Демон-хранитель. Сделка
Шрифт:
– Н-да? – недоверчиво хмыкнула я, невольно покоробленная излишне самоуверенным тоном юнца. С нехорошей улыбкой обернулась к нему и медовым голосочком поинтересовалась: – Тогда не поведаешь мне, кто это шляется сейчас по двору? Или скажешь, что глаза меня обманывают?
Фабион так резко прильнул к стеклу, что едва не разбил себе нос. Видимо, он тоже без проблем заметил непонятную тень, которая метнулась от крыльца к сараю, затаилась там, выжидая некоторое время, затем крадучись отправилась к калитке, ведущей к лесу. После чего глухо прорычал какое-то проклятие и метнулся к выходу из комнаты, едва не сбив по дороге все так же неподвижного Иргана.
– Стой
Холодные мурашки табуном пробежали по моему позвоночнику от его резкого, приказного тона. Но я наплевала на свой страх, подобрала подол платья и кинулась за ним вдогонку. Остаться в стороне от расследования, когда мою семью обвиняют в столь жутких преступлениях? Ну уж нет! Не дождется!
Я мрачно обозревала абсолютно пустой двор. Пока я спускалась по лестнице, стараясь не особо шуметь при этом и не перебудить весь дом, Фабион уже куда-то умчался. Удивительно, но ученик мага при этом двигался так бесшумно, что я сама засомневалась – убежал ли он в лес или притаился где-нибудь, отказавшись от погони. Когда я выскочила из комнаты, то не услышала ни звука в коридоре или на первом этаже. Даже входная дверь не скрипнула, выпуская его наружу. А должна была. Матушка уже неделю ругала тиана Гальвара, заставляя его смазать дверные петли. Или же Фабион опять воспользовался магическими способностями?
Я задумчиво тронула носком легкой туфли ближайший камушек. Почесала переносицу, пытаясь сообразить, что делать дальше. Предположим, что Фабион сейчас преследует очередного страдающего бессонницей. Кто это может быть? Выбор не столь уж велик. Мои родители, управляющий или повар. Ольгетта по-прежнему мирно спит под кроватью у Фабиона, Ирган играет роль статуи в его комнате. Хм, наверное, они сильно удивятся, когда придут в себя. Никакие чары не могут длиться вечно. Рано или поздно они развеются. Забавно будет, если это случится в один момент. Иргану и Ольгетте придется сильно постараться, объясняя друг другу свое присутствие в комнате гостя.
Я раздраженно встряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Думаю, они сами как-нибудь справятся с этой напастью. Сейчас есть дела и поважнее. Итак, кого именно преследует Фабион? Моих родителей отметаем сразу. Я просто не могу поверить, что кто-нибудь из них замешан в столь грязном деле. И потом, чтобы отец наговаривал на мать? Да быть такого не может! Он ведь обязан понимать, что за доказанное обвинение в темном колдовстве кара одна – смерть на костре.
– Значит, Гальвар или Ацарий, – пробормотала я. Неторопливо отправилась к калитке. В конце концов, почему бы не подышать свежим воздухом, раз уж все равно вышла? Продолжила еще тише: – Ставлю на Гальвара. Он постоянно перечит моей матери и, как оказалось, уже имел неприятности в прошлом. Ацарий же всегда был не от мира сего.
Я сама не заметила, как открыла калитку и зашагала по направлению к лесу. Луна, пусть и бледнеющая в преддверии рассвета, все еще давала достаточно света, поэтому я не боялась запнуться и упасть. Ладно, прогуляюсь до озера и вернусь. Вряд ли это займет больше получаса. Все равно сна ни в одном глазу.
Правда, когда над моей головой плотно сомкнулись кроны деревьев, я пожалела о своем решении. В лесу было намного темнее. Здесь мне приходилось пробираться чуть ли не на ощупь, постоянно опасаясь споткнуться и упасть, вновь разбив и так пострадавшие после вчерашних приключений колени.
Наконец я остановилась, растеряв весь свой боевой пыл. Собственно, а куда и зачем я иду? Что я на
С этими мыслями я повернулась и сделала первый шаг по направлению к дому.
– Катарина…
Я замерла с поднятой ногой, настороженно прислушиваясь к тишине, царившей в лесу. Только изредка где-то вдалеке пронзительно вскрикивала птица, словно жалуясь на ночной кошмар, да ветер лениво перебирал листву деревьев. В общем – совершенно обычные звуки. Тогда что это было? Меня действительно кто-то окликнул по имени или же почудилось?
Так или иначе, но у меня не было ни малейшего желания геройствовать и лезть в непролазную чащобу. Как-то не вызывают у меня доверия таинственные голоса, раздающиеся в опасной близи от места недавнего некромантского ритуала. Конечно, в темноте тяжело сориентироваться, но, по-моему, я нахожусь неподалеку от пресловутой полянки с камнем, вросшим в землю и покрытым лишайниками. По крайней мере, мне вновь стало не по себе, как и обычно в этой низине.
Я передернула плечами от невольной дрожи и шагнула было вперед, намереваясь как можно скорее попасть под защиту родных стен. Как вдруг…
Это было очень и очень больно. В голове словно взорвался раскаленный шар, перед глазами взметнулись слепящие искры, и в следующий миг я рухнула на многострадальные колени. Приступ боли длился, и длился, и длился. Казалось, будто я вечность обречена корчиться на влажной от росы траве, растопыренными пальцами царапая землю в немом страдании.
– Катарина. – Шепот теперь раздавался со всех сторон разом. Он то приближался, то отдалялся, и тогда я готова была кричать во все горло от отчаяния, поскольку боль в висках многократно усиливалась. – Ну что же ты меня огорчаешь. Не сопротивляйся. Иди ко мне. Ты же будешь послушной девочкой?
Я с трудом кивнула, не надеясь, что неведомый мучитель увидит этот жест покорности. Но внезапно обнаружила, что вновь могу двигаться и думать. Только перед глазами еще изредка вспыхивали кроваво-красные круги – отзвук перенесенного приступа мигрени. Это случилось так неожиданно, что я замычала от непередаваемого блаженства. Надо же, никогда не думала, что это так приятно – когда ничего не болит.
– Иди ко мне. – Шепот ласкал меня, словно гладил теплым мехом по обнаженной коже. – Катарина, скорее. Я жду.
Я встала. Нервно оттерла грязные после падения ладони о платье, наверняка безнадежно замарав его. И спокойно отправилась в глубь леса. Туда, где накануне некромант так и не закончил своего ритуала.
Нет, я прекрасно осознавала свои действия. Знала, что мне ни в коем случае нельзя туда идти. Наверное, даже смогла бы сопротивляться внушению. Но пока не торопилась ничего предпринимать. Во-первых, я была не готова вновь ощутить ту бесконечную выматывающую боль. А во-вторых, я безумно хотела наконец-то увидеть, кто из моих знакомых балуется запрещенным колдовством. Иначе, боюсь, мне пришлось бы навсегда забыть про спокойную, счастливую жизнь.