Даймон
Шрифт:
Собственно с Викири, дочери мистрис Координатор, и началась сия история. Девочка, обладающая необыкновенным любопытством и не меньшей смелостью, прискучила пребыванием в безопасной, но излишне тесной и знакомой с детства крепости Керит. Её пленял не только «разумный эфир», но земля, на которой довелось родиться. Как-то ночью она сумела выбраться из дому и с немалой дерзостью направилась в странствие. Увы, красная почва миомбо оказалась для девочки истинной трясиной. В одном из приграничных селений жившие там негры, считающиеся подданными (!) властителей крепости Керит, похитили ребёнка и без особых угрызений совести продали её агентам моего знакомца мистера Зубейра.
Судьба самого мистера Зубейра Рахамы точно неизвестна. На поле битвы, где погибло войско Калимботы,
Благодаря своим возможностям, мистрис Координатор, быстро сумела найти дочь, оказавшейся к тому времени уже в Талачеу. Однако найти и вернуть — разные вещи. Парение в «свободном эфире» позволяет быстро отыскать «дух», но не обрести тело. Это и есть преграда, которую пока не удаётся переступить владыкам Ноосферы. Свою часть они вынуждены оставлять на родной земле (нашей или одной из «параллельных»). Это может быть данная Богом плоть — или некий искусственный кристалл, в который, если верить слышанному, заключается «сущность» (душа?!) человека. Крепость Керит является материальной, вещественной составляющей великой Эфирной державы, гражданами которой являются мистрис Координатор, её дочь, их друзья, живые и «кристаллические» — а также (не зная об этом!) мой Даймон и его отважные последователи. Даймон прав — путь (само собой, с возможностью возвращения) в мир мёртвых пока закрыт. Человек должен оставаться на земле. Мистрис считает сие величайшей слабостью, мне же мниться в том некая высшая, истинная Справедливость. Познавая бесчисленные миры Ноосферы, мы не должны забывать Землю, подаренную нам Создателем. Только пребывая на ней, плотью ли, «кристаллом» или даже распавшимся в пыль прахом, мы способны, подобно Антею, набраться сил и поднять лицо к Небу.
Необходимость охраны крепости Керит и привела к созданию столь странного государства. Обычные негрские племена слишком слабы и недружны, посему появился план пригласить в Читабо выходцев из Северо-Американских Штатов, хорошо вооружённых и организованных, но лишённых отчизны. Они, взяв под надёжную охрану крепость, стали в свою очередь владыками покорённых ими аборигенов. Таким образом, говоря о «кругах» Миомбо-Керита и об идеях великого Платона, я бы не так далёк от истины.
Остальное вполне понятно. Узнав, что Викири попала не к местному хозяину, но к путешественнику-шотландцу, направляющемуся на север, мистрис Координатор поняла, что не может желать лучшего. Теперь в её интересах было помочь добраться нам до земель Читабо живыми и здоровыми. Сие предприятие вполне удалось.
Мистрис категорически отказалась обсуждать намёк на то, что Викири (а фактически она сама, пребывавшая с дочерью в постоянном контакте) спасла мне жизнь во время нежданного приступа болезни, более того, быстро и успешно меня излечила. Кажется, благодеяния здесь принято не поминать. Зато охотно пояснила, отчего Викири отказалась со мною разговаривать. Девочка ещё не вполне контролирует свои огромные возможности. Беседа со мной, уже «инициированным» Даймоном, могла раскрыть её тайну.
Между прочим, бинауральные ритмы, а также химическое и механическое (!) воздействие на мозг, имеющее целью «выход» в Ноосферу, почитаются здесь варварством. Способы «путешествия» в Эфирной державе не в пример совершеннее. Что важно, они основаны не на индивидуальных способностях (тут мой Даймон прав), а на неких общих правилах, позволяющих каждому достойному стать гражданином Ноосферы. От более подробного рассказа меня удерживает слово, данное матери Викири. Они имеют полное право беречьтакие тайны.
