Дебютантки
Шрифт:
— О, я собиралась это сделать. Правда! Но я не смогла вымолвить ни слова… Я так расстроилась, что ничего не смогла ей сказать. Я просто пошла в комнату, упала на кровать и пыталась понять, как же это так получается?! Почему, когда так много бед на свете, есть люди, которые занимаются подобными вещами? Зачем обижать таких людей, как наша милая Сара? Моя бабушка вырастила меня хорошей христианкой. Вы же знаете мою бабушку, Патрисию Марлоу. Я сказала себе: Крисси, это бесчеловечный акт, это не по-христиански. И кроме того, просто подло!
—
— Она врет, мисс Чэлмер. Они обе врут! Сара просто злится, потому что я не захотела пригласить ее безродную кузину на мой праздник!
— Как ты только посмела! — запротестовала Сара, делая вид, что она вне себя от возмущения. — Моя кузина принадлежит к Лидзам из Чарльстона, так же как и я! Наши предки сражались во время Гражданской войны, чтобы защитить нас от подобных вам людей, ты… янки! Ты нацистская свинья!
— Прекратить, сию же минуту! — завопила мисс Чэлмер. — Неужели тебе не понятно, Сара, что у тебя нет доказательств? Кто-то лжет — или Мими, или Кристина. Но, так как у нас нет доказательств, нам придется воздержаться от выводов. Я надеюсь, что виновная найдет в себе силы добровольно признаться!
— Но я же никогда не говорю неправду, мисс Чэлмер, — спокойно заметила Крисси, — моя бабуля Марлоу говорила мне, что это грех — говорить неправду!
Вдруг Мейв выступила вперед и прошептала:
— Крисси говорит правду, мисс Чэлмер. Когда она пришла и сказала мне, что делает Мими, я вышла в холл и увидела, как Мими заканчивает рисовать свастику.
Все уставились на Мейв.
— Почему же ты раньше не сказала этого? — спросила ее мисс Чэлмер.
— Для меня очень трудно обсуждать другого человека. — Мейв уставилась в пол, чтобы не видеть глаз Мими.
— Хорошо, мы имеем двух свидетелей, и мне придется прислушаться к их показаниям. У тебя не будет никакого праздника, Мими! Я позвоню твоему отцу и расскажу ему обо всем. Тебе, можно сказать, повезло, что тебя не наказали сильнее. Подобное поведение должно наказываться более сурово, уверяю тебя!
— Мейв тоже врет! Они обо всем договорились! Меня подставили. Мой папочка будет вне себя от ярости! Он, наверно, заберет меня из этой идиотской школы!
— Наоборот, я уверена, он будет так же расстроен, как и я. Ни одна из учениц школы Чэлмер никогда не позволяла себе подобного. Теперь ты должна пойти в свою комнату и не выходить оттуда весь день. Я вас предупреждаю, чтобы вы ничего ни с кем не обсуждали. Ни при каких обстоятельствах!
Сара шепотом промолвила: «Нацистка!» в сторону Мими, когда мисс Чэлмер выводила ее из комнаты.
Сара и Крисси бросились обнимать Мейв.
— Ты просто спасла нас, — веселилась Сара.
— Как это ты вдруг соврала? — с восхищением поинтересовалась Крисси. — Я же тебя не просила лгать ради нас!
— Потому что я поняла, что мисс Чэлмер не верит тебе. Она была уверена, что вы обе врете!
— Мы врем? — заорала Крисси. — Как это может быть? Сара, когда ты назвала
— Я ненавижу врать!
— Но это было ради правого дела. Мы это сделали, чтобы отомстить за честь Марлены, — с видом святоши заметила Сара.
Крисси толкнула ее:
— И еще потому, что это так забавно!
— На доске объявлений написано, что в школе состоится обед в честь Дня благодарения для тех девочек, которые не поедут на праздники домой, — сказала я Саре. — Наверно, нам придется к ним присоединиться.
— Ни за что в жизни! Я не собираюсь торчать здесь четыре дня, глотать макароны с сыром и готовое желе с морковными кусочками, когда мы можем наслаждаться жизнью где-нибудь в другом месте и вкушать нектар и амброзию!
— Но что мы можем сделать? Четыре дня слишком мало, чтобы съездить в Чарльстон.
— Мы можем поехать в Нью-Йорк.
— Ты ни разу не говорила с отцом за все время, пока ты здесь.
— Ну и что? Мы все равно можем остановиться в его доме. И если даже он будет там, я все равно не обязана с ним разговаривать. Мы можем пойти куда-нибудь на День благодарения. Ты что, никогда не слышала о том, что обедать можно и в ресторане? Многие жители Нью-Йорка именно так и делают. Мы сможем купить себе что-нибудь, сходим в кино, посмотрим те шоу, которые нам интересны. Только подумай, никакой мисс Чэлмер, никаких надсмотрщиков в течение четырех восхитительных дней!
— Мне кажется, что звучит довольно привлекательно, — сказала я без особого энтузиазма.
— Конечно, лучше, чем оставаться здесь со всеми этими недоумками. Разве я не права? И ты совсем не видела Нью-Йорка. Ты даже не была в мюзик-холле в «Радио-Сити», не была в автомате или в планетарии, не каталась на коньках в Центре Рокфеллера, только подумай об этом!
— Мне кажется, что не очень хорошо обедать в ресторане в День благодарения.
— Посмотрите на нее! Если тебе хочется вспомнить дом родной, мы можем поесть у Чайлда или у Шраффта. Ты там увидишь всех мамочек и папочек и их чертовых детишек! — резко заметила Сара. — Я придумала: мы можем поесть в «Парамаунте» и потом просто войдем в следующую дверь и посмотрим шоу. Может, там будет выступать Гарри Джеймс или Джимми Дорси или, может, нам повезет, и мы сможем «покачаться и помечтать» с Сэмми Кей!
— Хорошо, Сара, мне кажется, что все будет очень интересно, — я попыталась улыбнуться.
— О, если тебе так хочется, мы можем попросить, чтобы нас покормили дома, а потом мы пойдем развлекаться. Подожди минутку, я уверена, что у Крисси тоже нет никаких планов! Мы можем пригласить ее и Мейв, если Мейв не планировала поехать в Бостон. Только представь себе — четыре мушкетера. И никого вокруг, чтобы за нами следить или указывать, что нам следует делать!
— Тебе не кажется, что лучше поговорить сначала с твоим отцом?