Демон-хранитель
Шрифт:
Младенцы, одетые в отороченные кружевами костюмчики родовых цветов, мирно покачивались в резных люльках около разряженных в пух и прах матерей, их отцы раскланивались с именитыми гостями (Министр с супругой и наследником, седой директор Хогвартса в компании неизвестного молодого человека, лорды Принц и Малфой, леди и лорд Блэк, дон Борджиа с супругом, королева Майя с сыном и отчего-то весьма довольный собой и окружающими Цепеш), Балтазар зорко следил, чтобы никто не приближался к драгоценным отпрыскам ближе необходимого, а Делинталиор с Сириусом скромно стояли в сторонке, готовые к любым неожиданностям.
–
– Вылитый Малфой, ничего от тебя нет. Глаза хоть не зеленые?
– лукаво, шепотом спросила она, за что получила веером по руке.
– А у твоего?
– ехидно вернула любезность Нарцисса, припомнив сестре ее школьное увлечение мессиром.
– Карие, как у нас с Марволо, - улыбнулась Бель, просовывая под шелковую подушечку оберег, как и положено по традиции.
– Кто станет крестным?
– Северус еще не решил. Крестной я бы взяла Майю, но, боюсь, она не согласится.
– Возьми Дракулу, не ошибешься, - хихикнула леди Гонт и, шурша юбками, отошла ко второй колыбельке.
– Такой же глазастый, как его папашка, - заметила она.
– Ути, деточка золотая моя, какой красавец. Вы еще не рассматривали возможность помолвки, Роззи?
– Помилуй, Бель, какая помолвка? Блейзи еще и года нет!
– Если что, то мы с Дэймоном первые претенденты, - она кивнула в сторону серьезного трехлетнего малыша, держащегося за руку своего знаменитого отца.
– Я подумаю, дорогая.
– Еще раз поздравляю с первенцем.
– Спасибо, Бель.
Прием был недолгим. Первым заголосил Блейз, требуя пищи, и порозовевшая Розалинда заворковала над ним, подхватила на руки, удаляясь из зала и по пути ослабляя корсаж. Мессир сторого-настрого запретил кормить ребенка чем-либо, кроме материнского молока, которое передавало тому часть семейной магии. Никто с ним не спорил.
С интервалом в полминуты пискнул Драко, и Нарцисса тоже поспешно попрощалась с гостями.
– Мессир, - на выразительном лице самого древнего вампира этого мира было написано самодовольство, - разрешите поздравить.
– Разрешаю. И знаешь, что, Влад? Или держись от моих малышей подальше, или становись их крестным.
Цепеш от неожиданности вытаращил глаза, отчего стал выглядеть довольно забавно.
– Что?
–
– Так почему бы и не стать нашим крошкам магически назначенным отцом?
– Ты серьезно?
Балтазар закурил, и полные, чувственные губы его изогнулись в издевательской ухмылке.
– Дай-ка подумать, Цепеш. Я тебя знаю… пять тысяч лет, не меньше. Не всегда с хорошей стороны, правда, но это мелочи. Ты сильный, ответственный… ммм… - он затянулся, - будет на кого положиться, если что.
– Что «если что», - глупо переспросил вампир.
– То.
– Балтазар, послушай…
– Это ты послушай, Влад, - красивое лицо демона вдруг оказалось предельно близко, как будто он собирался поцеловать своего собеседника. Зеленые глаза, обычно такие холодные, что от их взгляда стыла и так не слишком теплая вампирья кровь, были тревожны.
– Не давай их в обиду, ты понял? Никому и никогда. Особенно Марволо.
– Он не посмеет, - хрипло отозвался граф.
– Он не…
– И тем не менее.
Дракула несколько долгих мгновений смотрел в глаза существу, которое тоже знал долго и не с самой лучшей стороны, потом взглянул на своего потомка, склонив голову к плечу, тот слушал своего тестя, перевел взгляд на пустую колыбельку Блейза и кивнул:
– Я согласен. Одно условие.
Балтазар вздохнул, мысленно готовясь отказать в очередной просьбе отдать на воспитание еще не родившегося Габриэля, но Цепеш его удивил:
– Крестной должна быть Майя, у меня нет твоего запаса мощи, я не потяну один три рода, если… «если что».
– Сделаю все от меня зависящее, - оскалился демон.
– За мной должок, но мнение относительно Ван Хелсинга я не поменяю.
– Знаю. И все же мне выгоднее с тобой дружить, Валтассар, - тонкие губы Дракулы изогнулись, и из-под них показались кончики острых клыков.
– Ты будешь замечательным крестным, Влад.
– Благодарю.
***
Время летело все быстрее. Таял снег, расчищая песчаные дорожки в саду, с моря подул холодный ветер, наследники обзавелись крестными и первыми зубками, Нарси и Роуз самозабвенно ворковали над ними, а Северус с Люциусом льнули к своему демону, будто спеша жить, чувствовать и любить.
<