Именно очевидная причастность к путешествиям по «разумному эфиру» стала причиной особого отношение к моей скромной персоне. Для владык Керита — я «свой», собрат по Знанию, пусть и заблудший, порою не ведающий, что творю. Если сие так… Ты спас не только меня, мой Даймон, ты спас женщину, без которой жизнь для отныне не имеет смысла.
Мистрис Координатор обещала помочь. Как я уже сумел убедиться, её слова не пусты. Если ты жив мой Даймон, если ты ещё где-то здесь, в одном из миров Ноосферы… Молю, Творца, чтоб это было так.
Среди всего прочего, мистрис рассказала, что письмо моё с подробным описанием южноафриканского «блюдца» через три месяца (!) успешно попадёт к адресату — доктору Родерику Мурчисону. Увы, по её предположениям (наши мысли для них не тайна), мой давний знакомец склонён утаить авторство, воспользовавшись моим открытием для собственной славы. Глубокоуважаемая мистрис так и не поняла, отчего её гость, вместо того, чтобы расстроиться, хохотал не менее пяти минут. Эта новость будет первым, что я расскажу Даймону при нашей будущей встрече. Со старушкой Историей ничего не произошло. Через два года председатель Королевского Географического общества Мурчисон докажет реальность южноафриканского «блюдца», совершив великое открытие, не выходя из кабинета.
Два года! Тугодум же он, господин председатель!
Этим он здорово обидит моего друга Дэвида Ливингстона, который пока ещё только собирается в своё первое путешествие. Шотландец же Ричард Макферсон, как и было обещано, исчезнет где-то в глубинах красной земли миомбо — что оного шотландца вполне устраивает.
В который раз вспоминается песня, спетая моей Леди в нашу первую встречу.
Ты приехал издалека, шотландец Ричард.За тобой — длинная пыльная дорога, шотландец Ричард.Твои боги остались в твоей земле, шотландец Ричард.Кто будет хранить тебя в миомбо, шотландец Ричард?Кажется, теперь я знаю ответ и на этот вопрос.
Леди Ньямоана слишком горда, чтобы спрашивать об участи, ей уготованной. Когда я вернулся, она вопросила не о себе — обо мне. Поистине трудно найти нужные слова, но, кажется, удалось. Я сказал, что отныне наша с ней судьба — стать обитателями Неба. Леди Ньямоана спокойно кивнула — она готова последовать за мной на Небеса. Пришлось уточнить: пока что нам предстоит иное путешествие. Завтра мы отправимся к Иривати, дабы увидеть Великий Водопад — Гремящий Дым.
Закат сегодня особенно красив. Земля миомбо очень добра ко мне.
Дорожка 17 — «Кораблик»
Музыка Александра Флярковского, слова Новеллы Матвеевой.
Исполняет Наталья Варлей. Запись 1997 г.
(2`08).
Простенькая песенка из кинофильма «Ещё раз про любовь» про солнечного зайчика, который не линяет даже весной. «Я шагнула на корабль, а кораблик оказался из газеты вчерашней…»
…И запах другой совсем. Не благовониями восточными пахнет — химией. То ли карболка, то ли соляная кислота, не поймёшь, а все равно — противно. Гобелен в кабинете косо висит. Задели — не поправили.
Керри-Керит, чёрный скорпион, пристроился у самого стекла. Глаза круглые не отводит, словно врага выискивает. Левая клешня на стружке, правая на весу, в боевой готовности.
Книги сдвинуты. Искали что-то или просто любопытствовали. Компьютер — что от него осталось — уже на месте, только смотреть не хочется. Стойка с дисками пуста, лишь в самом низу торчит что-то классическо-музыкальное.
Нет Профессора.
Женя-Ева всхлипнула — негромко, горлом. Дёрнула носиком.
— Суки! Менты — суки! Даже смотреть ничего не стали. Протокол просто так, не глядя, составили. А дела не завели. Говорят, уехал мужик по бабам прогуляться, нечего нас беспокоить. Суки поганые, бляди!