Дельфины
Шрифт:
У этой истории грустный конец. Однажды дельфин, стремясь как можно дальше сопровождать Дионисия, оказался на отмели, не сумел уйти в море и умер на песке. Он был слишком тяжелым и скользким, и мальчик не смог сам стащить его в воду, а на берегу, очевидно, некому было ему помочь. Это заставляет думать, что посещения дельфина стали обычным явлением и не собирали больше толпу любопытных. Слух об этой замечательной дружбе дельфина и мальчика дошел до Александра Македонского, лишь недавно отвоевавшего Карию у персов. Молодой царь счел это знаком особого расположения бога моря к Дионисию и назначил мальчика верховным жрецом храма Посейдона в Вавилоне.
Рассказы об этих событиях стали хорошо известны по всей Греции. И естественно, что
В Иасосе появилась даже вторая легенда, правда, значительно позднее первой. Мы знаем ее в передаче Эгесидемуса. По его словам мальчика звали Гермий. Однажды, когда Гермий, так же как Дионисий, катался на дельфине, внезапно разразился сильный шторм. Мальчика смыло в море и он утонул. Дальше я цитирую Плутарха, который передает этот рассказ так: «Дельфин подобрал тело, вынес его на берег и остался лежать на песке, чтобы умереть, так как полагал, что должен разделить участь мальчика, за жизнь которого он считал себя в ответе. В память об этом трагическом случае жители Иасоса стали чеканить монету с изображением мальчика верхом на дельфине».
Этот рассказ служит хорошим примером того, как иногда люди бывают склонны к антропоморфизму, т. е. стремятся объяснить поступки животных чисто человеческими мотивами, в то время как для них существует другое объяснение. Факты, о которых пишет Плутарх, очевидно, частично достоверны. Возможно, дельфин действительно вытолкнул тело мальчика на берег, возможно, что и сам он оказался на песке и умер. Однако слова Плутарха, будто дельфин считал, что он должен разделить участь мальчика, свидетельствуют о желании приписать животным человеческие чувства.
Однако ни у кого не вызывает сомнений правдивость истории о дельфине и мальчике, случившейся во времена Плутарха, но дошедшей до нас из Италии. Это первый рассказ, который мы узнаем в изложении римлян. Знаменитый римский ученый Плиний, который погиб в 79 г. н. э. при извержении Везувия, передает его в своей «Естественной истории». Он говорит, что это случилось в царствование императора Августа, т. е. в начале I в. н. э. или немного раньше.
Недалеко от современного Неаполя есть неглубокий залив. У римлян он был известен под названием Лукриновое озеро. Лишь узкая полоска суши отделяла эту бухточку от моря. В древние времена, как и теперь, она была очень богата рыбой и знаменита устричными отмелями. Плиний рассказывает, что дельфин, который как-то попал в Лукриновое озеро и остался жить там, очень привязался к одному мальчику, сыну бедняка из деревни Байе. Каждый день по пути в школу в поселок Поццуоли, расположенный на другом берегу озера, мальчику приходилось огибать бухту.
Для всех дельфинов у римлян имелось ласковое прозвище. Они называли животных по форме морды греческим словом само, что значит — курносый. Плиний пишет, что дельфины обычно откликались на это имя, и Оно «нравилось им больше любого другого».
Мальчик из Байе (имя его забыто) обычно останавливался у соленого озера и звал: «Симо! Симо!». Дельфин приплывал к нему, и мальчик кормил его кусочками хлеба. В любое время дня, где бы ни находился дельфин, даже на дне озера, он являлся на зов. Со временем мальчик и дельфин, хорошо узнав друг друга, перестали бояться один другого. Как-то раз мальчик вошел в воду и уселся Симо на спину. И с тех пор дельфин, пишет Плиний, стал возить его прямо через бухту в Поццуоли, в школу, и привозить обратно. Так продолжалось несколько лет; потом мальчик заболел и умер. А дельфин продолжал приплывать на то же место и искать своего друга; «вид у него был очень печальный, выражающий глубокое горе, и когда он вскоре умер, все были уверены,
Сам Плиний не видел дельфина, поэтому можно усомниться в правдивости этой истории. Однако в середине рассказа Плиний замечает: «Я бы постеснялся упоминать об этом случае, если бы о нем не писали Мекенас, Фабиан, Флавий, Альфус и другие».
