Демон Эльдорадо
Шрифт:
– Остановитесь! – растерянно взывал он к десятнику, дюжему индейцу с мечом. – Сапана Кумари приказал не трогать этого человека!
– Всем стоять! – взревел Алекс, возникая из темноты словно бескрылый демон ночи. Его крик возымел действие – воины в нерешительности замерли, даже хмурый десятник. Он в замешательстве и страхе уставился на оружие богов в руке Алекса.
В резко наступившей тишине звучали только всхлипы домашних Аталая и недалекий шум от похожих «арестов». Первой пришла в себя Майта. Она с радостным криком выскочила из толпы жен и слуг и бросилась
– У меня приказ Кумари! Я лично получил его из уст молодого сапаны, – неуверенно проговорил десятник. – Этот человек должен быть заточен в подземелье Храма за злоумышление против богов.
– Освободите его, – сказал Алекс. – Я, как помощник Энки, приказываю вам развязать ему руки и отпустить. Вам достаточно моего слова, или надо применить оружие?
– Он не бог! – Ило шагнул вперед и дотронулся до Майты, которая при этих словах отодвинулась от Алекса и в недоумении уставилась на него. – Я знаю, что он сговорился с сапаной Таури уничтожить своих покровителей и самого Энки! Это Алекос должен быть схвачен и заточен в подземелье, а не Аталай!
Алекс просто онемел от наглости младшего жреца. Как он посмел выкрикнуть… правду? Наверное, все это промелькнуло на его лице, потому что Майта окончательно отдалилась от него и прижалась к отцу. Тот, подавленный событиями, находился в ступоре и молчал, вряд ли вникая в то, что говорилось вокруг него.
Скорее всего, верховный жрец уже понял, что солдаты Кумари уже захватили квартал знати и дворец, и переживал по поводу провала замыслов. В самом деле, что такое судьба одного небога Алекоса по сравнению с грядущими бедами целого народа?
Воины между тем, повинуясь кивку десятника, подняли копья. Впрочем, не слишком решительно, все-таки они прекрасно знали о разрушительной мощи резака.
– Ты, предатель! – вскричал Алекс. Отблески факелов превратили его лицо в злобную маску демона, и люди перед ним, даже солдаты, невольно вздрогнули. – Сначала ты строил планы по убийству богов вместе с Аталаем, а потом бежал к Кумари со свежими новостями! Везде поспел, червяк! Если бы Кумари не одержал такую легкую победу, ты бы и тут оказался чист, негодяй.
– Ложь! – с яростью крикнул Ило. – Не верьте ему!
– Мне только что рассказал об этом сам Кумари, – усмехнулся Алекс. – И он просил, чтобы я уничтожил тебя, помесь демона и лесной свиньи.
Ило растерялся, лицо его исказилось болью, и в этот момент Аталай вырвался из захвата воинов и встал перед бывшим помощником лицом к лицу.
– Мерзавец! – взревел он. – Ты почти вошел в мою семью, и вот какова твоя благодарность?
– Ты сам вынудил меня перейти в услужение к Уакарану, господин, – вполголоса, явно мучимый внутренней болью, отозвался Ило. – Помнишь, как ты послал меня поговорить с его рабами? Ты мог бы отправить кого-нибудь другого! Рабы схватили меня и бросили в подвал, несмотря на мой сан жреца. Мастер церемоний пригрозил убить меня, сбросить со скалы, если я не стану тайно сообщать ему нужные сведения.
– И ты, конечно, согласился? – язвительно спросил
Никто из стоявших вокруг людей, кажется, даже не шевелился, боясь пропустить хоть слово.
– Он имел право приносить в жертву рабов! Но когда я стану мастером церемоний и женюсь на Майте, никаких тайных убийств не будет! – поднял голос Ило. Уверенность постепенно возвращалась к нему. – Ты же, Аталай, вместо человека приветил чужеземца и обманщика… Это расплата за твою близорукость! Уведите его!
Потрясенного пленника наконец оттащили от Ило.
– Тебя обманули, как мальчишку! – вскричал Алекс. Он не знал, как заставить солдат обратить силу земного оружия против этого негодяя. – Можешь забыть об обещаниях Уакарана, он и не думает исполнять их. Твоя жизнь теперь ничего не стоит, подонок!
– Значит, ты утверждаешь, что я предатель, а ты бог? – сузил глаза жрец. Он ничем не показал, что поверил в угрозы помощника Энки.
Алекс кивнул, не понимая, что задумал этот поднаторевший в интригах жрец. Ило между тем обвел руками женщин, слуг, воинов и детей, уже давно прекративших плакать. Сейчас их занимал только исход противостояния между храбрым жрецом и самим богом Алекосом.
– Хорошо, покажи нам чудеса, подвластные тебе! – продолжал Ило. – Спрячь в карман резак и призови на помощь звезды! Что же ты молчишь, ложный бог? Или тебе недостает силы голоса, чтобы воззвать к небожителям? И пусть они поразят меня молнией, если я не прав!
Он вскинул руки, призывая на свою голову кару богов. Алекс промолчал, глядя в широко открытые, умоляющие глаза Майты.
Ило торжествующе расхохотался.
– Убейте его, это враг аймара! – резко вскричал он, и солдаты встрепенулись, снова подняв копья.
Но Алекс не растерялся и успел отскочить назад, подальше от направленного в него примитивного, но вполне действенного оружия. Сейчас ему даже не было страшно, и видел он больше не ощетинившихся копьями индейцев, а замершее в тоске личико Майты. Конечно, будь у нее время во всем разобраться, она бы не глядела так растерянно на бывшего кумира… Но времени не было. И Алекс, скорее всего, просто не смог бы поднять резак на воинов Солнца – через секунду-другую ему пришлось бы развернуться и бежать в ночь.
Он вытянул перед собой ладони, словно ловя капли дождя, – он хотел выиграть еще несколько мгновений. Солдаты отшатнулись от него, а домочадцы Аталая прянули в стороны от безумного жреца, накликавшего на себя гнев богов.
Ило остался один, гордый и самоуверенный, и в этот момент на него обрушилось возмездие неба.
Кетук не находил себе места от волнения: вот уже долгое время он ожидал появления солдат, прячась вместе с безголовым божком на недостроенной пристани. В сотне локтей выше по течению темнел мост, с левой стороны от которого видны были высокие приютные дома для купцов с запада и склады, а справа высился холм богов.