Демон Эльдорадо
Шрифт:
Он сначала неуверенно, затем все более твердо поднялся по древним ступенькам и ненадолго застыл перед ослепительным прямоугольником выхода. Постепенно глаза привыкли к свету, и стало ясно, что это всего лишь фонарь. Солнце уже спряталось за горами на западе, но небо еще не успело почернеть.
Мир на площади перуанского городка выглядел неживым, хотя был полон людей, звуков и запахов. И говорили эти люди совсем на другом языке – по-испански. Они едва походили на аймара, с которыми Алекс прожил долгие месяцы. И все же что-то неуловимо знакомое мелькало
Но теперь никто не смотрел на Алекса как на бога, он вообще был словно невидим – один из тысяч пришельцев с востока, что каждый месяц заполоняют улочки этого старого города.
Внезапно знакомый женский профиль мелькнул в десятке метров поодаль.
– Майта! – вскричал Алекс и оттолкнул прохожего, неловко загородившего ему путь. Удерживая девушку взглядом, он бросился к ней наперехват и через несколько секунд уже схватил за локоть.
Она недоуменно повернулась к нему:
– Алекс! Ты почему так долго не возвращался?
– Майта? – пробормотал он, вороша в памяти женские образы.
В анфас эта незнакомка совершенно не походила на ту, что осталась в выдуманном мире. Может быть, в мозгах случился обратный переворот, и внутренний мир старается выбраться наружу, чтобы подчинить себе внешний, реальный? С другой стороны, что есть реальность? Может быть, она осталась именно там, рядом с домом верховного жреца Аталая, рядом с Майтой?
– Ты болен? – испугалась девица. – Это же я, Леля! Пойдем в гостиницу, уже поздно, а у нас завтра утром автобус.
– Я живу в гостинице?.. Это царство мертвых?
– Тебе нужна помощь, – совсем уж встревожилась она и потащила Алекса прочь, сквозь радостную толпу мертвецов. Они скалились и хохотали так жутко, что Алекс то и дело вздрагивал. – Ну ничего, сейчас выпьешь чичи, поспишь…
И он шел за ней, внимал ласковым словам и думал, что вот теперь-то он по-настоящему угодил в темницу, из которой никогда не найти выхода.
Арика поймала своего старшего сына, высокого и белокожего как бога, и прижала ненадолго к себе. Она как раз занималась сушкой свежих листьев табака, раскладывая урожай на пятачке вытоптанной травы позади дома.
– Амулет не забыл?
Анкай нетерпеливо дернулся и стукнул ладошкой по груди, где у него под грубой рубахой, сплетенной из кукурузных волокон, висел осколок магической палочки.
Десять лет назад именно с ее помощью и родился Анкай. «Вроде не сглазили», – подумала Арика и отпустила сына. Иначе следовало немедленно обкурить ребенка табаком – этим ей уже не раз приходилось заниматься. Слишком уж необычно выглядел Анкай по сравнению с другими детьми. И только сама Арика и ее муж, Кетук, доподлинно знали причину этого. Впрочем, среди жителей крошечной деревни на берегу озера, в низине между известковыми скалами, издавна тлел слух, будто ребенок у молодой женщины появился от одного из богов, якобы гостивших на земле.
Вдалеке послышались крики играющих детей, и Арике показалось, что они звучат сердито. Она встревоженно встала, пытаясь рассмотреть
– Опять дразнят? – спросила она, когда сын оказался рядом.
Арика попыталась обнять мальчика, но тот резко отстранился – если он и плакал, то теперь уже это можно было понять только по двум грязноватым потокам на щеках. Как будущий мужчина и, может быть, воин, он не имел права проявлять слабость. Недаром он был сыном Кетука, победителя богини Коаау и ее безголового божка. Пусть зачат он был от звездного духа, а не от человека – Кетук никогда ни в чем не упрекнул жену, относясь к приемному сыну так же, как к родным детям. И она была уверена, что совершенно искренне.
В этот момент из дома раздался плач младшей дочери.
– Пойди, дай Чукибе глоток отвара, – попросила Арика.
Мальчик ушел к постели сестры, которой в последние два дня нездоровилось – трехлетняя девочка чем-то отравилась, ползая по двору и засовывая в рот «аппетитные» находки. Деревенский лекарь вчера посмотрел ее, рассыпал листья коки и наказал давать отвар из семян дурмана, чтобы успокоить Чукибу. А болезнь, по его словам, скоро пройдет, потому что злой дух не успел глубоко влезть в ребенка…
– Папа скоро будет? – Анкай завернулся в пончо и сел рядом с матерью.
Перед собой он положил глиняного бога, вылепленного Кетуком в первую зиму после бегства из Тайпикала. Это была не ложная богиня Коаау, а истинный бог, который явился со звезд, чтобы покарать аймара и пришельцев, объявивших себя звездными жителями. У фигуры были широкие плоские крылья и шишка на остроклювой голове, выкрашенная в красный цвет. Уже от себя Кетук добавил высокий необычный хвост, чтобы придать фигурке законченный вид.
Бывший воин Солнца считал, что так выглядит сам Творец.
– К вечеру… – отозвалась Арика. – Ты же знаешь, он пошел на охоту. – Урожай киноа, маниока и картофеля был недавно убран, и у крестьян появилось свободное время, чтобы разнообразить питание своих семей. – Поможешь разложить листья? Скоро пойдут дожди, нам нужно успеть высушить их.
– Неужели это правда, что я родился от демона? – спросил вдруг Анкай. Отодвинув глиняного бога в сторону, он принялся помогать матери.
– Конечно, нет, – улыбнулась Арика. Ей уже не раз приходилось говорить это.
– Тогда почему я не похож на других ребят?
– Я ведь тебе уже рассказывала.
– А я забыл, – лукаво прищурился мальчик. – Расскажи еще раз.
Как всегда, после обид, что причиняли ему время от времени прочие мальчишки деревни, Анкай искал утешения в рассказах родителей. К счастью, случалось это с ним нечасто, иначе Арика, наверное, уже натерла бы на языке мозоль. А пока ей удавалось даже придумать новые красочные подробности славных событий прошлого, когда-то случившихся с людьми.