В этой легенде два момента вызывают подозрение: маловероятно, чтобы дельфин ел хлеб, если он мог брать рыбу; и хоть он и приплывал на одно и то же место, а потом выбросился на берег и погиб, вряд ли это произошло от «тоски и скорби».
История дельфина из Гиппо, о которой я упоминал в самом начале, тоже была известна Плинию, который передает ее в своей «Естественной истории». Однако его племянник, известный под именем Плиния Младшего, рассказал ее более подробно. Вот она в том виде, в каком Плинии Младший сообщает ее в письме к своему другу — поэту Канинию: «У меня есть для тебя история совершенно правдивая, хотя она очень похожа на сказку, достойная твоего живого, возвышенного ума и поэтического дара. Я услышал ее на днях за столом, когда беседа зашла о разных чудесных случаях. Человеку, который рассказывал ее, можно полностью доверять. Но что это значит для поэта? И все же на его слова можно положиться, даже если пишешь историю.
В Африке есть римское поселение вблизи моря, называемое Гиппо. Оно расположено на берегу судоходной лагуны; из нее подобно реке вытекает поток воды, который приливы уносят в море и приносят обратно. Рыбная ловля, катание на лодках, купание — любимые занятия всего населения независимо от возраста, в особенности мальчишек, которые больше всего времени проводят у моря, целыми днями играя в воде. Героем у них считался тот, кто, опередив всех, уплывал далеко в море, оставив соперников далеко позади.
Как-то раз во время такого состязания один наиболее отчаянный мальчик заплыл очень далеко, и вдруг возле него появился дельфин. Сначала он плыл впереди мальчика, потом за ним, потом стал кружить около него. Внезапно он поднырнул, поднял мальчика к себе на спину, снова нырнул так, что тот скатился в воду. После этого дельфин опять поднял ребенка на спину и, к ужасу мальчика, поплыл вместе с ним в открытое море. Однако вскоре он повернул обратно и отнес мальчика на берег к его товарищам.
Новость об этом происшествии облетела всех, и люди заторопились посмотреть на мальчика, как будто в нем было что-то сверхъестественное. Они разглядывали его, расспрашивали, слушали его рассказ и передавали его потом повсюду.
На следующий день масса людей собралась на берегу, не сводя глаз с бухты. Дети, и среди них вчерашний герой, стали резвиться и плавать, однако осторожнее, чем всегда. Как и ожидали, дельфин появился и направился к мальчику, но тот удрал от него вместе с остальными детьми. Тогда дельфин, как бы приглашая его вернуться, стал выпрыгивать из воды, нырять, кружиться и делать разные пируэты. Так было и на другой день, и на третий, и продолжалось до тех пор, пока жители Гиппо, рожденные и воспитанные морем, не устыдились своего страха перед животным. Они приблизились к дельфину, стали играть с ним, научились звать его. Они даже трогали его, и он с удовольствием разрешал себя гладить. Постепенно люди становились все смелее и смелее. А мальчик, который первым встретился с дельфином, подплывал к нему, забирался ему на спину, и дельфин катал его по морю.
Мальчик чувствовал, что дельфин узнает его и рад ему, и тоже привязался к дельфину. Они перестали бояться друг друга; доверие ребенка и привязанность животного усиливались одновременно. Эту дружную пару в море сопровождали другие дети; они часто просили своего приятеля, чтобы он поиграл с дельфином.
Примечательно, что и дельфина сопровождал другой дельфин, но только в роли наблюдателя. Он не проделывал ничего подобного тому, что делал первый, и не допускал никакой фамильярности; он просто повсюду сопровождал другого, как дети сопровождали своего товарища.