Демон
Шрифт:
– Я не хочу верить в твою смерть. Я усмехнулась и посмотрела ему прямо в глаза.
– Я не умру. Клянусь.
Вампир сглотнул, вновь оборачиваясь к ведьме, которая стояла, скрестив руки на груди. Я не знала, что со мной сейчас происходит. Может, воздействие чьей-то магии? Но я была абсолютно уверена, что именно я должна находиться в малом кругу пентаграммы. Более того, я откуда-то знала, как проводится ритуал, знала заклятие. И именно последнее меня крайне удивляло. Как я могу знать то, чего знать не могу? Видимо так решил и Нерих, на губах которого появилась хитрая усмешка. Он намерен был разрешить мне стать в круг, а дальше, как он полагал, я окажусь
– Ладно, – он развёл руками, выходя из круга. – Делай, что хочешь.
Я проводила его наигранно неуверенным взглядом, и, подняв с пола кинжал, нерешительно шагнула в круг. Нерих стоял снаружи, скрестив руки на груди и не скрывая торжествующего взгляда. Он не мог проиграть. Он никогда не проигрывал. Рядом с ним в точно такой же позе стояла Митра, вот только на её лице застыла маска одобрения происходящего.
Я закатала рукава плаща Нериха и полоснула кинжалом сначала по одному запястью, как собирался это сделать вампир, а потом по другому. Лицо Нериха исказилось от боли, и он стремительно шагнул вперёд, но было уже поздно: капля крови упала на руны и потекла по контуру, активируя невидимый щит. Вампир ударился о неразличимую преграду и отлетел на стену, глядя вперёд невидящими глазами. Тем временем я опустилась на колени, прикладывая окровавленные руки к рунам. Поток заструился по высеченному из мрамора жёлобу, а я уже произносила слова, которых и сама не понимала. Кинжал лежал прямо передо мной, и мне казалось, что он вибрировал, пропуская через себя сгустки силы.
Я закрыла глаза, продолжая читать заклинание, то повышая голос, то понижая, а прямо передо мной, тяжело опершись на стену, стоял вампир. Я произнесла ещё несколько слов скороговоркой и почувствовала, как пол затрясся мелкой дрожью, отдавая колебания щитовым стенам. Повинуясь интуиции, я взяла руки кинжал и нацелила его на сердце, не переставая произносить шипящие звуки. Внезапно кинжал нагрелся до того, что его просто не возможно было держать в руках, но я не могла его отпустить. Очередная порция крови полилась на руны. Запахло палёной кожей. Я отстранённо подумала о том, что сошедшее клеймо, обозначавшее смешение крови, больше никогда не смогут поставить на моих ладонях.
Ещё несколько слов. Я чувствовала, что конец близок. Я чувствовала, что по моим щекам текут слёзы. Я вспомнила каждую подробность своей жизни. Наверно, в таких случаях говорят, что вся жизнь пронеслась перед глазами. У меня же «проноситься» было нечему. Бесполезно потраченные годы и последующая боль. Почему-то так сложилось, что я не помнила ничего хорошего, только плохое, которое призывало отомстить другим и не переставало мучить меня саму.
Последнее слово. Голос оборвался низким шипением, а лезвие ритуального кинжала вошло в плоть, словно в масло. Я видела, как упал перед барьером на колени Нерих. По его лицу тоже текли слёзы, но он уже ничего не мог сделать. Воздух передо мной замерцал. Капельки крови поднялись от рун, кружась вихрем вокруг меня. Я не знала, почему я ещё в сознании. Мои руки лежали на рунах, продолжая отдавать кровь, которая текла теперь и из сердца, пронзённого кинжалом. В следующий момент воздух передо мной взорвался, рассыпаясь мириадами кровяных капелек, а всё оставшееся пространство начала заполнять какая-то субстанция, в которой я различила лишь клубы чёрного дыма и горящие настоящим пламенем глаза.
ЭПИЛОГ
На меня пахнуло холодом, а потом демон просто поглотил меня. Я ждала всепожирающего огня, который сулит смерть, но
«Ты победила, девочка. Только эта победа тебе стоила многого. Больше ты не имеешь права ошибиться».
А в следующий момент всё рассыпалось прахом. Я беспомощно рухнула на кровавые руны, слыша отдалённый стон демона, который использовал моё тело, как портал за грань. Вот как я собиралась выжить. «Всего лишь убей часть себя и освободи душу». Спасибо за совет, дух оборотня. Только поняла я его по-своему.
– Вигма… Кто-то взял меня за руки.
– Нет…
Я открыла глаза и не смогла перед собой ничего увидеть. Кто-то перевернул меня, и я уставилась в потолок опустошённым взглядом. Только что я изгнала из этого мира демона, но я не могла дать себе отчёт в том, как я это сделала. Я не помнила ни слова из заклинания, а окровавленные руны меня пугали.
– Нерих… – донёсся до меня сдавленный шёпот, и только потом я поняла, что это шёпот исходил от меня самой.
Шевеление рядом со мной внезапно прекратилось, а потом перед глазами мелькнула тень вампира, сгрёбшего меня в охапку, крепко обнимая.
– Боги, за что… за что… – шептали его губы, а руки гладили по голове.
– Я… – вампир отстранился, беря меня за плечи и внимательно вслушиваясь в мой тихий шёпот. – Я теперь свободна.
– Да, да, ты свободна, – ответил он, вновь меня обнимая. – Теперь ты свободна. Теперь всё кончено.
Он помог мне подняться на ноги. Коснувшись груди, я поняла, что рана напротив сердца заросла, пропустив сквозь себя демона, а вот запястья всё ещё кровоточили.
– Вы можете остаться здесь до завтра, – сказала ведьма, щёлкнув пальцами.
В воздухе зависли свечи. Я удивлённо посмотрела на Митру, которая тут же покинула зал, и перевела вопросительный взгляд на Нериха.
– Магия подпитывала демона, а после его ухода вернулась к своим «владельцам», – прояснил он, а затем прошептал несколько слов, и на кончике его указательного пальца завертелся крошечный красный шарик, больше всего похожий на пузырёк крови. Я поморщилась и отвернулась.
– Она дала нам время, – я опустилась обратно на ковёр, плотнее кутаясь в плащ и прижимая руки к груди. – И я собираюсь набраться сил. Я легла на бок и отвернулась в сторону от Нериха.
Вампир не возражал. Я не слышала его движений, но догадывалась, что он лёг рядом. Свечи потухли. Я скользнула взглядом по комнате, но уже ничего не видела, потому что способности вампира оставили меня. И способности оборотня тоже. Я осталась тем, кем была с самого начала, вот только жизнь не казалась больше беззаботной штукой.
Живот заурчал, напоминая о том, что я давно не ела, и я сама себе улыбнулась, обещая, что завтра всё будет по-старому. Какая-то ностальгия охватила меня и, не смотря на то, что ничего прежнего вернуть уже нельзя, я всё же собиралась это сделать.
Наутро, когда я встала и протёрла глаза, Нерих лежал на ковре, скрутившись, как кот. Надо же, вампир спал, как младенец. Ничего себе устал…
Я прошлась по комнате, размышляя над тем, будить мне его или нет, и решила уйти по-английски. Пора порвать со всем тем, что было.