Демон
Шрифт:
– Я устала. Устала идти по своему пути, забыла, что значит спокойствие. Мне надоело…
Мои слова наткнулись на глухую стену молчания, после чего я услышала то, от чего у меня мурашки побежали по коже.
– Надоело жить? – переспросил советник, и на это раз я не слышала в его голосе насмешки. – Не слишком ли громко сказано, принцесса? Сколько ты живёшь в этом мире? Сколько радостей в нём познала? Сколько ошибок ты совершила? Сколько трупов переступила? Сколько раз стирала с лица кровь? Сколько раз падала на колени, что бы подняться или ползти, если сил больше не остаётся? – глаза вампира застилала
– Что ты знаешь о боли…
Я хотела возразить, но наткнулась на взгляд, в котором светилась мука. Вечная мука, пробиравшаяся сквозь века и не находящая выхода, обрекая страдать своего носителя.
Теперь я не сомневалась в возрасте правой руки короля. Передо мной стояло воплощение столетий. Восемь прожитых веков, которые кричали о себе, заставляя по сравнению с собой померкнуть любые мои слова. Чтобы ни случилось со мной, я знала – мне не пережить то существо, что таиться в теле Нериха. Это существо сильнее меня, сильнее кого бы то ни было.
– Надо верить, – продолжил он тихим голосом. – Не в судьбу или удачу. Надо верить в свой путь и не обращать внимания на то, куда он ведёт, зная, что ты найдёшь в себе силы преодолеть любые преграды. Смотреть на жизнь с усмешкой, всё равно из неё живой не выберешься. Смерть – беспощадный игрок.
Он взглянул мне в глаза и отвернулся, кинув взор на пыльную серую дорогу.
– Всего ничего. До Ветса осталось всего ничего. Я поднялась на ноги и подошла к нему со спины.
– Я дала тебе слово. Скоро наши пути разойдутся, чего же ты хочешь? Я услышала смешок с его стороны.
– Пути разойдутся? Не глупи, Вигма. Или ты действительно думаешь, что, сбежав из Клагила, ты сбежала от его короля?
И тут я поняла всё. Неестественную тишину, лёгкость нашего побега… Никто и не думал нам мешать, просто напросто отпустив поводок, который в любую секунду может удавкой затянуться на моей шее.
– Просьба… – усмехнулся вампир, вновь ставший самим собой, глядя на мою несчастную мину. – Ещё придёт час расплате.
Глава 4 СУДЬБА БЕЗДОМНОГО
Жить вредно. От этого умирают. Станислав Ежи Лец
Я поёжилась от холода и прекратила бессмысленную борьбу, направленную на то, чтобы заснуть. Из головы никак не могли вылететь слова Нериха, которые наталкивали на разные мысли. Доминировала среди них та мысль, что я марионетка, которую отпустили ненадолго погулять, точно последнюю блохастую псину.
На глаза навернулись обидные слёзы, когда я представила, что лишена воли и не могу ничего изменить. Не могу? Ну уж нет, я продам свою свободу как можно дороже.
Дойдя до этого смелого решения, я, наконец, облегчённо закрыла глаза, позволяя сну захватить мой разум, уловивший напоследок смешок вампира.
Пробуждение наступило ещё задолго до рассвета. Уже знакомое ощущение пустоты, нагнанной демонами, заставило заподозрить неладное.
Глаза открылись, уставившись в пустое беззвёздное небо.
Я резко села и отряхнула с себя серый песок, в который улеглась в знак протеста против вампира.
Оглянувшись в ту сторону, где должен был находиться советник, я никого не увидела. Лишь мой конь бил землю копытом в гордом одиночестве. Я горько усмехнулась.
А что? Препроводил непутёвую королеву, предупредил о грядущих последствиях и смылся. Самое ужасное, что он заставил меня поверить в необходимость его помощи и дать слово, которым он, уверена, не преминёт воспользоваться.
Я вскочила в седло и зло ударила коня каблуками, пускаясь с места в галоп.
«Всего ничего. До Ветса осталось всего ничего», – всплыли в памяти слова советника, и я крепче ударила скакуна поводьями.
Пыль вилась за спиной, а я продолжала скакать вперёд, прижавшись к шее своего коня.
Спустя несколько минут бешеной гонки, я вывернула из-за поворота и с радостью увидела приближающиеся ворота Ветса, которые открылись, повинуясь живущему в них духу, пропуская меня в аллею, признав свою.
Я летела по аллее, спеша к дворцу. Всё больше и больше крепла надежда на то, что я укроюсь в своей комнате, и никто не посмеет выгнать меня оттуда.
Вокруг было тихо, лишь стук копыт разносился в округе громким эхом, побуждая зажигаться маленькие огоньки в домиках на деревьях. Эльфы выглядывали из своих жилищ, провожая меня взглядами и перешёптываясь между собой. Я же, тем временем, натянула поводья, остановившись перед входом в то место, где я провела все годы своей жизни.
Я спешилась и поднялась по ступенькам, толкая массивную дверь внутрь. В холле оказалось пусто. Я хотела взлететь наверх, броситься по коридору в поисках Истала или просто зайти в свою комнату и рухнуть на такую родную кровать… Но ностальгия направила мои стопы совсем в другую сторону.
С идиотской улыбкой я шла по коридору мимо стен, украшенных картинами с изображением исторических подвигов властителей Ветса, и разглядывала их, будто видела первый раз в жизни. Коснувшись рукой одной из рам, я привела в движение невидимый механизм, который смёл с моего пути стену, открывая вход в большой зал. Этот зал, увешенный от пола до потолка оружием и освещаемый магическим пламенем, предназначался для тренировки в боевом искусстве, которым я так пренебрегала и по которому так скучала.
Руки тут же потянулись навстречу родным клинкам, пылившимся на стенке в отсутствии хозяйки.
Я ухватила рукой выгнутую, точно лук, рукоять, по бокам которой поблёскивала острая наточенная сталь, крутанула вокруг кисти руки, словно раскрывая смертоносный веер, а потом сделала выпад, перехватив рукоять двумя руками. Шаг, и клинок мелькнул над головой, в следующую минуту оказываясь за спиной и вновь пускаясь в нападение на невидимого врага. Я крутанулась вокруг своей оси, выгибаясь, пропуская клинок в миллиметре от собственной шеи, создавая стальной ошейник. Ещё шаг, рывок, клинок нетерпеливо несётся вперёд, и левая рука опускает его, позволяя улететь вправо. Эльфийское творение вновь и вновь вспарывало воздух, звенящий от напряжения. Вновь и вновь он повторял свою песню, которую никто не решался прервать. Ещё шаг, и клинок звякнул, встречая своего противника.