Демон страсти
Шрифт:
Наконец все необходимое было положено и налито в миксер, но когда Кирстен нажала на кнопку включения, ничего не произошло. Она нажала на кнопку раз десять, но, кроме сухого щелчка, ничего не получалось.
– Черт! Что случилось с этой штукой?
– Не включена в розетку. Это спокойное объяснение сработало как детонатор. И бомба ее гнева взорвалась.
– Вам кажется, что вы очень умный, да? Эдакий прорицатель. А не убраться ли вам к чертовой матери из моего дома?
Не вступая в перепалку, он позволил ей отдаться этой вспышке
– Кирстен, это неразумно.
– Разумно! – вскричала она, оттолкнув его руки. – Почему вы не можете просто оставить меня в покое?
– Потому что нам надо поговорить о случившемся в вашей спальне.
Она вытянулась в струну и безжизненным голосом проговорила:
– Ничего не случилось. Это отрицание очевидного вывело его из себя. Рэйлан угрожающе выставил вперед подбородок.
– Вы были в моих объятиях. Трудно назвать это «ничего».
Кровь отхлынула от ее лица. Даже губы побелели, и она покачнулась, как деревце на ветру. Стон, вырвавшийся из груди, поразил Рэйлана в самое сердце – столько в нем было тоски.
Не думая ни секунды, он прижал ее к себе что было сил и поцеловал в голову.
– Простите меня, Кирстен. Это было жестоко. Вы не заслужили. Простите мне мои слова.
Она ослабла в его руках, доверив им свое беспомощное тело.
– Я не могу говорить об этом, Рэйлан. Прошу вас, забудьте все.
– Не просите меня. Я не могу забыть.
– Вы должны.
– Я не могу! – повторил он с жаром. Ответа не последовало. Она опустила голову. Рэйлан целовал ее в висок, а жаждал целовать ее губы, – Вы стыдитесь?
Она вдруг принялась биться головой ему в грудь, как профессиональная плакальщица на похоронах.
– Стыжусь? Стыжусь? Конечно, я стыжусь. – Кирстен оттолкнула его, вызывающе запрокинула голову и вытерла слезы. – А как вы думали? Я просыпаюсь среди ночи и понимаю, что лежу в ваших объятиях, целую вас, ласкаю… Ласкаю вас как любовника.
– Я помню, Кирстен.
Его голос звучал чисто, спокойно и нежно. Оба вдруг вспомнили ту крошечную капельку, которую она обнаружила на самом кончике его мужского естества – ту единственную жемчужину, что растаяла у нее на губах, когда он прокричал ее имя, и она мгновенно осознала, что происходит.
Кирстен повернулась к нему спиной и в смущении низко склонила голову. Ему захотелось поцеловать тоненькую шею, выглядевшую так беззащитно.
– Прошу вас, забудьте об этом, Рэйлан.
– Вряд ли я смогу. Да и вы тоже.
Она резко повернулась и даже притопнула ногой в бессильном гневе.
– Не обольщайтесь. Не вас я ласкала. Я ласкала Чарли.
Однажды на съемках вестерна ему пришлось испытать на своей спине плеть из колючей проволоки. Сильнее боли он не знал. До сих пор. А теперь ее слова ужалили больнее той плети. Собрав всю свою волю, он сел на высокий табурет у кухонной стойки и скрестил лодыжки
– Доделайте ваш коктейль, – сказал он, похвалив себя за самообладание в минуту, когда его единственным желанием было разбить вдребезги стеклянные стены дома этого чертова Демона Рамма.
Выключив смеситель, Кирстен разлила густую холодную жидкость в два высоких бокала и протянула ему один.
– Я иду в ду…
Он схватил ее за запястье, потянул к себе и приказал:
– Сядьте. Мы еще не договорили. Ее попка резко опустилась на табурет, хотя Рэйлан и не прикладывал особого усилия, чтобы усадить ее.
– Мы договорили. Если речь идет о вчерашней ночи, – сказала она. – Хочу, чтобы вы знали: вчера мне пришлось принять снотворное. Доктор прописал мне его после смерти Чарли, но я так и не воспользовалась им ни разу. Эти таблетки оказались сильнее, чем я предполагала. – Ее дыхание дробилось на множество коротких, прерывистых вздохов, глаза упорно смотрели в пол. – У меня был страшный ночной кошмар. А вы просто оказались рядом в тот момент. Вы были теплым и сильным. В вас можно было укрыться. При этих обстоятельствах нельзя меня обвинять в… – она помедлила, снова облизнула губы, —..в том, что произошло.
– Если это вас успокоит, – тихо сказал он, – то я всему виной.
Она с интересом подняла глаза на Рэйлана. – Я завелся еще до того, как вы ко мне прикоснулись.
Кирстен зажмурилась и прошептала:
– Пожалуйста, не надо.
– Почему? Вы ведь все равно знаете. Да я и не скрываю: я хочу вас. – Рэйлан видел, что она с трудом проглотила ком в горле. – Я услышал, как вы кричите, и помчался к вам. В ту минуту, когда я вас обнял, прикоснулся к вам, поцеловал вас, я уже был раскален до предела. Если мы ищем виноватого – что мне кажется неуместным, – то я готов признать себя таковым.
Он осторожно погладил ее щеку тыльной стороной ладони. Эта сдержанная ласка далась ему нелегко.
– Вините меня в том, что я воспользовался вашей эмоциональной взвинченностью после кошмара. Вначале мои намерения были чисты, но как только… Кирстен, я не мог заставить свои руки не прикасаться к вам. Не мог!
Она прижала пальцы к дрожащим губам и снова стала оправдываться, как ребенок:
– Я не понимала что делала, я была напугана. Вы оказались рядом. Вы были явью, а не сном. До вас можно было дотронуться. Я просто реагировала на присутствие другого человека, и все.
– Не совсем, Кирстен. Я помню другое. Сперва вы были как дитя, которое ищет мать, но прежде, чем все это кончилось, вы превратились в женщину, которая хочет мужчину.
– И вы этим воспользовались, так?
Он не отвел глаз, но подумал, прежде чем ответить.
– Мне кажется, справедливее будет сказать, что мы оба воспользовались друг другом. Согласны?
Она колебалась какое-то время, затем утвердительно кивнула.
– А что за кошмар вам снился? – спросил Рэйлан после короткой паузы.