Демон-хранитель
Шрифт:
– Взаимно, леди Гонт.
Белатрис смотрела на своего героя девичьих грез сияющими от счастья глазами. Она даже немного завидовала сестре, которая могла видеть его каждый день. А еще больше – двум надменным лордам, которым доставались ночи.
– Люциус, Северус, - принцы поцеловали протянутую ручку с совершенно невозмутимыми лицами.
– Рада была повстречаться. Откланиваюсь, Марго… еще нужно найти место.
–
– вдруг сказал Хешшш, молчавший до этого и не проявлявший никакого интереса к происходящему. Отец и взял-то его исключительно для того, чтобы показать мир людей.
Балтазар чуть прищурился, оглядывая отпрыска, и кивнул.
– Не возражаешь, Бэль? Мой сын проводит молодую леди.
Белатрис окинула юношу, пребывавшего в человеческой форме, внимательным взглядом и медленно произнесла:
– Почту за честь, мессир.
Хешшш подал юной леди руку и повел ее к вагону, ловко пресекая попытки глупых людей толкнуть ее.
Гарри, Драко и Блейз переглянулись.
– Однако, - тихо произнес, наконец, Гарри.
– Никогда бы не подумал…
– Не все демоны предпочитают свой пол, - тихо отозвался Люциус, насмешливо глядя на младшего Поттера.
– У Азазеля, например, три жены.
Балтазар тем временем раскланялся с леди Гонт и обернулся к семье:
– Полчаса до отправления поезда, молодые люди, - напомнил он.
– Здравствуйте, - послышался мелодичный голос, и Балтазар резко обернулся.
Если Гермиона Грейнджер и изменилась в этом будущем, то исключительно к лучшему. Никаких растрепанных волос и кругов под глазами, джинсов и сумок через плечо. Идеально подобранное скромное дорожное платье, ридикюль и волна заколотых на макушке блестящих локонов.
– Герми!
– обрадовался Драко.
– Мессир, отец, Северус, позвольте представить – Гермиона Грейнджер.
Девушка сделала реверанс и внимательно посмотрела на Балтазара.
– Большая честь для меня, мистер Поттер, быть представленной вам. Наслышана. Драко писал мне о вас.
– Польщен, - чуть насмешливо отозвался демон.
– Рад, что мистер Малфой научился заводить столь правильные знакомства.
Драко чуть порозовел от удовольствия.
– Пойдем, я провожу тебя.
– Красивая пара, - задумчиво произнес Балтазар, проследив взглядом за Гермионой.
– Ни-ког-да, - раздельно процедил Люциус.
– Она магглорожденная!
– Это не преступление, - осадил его демон.
– Дети имеют право выбирать тех, кто им нравится.
– Много они понимают!
– проворчал Северус.
– Мисс Грейнджер, конечно, и умна, и собой хороша, и здорова, но… Она подавляет Драко. Если он ведомый, то пусть хотя бы будет ведом в нужном направлении, а не в сторону борьбы за мнимые свободы мнимых страдальцев! Надо искать ему мужа, по-моему. Толку от жены не будет никакого.
Балтазар стоял, обнимая супругов за плечи, и наблюдал, как Драко помогает Гермионе подняться в вагон, как Блейз с Гектором приветствуют Кребба и Гойла, как Хешшш, устроивший Марго в купе, стоит у окна и о чем-то серьезно с ней беседует.
– Это их жизнь, - наконец, произнес он.
– А уж с учетом того, что кровь в ваших сыновьях пробудилась лишь отчасти, обострив слух и способности, но не особо удлинив жизнь, то и пару им нужно искать среди смертных. Так будет лучше. Что до Драко, то ему подойдет триумвират, если уж он не сможет отказаться от мисс Грейнджер.
– Надеюсь, до этого не дойдет, - недовольно отозвался Люциус.
– Посмотрим, любовь моя. Посмотрим.
Рыжее семейство Уизли не разочаровало демона и в этой жизни: такие же крикливые, шумные и бедные, теперь, на фоне аккуратно одетого и совсем по-иному воспитанного большинства учеников, они смотрелись особенно убого. Что ж, новая система образования помогла далеко не всем. Джинни, правда, выглядела чуть лучше, чем помнил Балтазар, но вот Рон… Бросив последний взгляд на высокого нескладного парня, когда-то сдавшего своего лучшего друга аврорам, демон отвернулся. Прошлое – прошлому.
Дождавшись невозмутимого Хешшш, семейство отправилось домой. На Иссинавалль. В их жизни были вещи гораздо более важные, чем сожаления о минувшем.
***
Общая беременность семейства проходила так легко, что, выждав для верности еще несколько недель, Балтазар решил вернуться в Поттер-мэнор. Аурелиус с Абрахасом не могли сами разобраться в делах, Нарцисса и Розалинда скучали по привычному окружению, а те, кто знал об истинной природе мессира, жаждали припасть к его стопам. Магия подчинялась своему хозяину беспрекословно, выбросы легко пресекались, и особых противопоказаний пребыванию в мире смертных не было.