Дебютантки
Шрифт:
Ну что ж, она еще покажет и тете Гвен, и Гвенни, и мальчикам. Она продержится в Чэлмер четыре года. Может быть, даже окончит эту школу с отличием. Она им всем покажет. Она в них не нуждается. Ей вообще никто не нужен. Она попляшет на могиле бабушки Марлоу. Она вычитала это выражение в какой-то книге, и оно ей очень понравилось. Она попляшет на могиле бабушки Марлоу и на могиле Кристины Хэттон Марлоу тоже. Чтобы их черти в аду трахали. И уж заодно она попляшет и на могиле Жаклин Пайо.
У нее было чувство, как будто она плачет какими-то внутренними
Мейв
Мейв О'Коннор приехала в субботу, за два дня до начала семестра. Ее багаж прибыл немного раньше.
Тетя Гвен не раз говорила, что не всегда можно определить содержание книги по ее обложке, но всегда можно определить положение человека в обществе по его багажу. Однако абсолютно ничего нельзя было сказать об этом комплекте дорожных сумок, кроме того, что они из кожи, новые и дорогие. То же можно было сказать и о двух больших чемоданах. На них не было никаких наклеек или ярлыков. А то, что они дорогие, еще ничего не значило. Все, кто посещал школу мисс Чэлмер, были достаточно богатыми, кроме нескольких учениц, сдавших специальные экзамены и получающих стипендию. И их багаж было нетрудно выделить. Все их вещи или отличались новизной, но были дешевыми, или же, напротив, были потертыми, не подходили друг к другу по стилю. Но Крисси уже знала, что Мейв О'Коннор — не из тех, кто учится на стипендию, — мисс Чэлмер уже сообщила ей, что та была дочерью Пэдрейка О'Коннора, известного писателя-романиста.
Крисси застонала. Наверное, Мейв О'Коннор была интеллектуалка и зубрила — именно этого ей и не хватало!
— Да? — откликнулась Крисси на стук в дверь, уже готовая погасить сигарету, если возникнет такая необходимость.
— Это я, Мейв О'Коннор, — послышался низкий голос.
— Так заходи, чего ты ждешь?
В комнату прошмыгнула тоненькая девочка, как будто пытающаяся от кого-то спрятаться. Но на нее нельзя не обратить внимания, подумала Крисси. С такой-то копной рыжих волос! Она была просто красавицей. Крисси не могла понять, сколько ей лет — во всяком случае, она казалась старше тринадцати или четырнадцати, возраста всех первокурсниц. «Черт подери! Зубрила, да еще и красотка в придачу. Мы никогда не подружимся», — подумала Крисси.
— Тебе вовсе не обязательно стучать, — с вызовом произнесла Крисси. — Это ведь и твоя комната тоже.
— Ой, прости. Ну, за то, что я постучала. Я не знала, что этого не надо делать. — Она протянула руку: — Меня зовут Мейв О'Коннор.
Крисси почувствовала, что начинает злиться. «Ах, так ты Мейв О'Коннор. И что мне теперь делать по этому поводу? Упасть замертво?»
— Да, ты уже говорила это, когда стучала. — Крисси пожала руку Мейв, не поднимаясь с кровати. Мейв неуверенно засмеялась.
— Я представилась до того, как вошла, так? Извини.
Крисси приподнялась
— Ты ведь новенькая?
— Не вполне тебя понимаю, — нахмурилась Мейв. — Новенькая в этой школе?
— Новенькая в закрытой школе вообще.
— Да. А что, заметно? — Мейв улыбнулась нежной, печальной улыбкой.
— Заметно.
Затем Крисси широко улыбнулась. По крайней мере, Мейв не была зазнайкой или воображалой, лопающейся от самодовольства.
— У тебя весь багаж новый.
— О? — удивившись, сказала Мейв. — А это плохо?
— Не волнуйся, мы сейчас все приведем в надлежащий вид. Я тебе покажу. — И с этими словами Крисси начала с огромным усердием пинать и возить по полу новые сумки и чемоданы, затем высыпала на них содержимое пепельницы и растерла пепел каблуком. — Вот теперь никто не догадается.
Мейв с облегчением рассмеялась, увидя, как легко решается вся проблема. Она подумала, что сможет подружиться с этой забавной девочкой.
— И перестань все время извиняться и стесняться. Будь чуть поагрессивней. А то здешние девочки съедят тебя живьем.
Мейв посмотрела на нее с испугом.
— Девчонки из закрытых школ — довольно жесткая публика, — сказала Крисси. — Все считают, что эти школы придают изысканность манерам и воспитывают благородство. Может быть, внешне это и так. Но внутри этих стен, малышка, тебе необходимо проявлять большую стойкость, чтобы выжить! — Крисси произнесла эту фразу, подражая Эдварду Дж. Робинсону.
Мейв засмеялась, хотя никогда не видела фильмов с участием Эдварда Дж. Робинсона.
— А ты поможешь мне, Крисси?
Крисси несколько смутилась, услышав столь неприкрытую просьбу, однако была довольна.
— Конечно, помогу. Но откуда ты знаешь, что меня зовут Крисси? Ведь я же тебе не говорила?
— Мне сказали там, внизу. Тебя зовут Крисси Марлоу.
— Совершенно правильно. Я так полагаю, что ты обо мне кое-что слышала?
— По-моему, нет. А что я должна была слышать? Ты какая-нибудь знаменитость?
— Естественно. Ты что, не читаешь бульварных газет? Мое имя склоняют уже несколько лет. Я думала, что все обо мне слышали. А ты — дочь известного писателя. Я думаю, что все знают твоего отца. А если ты никогда не училась в закрытых школах, то где ты училась раньше? В обычной школе? В частной?
— Да нет. Я никогда раньше не училась в школе. Мой… отец, — она запнулась, — он сам учил меня. А последний год или чуть больше я жила с тетей в Бостоне. Она тоже наняла для меня учителя.
— А почему это ты жила с тетей? Ведь твой отец жив?
— Да, конечно. Он жив. Он живет в Ирландии… Теперь…
— Интересно. То есть я хочу сказать, что ты тоже живешь с тетей. И я живу с тетей. Только мой отец умер. И мама тоже. Практически все, кого я знаю, умерли. А твоя мама?
— Она тоже умерла, — с печалью в голосе произнесла Мейв и ужаснулась, увидя, что Крисси расхохоталась при этих словах.
— Разве это так смешно? — спросила она с недоумением.