Демон
Шрифт:
Найл приказал Скорбо лететь в сторону моря, и тот с неохотой подчинился.
Вот дорога вошла в лес, скрывшись под склонами, вот опять выскользнула, повернула в сторону, описала петлю вокруг возделанных полей, вытянулась стрелой вдоль аккуратных, растущих в шахматном порядке крон. Так, похоже, это сад. Дальше…
Вот! В беспорядке рассыпались крыши домов. Много. Какое-то селение, и довольно крупное. Осталось позади. Опять поля, поля, лес. Снова селение.
Развалины крепости. Наверное, столица Муравьиного баронства.
Найл разорвал мысленный контакт, отпуская
Найл наклонился к земле, вырвал пук высоких желтых одуванчиков и громко позвал:
— Тю-тю-тю-тю-тю.
Таракан насторожился, потом кинулся вперед, остановился от правителя на расстоянии вытянутой руки и ощупал угощение усиками. Сделал еще пару шагов, чтобы достать его ртом.
— Кушай, мой хороший.
Посланник Богини скормил одуванчики, потом, похлопывая таракана по спине, прошел вдоль тела, ухватился рукой за седло и рывком перекатился на спину.
Конь испуганно сорвался с места и понес, однако Найла это уже не беспокоило: держался он крепко, а тараканы на ходу несут себя ровно, без резких взбрыкиваний или скачков.
Правитель поставил колени в специальные выемки, потом с помощью пропущенного под голени ремня крепко их затянул.
Все, теперь ему не грозила опасность вылететь из седла даже при пробежках по вертикальной стене. Он взялся за закрепленные на передних лапах уздечки и дернул правую. Таракан начал послушно заворачивать к дороге.
Когда пыльная серая лента оказалась под ногами, всадник повернул своего коня на нее и несколько раз сильно хлопнул по спине, заставляя набрать максимальную скорость.
Укрепленный лагерь начал стремительно уходить назад. Посланник Богини облегченно вздохнул и удобно откинулся назад.
Таракан под ним стремительно несся вперед, проскакивая километр за километром. Вот они проскочили лес, пронеслись вдоль полей, оказались в саду.
— Тихо, тихо, не торопись, — погладил правитель гладкую спину.
Конь перешел на неторопливый размеренный бег, позволяя всаднику оглядеться.
Фруктовый сад просматривался далеко во все стороны — никакого вездехода, никакого сторожевого отряда спрятать в нем казалось невозможным. Что ж, это означало, что передовые отряды противника находятся еще на пару километров дальше, чем они считали.
Таракан добежал до окраины поселка — Найл небрежно потрепал его по спине и спрыгнул на землю.
Конь отбежал в сторонку и принялся вдумчиво ощипывать куст сирени.
Посланник еще раз внимательно огляделся: где-то здесь должны быть сторожевые посты, наблюдатели, часовые, охранение, сигнальные мины или что-то еще, что должно предупреждать дикарей о приближении противника.
Ведь не настолько же они глупы и самоуверенны, чтобы оставить захваченный поселок без охраны! Разве только, дикарей здесь нет. Разграбили, и ушли. Но в этот вариант Найлу почему-то не верилось.
Он приблизился к высокой бревенчатой избе, отвернулся в сторону
Найл улыбнулся и прижал палец к губам. Малютка улыбнулся в ответ, потянулся своими крохотными ручками.
— В другой раз еще поиграем, — пообещал Посланник и продолжил свой путь вдоль границы поселка.
Жилыми оказались еще пять домов, а шестой — разгромленный.
Никаких следов охранения правителю найти не удалось и он, несколько удивленный, двинулся к центру поселка.
Почти все дома на его пути оказались заселенными. Похоже, Поруз был прав — это селение досталось дикарям вместе с жителями, и уходить куда-либо жители не собирались.
Вот только непонятно, почему все окрестные крестьяне разбежались, если обитатели захваченных селений живет в целости и сохранности? Увы, прогулкой по ночным улицам этого никак не определить.
Нужно разговаривать с жителями — а реальные люди голоса спящего одитора услышать неспособны.
Найл, чтобы сократить путь к шпилю храма в центре поселка, решил пройти сквозь длинный сарай без окон и вдруг совершил странное открытие:
здесь, в этом грубом бараке, спало почти два десятка дикарей, рядом со своими копьями и плетеными из тростника щитами. Многие были перепоясаны явно трофейными мечами. Однако! Дикари предпочитают спать в сарае, когда вокруг множество уютных домов!
Стесняются местных крестьян тревожить, что ли?..
Любые идиллические предположения мгновенно улетучились, когда Найл вышел к храму. Перед ним, на арке раскрытых ворот, покачивались четверо повешенных. Из распахнутых дверей храма веяло запустением.
— Да, похоже, новые хозяева поселка готовы насаждать здесь порядок всеми доступными методами! — цыкнул сквозь зубы Найл.
Пожалуй, самое главное он уяснил — где ночует гарнизон поселка. Но вот только почему нигде нет охранения?
Найл еще раз прокрутил в голове все, что успел увидеть. Разгромленные дома, жилые…
Стоп! А почему же разгромлены именно угловые дома?
Посланник торопливо направился по дороге прямиком к первому из осмотренных домов, быстро пробежался по комнатам, затем поднялся на второй этаж…
Все правильно: у выходящего на дорогу чердачного окна сидел светлокожий дикарь, с замысловатой цветной татуировкой на лбу, щеках и плечах, и вдумчиво, старательно, приматывал к короткому копью трофейный стальной наконечник. При этом он не забывал время от времени бросать на дорогу настороженный взгляд. Несет службу в тепле, под крышей — а чего мерзнуть, если такой поселок удалось захватить?