Демон соблазна
Шрифт:
— То есть вы не зашли к соседям, не поинтересовались у них, что случилось с Кузнецовой?
— Нет. А зачем? Я не врач и не соцработник. Короче, я вернулась домой только в начале девятого. Это может подтвердить наша дочь Женя… Александр вернулся немного позже…
— Да, я как раз пошел на нашу вторую квартиру… чтобы починить кран. — При этих словах его супруга закашлялась. Но Саша не смутился и продолжил вещать дальше: — Но мне там никто не открыл, я спустился вниз и стал прогуливаться во дворе, ожидая, когда вернутся Аня или Лидия Михайловна. А потом я увидел издалека женщину, очень похожую на Свету, она вошла во двор…
— Значит,
— Ну, как бы вам сказать, — Александр Дмитриевич заерзал на стуле, — нет, сначала я увидел женщину, она пробыла в квартире минут пятнадцать-двадцать, потом ушла, а потом мне уже никто не открыл дверь. Я сразу не поднялся в квартиру, потому что… ну, в общем, встретил приятеля…
Светлана Юрьевна, будучи не в силах спокойно выслушивать наглую ложь мужа, закатила глаза к потолку. Чувствовалось, что она очень хочет бросить ему горький упрек в попытке измены и с трудом удерживается от такого опрометчивого шага. Скиданов продолжал нести полнейшую чушь о том, что имя приятеля стерлось из его памяти, потому что тот — человек из его далекого прошлого, они случайно столкнулись во дворе, поговорили о том о сем…
За окном раздался вой сигнализации, а в сумке у Скидановой что-то затрещало.
— Ой, кажется, сработала автосигнализация, — сказала Светлана Юрьевна, доставая брелок с ключами от своей машины. — Неужели мой «Опель» хотят угнать?
— Глупости, — возразила я, — у нас во дворе таких случаев никогда не было. Пойдемте на балкон, посмотрим, в чем дело!
Мы все втроем рванули на балкон, но оказалось, что «Опель» Скидановых, припаркованный около моего подъезда, угонять действительно никто не собирается. Просто он мешал проезду «Скорой помощи», и водитель стучал ногой по колесам иномарки, привлекая внимание владельца «Опеля».
— Александр Дмитриевич, видите, к чему приводят ваши «раскопки»? — с упреком бросила я ответственному коммунальщику. — Две машины здесь уже не разъедутся. Я даже свою тачку оставила черт знает где, чтобы не загораживать проезд.
— Раскопки в вашем дворе ведет «Водоканал», и наше ведомство здесь совсем ни при чем, — стал оправдываться Скиданов.
— Саша, возьми ключи, отгони «Опель». — Светлана Юрьевна вручила мужу связку и зашла в комнату.
Когда Александр Дмитриевич ушел, клиентка доверительно сообщила мне:
— Татьяна, наконец-то у меня появилась возможность предупредить вас о том, что Саша не знает всей правды! Он почему-то считает, что вас нанял Анин муж.
— Да, это я ему так сказала.
— Значит, я напрасно боялась, что вы проговоритесь… Но вы — молодец! Я верю, что вам, Татьяна, обязательно удастся докопаться до истины. Я продлеваю с вами контракт. Понимаете, мне жизненно необходимо, чтобы истинный убийца был найден! Причем как можно скорее. Я не могу допустить, чтобы против меня было заведено уголовное дело. У нотариуса должна быть безупречная репутация! Вот, возьмите, пожалуйста, деньги. — Скиданова сунула мне несколько купюр в европейской валюте.
— Светлана Юрьевна, а вашего мужа не удивило, что вы договорились об этой встрече с частным детективом, то есть со мной? — спросила я, пряча гонорар в карман.
— Ну что вы, — Скиданова махнула рукой, — я сказала ему, что вы беседовали со
— Но вы ему не сказали об убийстве квартирантки?
— У нас с Сашей в последнее время были очень напряженные отношения, к тому же я подозревала его в убийстве Ани, вот и промолчала… Знаете, он вернулся в тот вечер домой сам не свой, на нем лица не было… Впрочем, я вам об этом уже сказала.
— Да, все так. Ваш муж сейчас вернется, поэтому если вам есть что сказать мне тет-а-тет, то поспешите, — поторопила я, но Светлана Юрьевна словно бы пребывала в прострации. Я решила ее немного подбодрить и сказала: — А знаете, Александр Дмитриевич только пытался закрутить роман, но у него ничего не вышло.
— Да это теперь не имеет никакого значения. — Скиданова махнула рукой. — На чем мы остановились?.. А, да: сегодня, под конец рабочего дня, Саша ворвался ко мне в кабинет и спросил прямо в лоб: зачем я была в той квартире в момент убийства? Я опешила, растерялась, потом вспомнила, где была, и призадумалась. Сначала мне не хотелось говорить мужу о западне на Поперечной, но потом я сказала. Саша задумался и выдал очень умную мысль — если он видел меня на набережной, то меня мог заметить и кто-то другой и рассказать об этом следователю. Саша сразу поверил мне, думаю, вы тоже верите, что я ездила по вызову?
Вернулся Александр Дмитриевич, и мне не пришлось отвечать на этот деликатный вопрос — верю я своей клиентке или нет. Я и сама пока не знала, что мне думать.
— Я поставил машину за углом, — сказал он, заходя в комнату. — Давайте вернемся к сути дела. Наше со Светой мнение таково, что тот, кто убил девушку, точнее, та, кто задушила нашу квартирантку, хотела, чтобы ее приняли за Свету!
— Это очень важная информация. Хорошо, что вы пришли ко мне с этим соображением. Александр Дмитриевич, а когда вы поняли, что та дама не была Светланой Юрьевной?
— Ну, к чему эти подробности! Я решил, что это — Света, но не понял, зачем она там появилась. Внешне она была очень похожа на мою жену, но вела себя несколько странно. — Наткнувшись на мой вопросительный взгляд, Скиданов почему-то стушевался и замолчал.
— Поясните, — попросила я, — что значит — странно?
Александр покосился на жену — та рассматривала свои ногти и вроде бы не слишком прислушивалась к нашему разговору.
— Понимаете, когда она вышла из арки, то остановилась около окна, — сказал Скиданов, — постояла немного, покопалась в своей сумочке, а потом зашла в подъезд. Тогда я подумал, что она при свете фонаря ищет ключи от квартиры, а теперь думаю, что та женщина хотела, чтобы ее увидели в окно.