Демоноборец. Том 2
Шрифт:
— Матушка, Вы обдумали мои слова насчет земли в Торжке? — Александр развернулся боком, так, чтобы видеть лицо матери. — Алексей сделал нам хорошее предложение.
— Сынок, не хочу тебя обижать, но твой друг молод, — осторожно начала женщина, — сейчас он делает широкие жесты в силу подросткового максимализма, однако что будет через несколько лет? Ты сам знаешь, ферма — это не быстрое дело. Мы встанем на ноги только через три-четыре года, не раньше. А если он передумает?
— Матушка, Алексей — человек чести, — в голосе Александра появились стальные нотки, — он сделал предложение от чистого сердца, и
— И что мы можем ему предложить? — женщина грустно улыбнулась. — У нас ведь ничего нет.
— Ошибаетесь, матушка, — Александр тоже улыбнулся, но отнюдь не грустно, наоборот, его улыбка была предвкушающей, — у нас есть имя. Нашу продукцию любят в губернии, любят и за ее пределами. Так что нам есть что предложить.
Мать смерила Александра долгим, задумчивым взглядом. Парень знал этот взгляд и мысленно усмехнулся. Можно сказать, дело в шляпе.
— Хорошо, сын, я согласна, — медленно кивнула она, — ты веришь этому юноше, а у меня нет поводов не верить тебе.
— Отлично, — Александр вскочил на ноги, — тогда, матушка, вам стоит подготовится. Сегодня мы поедем на открытие его ресторана. А после поговорим касаемо этого вопроса. Уверен, Алексей будет только рад.
— Как скажешь, сын, — женщина еще раз кивнула, улыбнулась и, встав, направилась к выходу.
Александр проводил мать понимающим взглядом. Ничего, скоро все изменится, все обязательно изменится, и их род вновь займет свое место в иерархии губернии. Только на этот раз все будет сделано так, как надо, дабы катастрофа не повторилась. А пока что нужно подготовиться к празднику…
Торжок. Отдел полиции.
Отдел полиции никогда не спал. Эту истину Павел Андреевич Добрынин узнал, будучи еще юношей, когда впервые пришел к отцу на работу. С тех пор он понял, единственное, что ему хочется, — это помогать людям, делать их жизнь лучше, а главное, добиваться справедливости. С тех пор прошло более сорока лет, но цель, поставленная еще тогда, в далеком прошлом, никуда не исчезла. И именно эта цель привела его в Торжок. И по прошествию нескольких дней Павел Андреевич из раза в раз убеждался в том, что он не зря сюда приехал, ой, не зря. В этом городе была тайна, и Добрынин должен был во что бы то ни стало эту тайну раскрыть. Правда, пока что он не знал, с какого конца взяться. Вроде бы все просто на первый взгляд, есть подозреваемые, есть темные делишки, которых даже не пришлось раскапывать долго, но когда Добрынин попытался собрать этот пазл, ничего не получилось. Из раза в раз он это пробовал, менял местами людей, факты, строил новые логические цепочки, но, увы, результат от этого лучше не становился.
В какой-то момент Павел Андреевич поймал себя на удивительной мысли, мысли о том, что он не справляется. С таким опричник сталкивался впервые в своей жизни, и на какое-то мгновение он даже растерялся. Правда, это быстро прошло, и, взяв себя в руки, Павел Андреевич вызвал в город дополнительную группу специалистов. Сдаваться Добрынин не планировал ни за что, он доберется до истины так или иначе.
—
— Все сделано в лучшем виде, Павел Андреевич, — мужчина хмыкнул, — кстати, друзья Львова в спешке покинули город. Причем, что забавно, их семьи тут, и, судя по тому, что нам удалось узнать, сами ничего толком не понимают.
— Все началось с Громова младшего, — задумчиво произнес опричник, — именно он был корнем зла. И вдруг исчезновение. Причем исчезновение странное. Его видели в полицейском участке, видели в ночь перед исчезновением. Куда он мог деться? — опричник медленно встал и начал ходить из стороны в сторону по кабинету.
Обыск они проводили тут, нашли часть бумаг Уварова, а больше ничего интересного не нашлось. Павел Андреевич остановился напротив сейфа. Огромный, стальной, способный выдержать пожар и не только, он занимал в кабинете почетное место. Подойдя к нему вплотную, Добрынин попытался его сдвинуть. Конечно же, ничего из этого не вышло, слишком тяжел был сейф. Однако же мужчина умудрился нечаяно задеть угол стола, и тут же в кабинете раздался громкий щелчок, а потом сейф плавно отъехал в сторону, открывая ход прямо в полу. Жора тут же подскочил на ноги, на всякий случай достал пистолет из кобуры, но Павел Андреевич жестом заставил оперативника убрать оружие.
Достав телефон, Добрынин включил фонарь и увидел, что вниз ведет деревянная лестница. Нисколько не сомневаясь, он сунулся в тайный ход, а Жора последовал за ним. Шли они не очень долго, и в итоге дошли до конца. Дёрнув рычаг на стене, Добрынин с каким-то внутренним чувством удовлетворения наблюдал за тем, как часть стены уходит в сторону. Тусклый свет немного осветил такие же деревянные ступеньки, и через несколько мгновений Павел Андреевич уже стоял в камере для одаренных заключенных, то бишь для дворян.
— Интересная система, — усмехнувшись, произнёс он, когда Жора тоже выбрался из-под земли, — ход из камеры прямо в кабинет главы отдела. Интересно, кому же пришло в голову сделать такое, а главное, для чего?
— Павел Андреевич, а ведь получается, что Громов в тот день был в полиции, и его видели идущим в кабинет Уварова, — Жора нахмурился, — допустим, он спустился в этот ход и пришёл сюда. Кто у нас сидел в камере тогда?
— Алексей Николаевич Светлов, — Добрынин покачал головой, — нет, Жора, не складывается картинка. Светлов поклялся матери Громова на даре, что не имеет никакого отношения к исчезновению её сына. Она видела, как дар принял клятву, а значит, парень не при чём. Остаётся сам Уваров. Мог он прикончить Громова?
— Мог, — Жора кивнул, — а мотив?
— Мотивов предостаточно, — Добрынин отмахнулся, — сам подумай, если полковник крышевал все тёмные делишки Громова, мог последний попросить что-то чересчур? Например, дать ему убить Светлова. А Уваров отказался. Тут Громов младший пригрозил ему раскрытием информации, и у полковника не выдержали нервы, после чего он сопляка и прикончил. Но где тогда тело?
Жора молча пожал плечами. Иногда умозаключения шефа казались ему чересчур сложными, но пятилетняя работа с Добрыниным отучила Жору от скоропалительных выводов. Шеф всегда добивался результата, и Жора был уверен, на этот раз всё будет точно так же.