищешь? – спросила Бабуля.
– Сотовый телефон. У меня столько всякого добра в сумке, что никогда ничего не найдешь. – И начала выкладывать весь хлам на стол. Лак для волос, расческу, косметичку, фонарик, минибинокль, номера лицензии машины Рейнджера, флакончик лака, электрошокер...
Бабуля наклонилась через стол, чтобы взглянуть поближе:
– Что это за штуковина?
– Электрошокер, – пояснила я.
– А зачем он?
– Испускать электрический заряд.
Папаша подхватил на вилку еще кусок окорока, сосредоточившись на тарелке.