Демон соблазна
Шрифт:
Раз уж мне не удалось связаться с вдовцом, надо бы съездить в Дирекцию единого заказчика. Следует восстановить хронологию событий в тот печально закончившийся вечер, когда Скиданов шел к Ане и едва не столкнулся с убийцей, похожей на Светлану Юрьевну. При жене-то Александр Дмитриевич путался в своих показаниях. Точно, надо с ним поговорить тет-а-тет!
Едва я приняла такое решение, как зазвонил мой мобильник. Судя по номеру, высветившемуся на дисплее, это была Катя Кочнева.
— Алло! — ответила я.
— Здравствуйте, Татьяна Александровна! — дрожащим голоском пролепетала она.
— Здравствуй, Катя. Ты что-то вспомнила, да? —
— Не то чтобы вспомнила, — в привычной для себя манере растягивая слова, сказала Анина подружка. — Я этого даже не знала. В общем, мы тут в универе обсуждали произошедшее, и кое-что выяснилось…
— Катя, может, нам стоит с тобой встретиться?
— Ну, это необязательно, — замялась она. — Я сейчас все скажу. Дело в том, что к Ане, оказывается, дважды приходил один и тот же человек. Он караулил ее у входа в пятый корпус. Он чего-то от нее требовал… Шевелькова его боялась!
— Когда это было?
— Один раз — в феврале, накануне Дня всех влюбленных, а второй раз совсем недавно, примерно неделю тому назад.
— Ты можешь его описать?
— Я сама его не видела. Но говорят, что ему лет тридцать пять, невысокий такой… Татьяна Александровна, одна девочка случайно сфотографировала его. Только он там на заднем плане. Понимаете, Наташа щелкала своим новым мобильником девчонок, чтобы вбить их фотки в память. И на одном кадре оказался тот тип, который потом к Ане подошел.
— А как бы мне получить эту фотографию?
— Наташа сказала, что может переслать вам ее как MMS.
— Здорово! Я хотела бы прямо сейчас получить эту фотку.
— Тогда я отключаюсь. Ждите эмэмэску.
Примерно через минуту мой мобильник запиликал, сообщая, что пришло сообщение. Я открыла картинку. На дисплее мобильника было очень сложно разглядеть лицо человека, оказавшегося где-то позади группы студенток. Я было расстроилась, но тут в мою голову пришла простая и одновременно гениальная идея. Я включила ноутбук, сбросила через инфракрасный порт фотографию со своего телефона, вырезала фрагмент с лицом мужчины и увеличила его. Вот так лучше! Уже можно разглядеть лицо. Ну и неприятный же тип, надо сказать! Самодовольная слащавая улыбка, а глаза — мутные. Кто же это такой? Я немного подумала и решила, что портретик надо переслать Будникову, работающему сейчас на Поперечной улице. Вдруг этого мэна видели около дома Прасковьи Кузнецовой? Конечно, надежда слабенькая, но чем черт не шутит?
Я предварительно созвонилась с Алексеем и уточнила, принимает ли его мобильник эмэмэски. Оказалось, что принимает. Тогда я отослала увеличенную фотографию мужчины, дважды встречавшего Шевелькову около университета и чего-то требовавшего от нее. Разумеется, я дала лейтенанту по этому поводу свои ценные указания.
— Татьяна Александровна, — сказал перезвонивший мне Будников. — А я, кажется, знаю этого человека!
Я и предположить не могла, что этот тип будет так быстро опознан, поэтому даже вскрикнула:
— Не может быть! И кто же это?
— Конечно, качество и размер фотографии оставляют желать лучшего, но процентов на девяносто я уверен, что это… Фокин.
Поскольку Алексей не потрудился объяснить мне, кто это такой, я стала лихорадочно соображать: не является ли Фокин какой-то знаменитостью? Может, он артист или политик? Увы, на ум мне так никто и не пришел.
— А кто такой этот Фокин? — раздраженно осведомилась я.
— Это следователь из Дольска. Я его вчера у них в управлении видел, когда командировочное
— И что вы ему ответили?
— Я — ничего. А участковый сказал, что я сынком Сивоплясовых интересовался. Типун ему на язык! Болтливый сержант такой…
— Алексей, а вам что-нибудь удалось узнать о Прасковье?
— Пока ничего. Я только подъехал.
— Ладно, Алексей, работайте, я должна осмыслить вновь открывшиеся обстоятельства, — сказала я и отключилась.
«Значит, ты — Фокин, следователь из Дольска? И что же тебе, голубчик, надо было от Ани? — мысленно спрашивала я неприятного типа с монитора моего ноутбука. — Дорогой, а не ты ли вел дело о наезде? Молчишь? Только ухмыляешься… Ну-ну, молчи и жди меня в гости. Когда к тебе подъехать, сегодня или завтра? Опять молчишь? Фокин, будь уверен, я сумею тебя разговорить! Нет, пожалуй, не сегодня. К встрече с тобой надо основательно подготовиться».
Вновь открывшиеся обстоятельства не помешали моим ближайшим планам. Я поехала в Дирекцию единого заказчика. Секретарша Лена всей своей пышной силиконовой грудью стояла на том, что ее шеф шибко занят, поэтому мне к нему сегодня никак не попасть. Но я решительно отодвинула девушку от двери и зашла в кабинет Скиданова. Особой замученности в глазах Александра Дмитриевича я не углядела, он просто сидел в кресле и курил.
— Татьяна, я вас ждал еще сегодня утром, а вы под конец рабочего дня пришли, — сказал он, потом перевел взгляд на секретаршу. — Лена, вот теперь я действительно буду очень занят. Никого ко мне не пускай.
— Хорошо, Александр Дмитриевич, — почему-то без всякого удовольствия сказала Леночка.
Когда дверь плотно закрылась, я прошла к столу и села напротив Скиданова.
— Таня, мне кажется, Света догадывается, зачем я шел на ту квартиру…
— Ну, это ваши личные проблемы, — отмахнулась я. — Давайте всю лирику отодвинем в сторону. Меня интересует, что конкретно произошло в тот вечер. Как вы вообще могли обознаться?
— Теперь я и сам этому удивляюсь. Понимаете, я шел со стороны последнего подъезда, а та женщина зашла в арку, расположенную в середине дома. Это приличное расстояние, к тому же были сумерки. А у меня, знаете ли, куриная слепота. Потом, на ней был длинный плащ, почти до самых пят, как у моей жены, прическа такая же, рост тот же… Я встал за «Газель», чтобы она меня не заметила, и стал ждать. Меня, конечно, это насторожило, я подумал — зачем Света крутится у окна?.. Но тогда я еще ничего не понял. В общем, она зашла в подъезд, а я остался стоять за «Газелью». Кстати, я действительно встретил одного знакомого мужика, мы как-то с ним по работе виделись. Он в том же доме живет, не знаю, в какой квартире, да и имени его не помню. Ну, поговорили мы с ним минут десять, и он пошел домой. Я остался, ждал, когда Света выйдет. Тогда я еще думал, что это была моя жена, хотя не понимал, почему она не на машине.
— Сколько времени та женщина находилась в квартире?
— Минут двадцать, — уверенно ответил Скиданов. — Она вышла и почти сразу же свернула в арку возле нашего подъезда. Я подождал еще минут пять и пошел к Анне, но она мне не открыла. Я подумал, что причиной тому был неприятный разговор с моей женой…
Я почувствовала, что Скиданов снова готов удариться в лирику, многозначительно посмотрела на него и спросила:
— Александр Дмитриевич, а вы не обратили внимание — свет в окне Аниной комнаты горел?