Демоноборец. Том 2
Шрифт:
— Ладно, оставим пока это, — Добрынин хмыкнул, — сегодня у нас открытие ресторана Светлова. Так и быть, посещу это место, кто знает, вдруг у него отличные повара.
— В городе говорят, что прекрасные, — поделился слухами Жора, — по крайней мере, люди ждут открытия, а это чего-то да значит.
— Ну вот и посмотрим, насколько хороша его еда, — многозначительно улыбнувшись, Добрынин вернулся обратно под землю, и через несколько минут опять сидел за столом в кабинете.
Опричник чувствовал, ответ на все его вопросы кроется где-то рядом, руку протяни и достанешь. Но, увы, пока что ничего не получалось.
Тверь. Особняк Дитмаров. Восемь часов утра.
Несмотря на то, что на часах было всего лишь восемь утра, Игорь Дитмар готовился к поездке в Торжок. Как и любой немец, он имел склонность к педантичности, к порядку и соблюдению правил. А правила приличия требовали, чтобы он приехал чуть раньше остальных гостей, так как Алексей являлся не только владельцем ресторана, но и его близким другом.
Друзья. Их у Игоря Дитмара было не так много. С самого детства он ловил на себе прищуренные взгляды людей, тех, кто так и не мог принять факт женитьбы отца на матери. Немецкий барон и русская дворянка, да еще и после относительно недавнего конфликта между этими государствами. Впрочем, сам Игорь прекрасно понимал, почему так произошло. У родителей случилась самая настоящая любовь, способная на настоящие чудеса. Однако же плоду этой самой любви с самого детства приходилось сложно, вот только Игорь не жаловался. Всё, что происходило вокруг, помогало формированию его характера, и к своим семнадцати годам Дитмар мог по праву гордится одним из самых спокойных нравов среди всех одноклассников. Лишь с друзьями он позволял себе немного расслабится, а в друзьях у него числилось всего лишь два человека.
Комбаров стал другом благодаря своей безбашенности, отчаянной смелости, а Светлов… Светлова после пробуждения Игорь узнал с трудом. Куда делся прилежный ученик и просто милый мальчик? Загадка, ответа на которую у Дитмара не было.
— Сын, — голос отца заставил Игоря вздрогнуть. Задумавшись, он не заметил, как отец вошел в зал.
— Доброе утро, отец, — поправив пиджак, произнес Игорь, — я как раз собирался уезжать. Хочу выбрать Алексею какой-нибудь подарок в честь его возвращения к жизни и начала нового пути.
— Хорошая затея, — Генрих Дитмар скупо улыбнулся, — но помни, всё должно быть в меру. Не стоит увлекать внимание гостей с одного события на другое. Это будет неприличным.
— Я помню правила, отец, — Игорь кивнул, — и сделаю всё, как ты учил, — коротко поклонившись, парень отправился к выходу, где его уже ждал автомобиль.
Генрих проводил сына задумчивым взглядом, отметив, как сильно он изменился с тех пор, как молодой Светлов вернулся к жизни. Внутри Игоря словно заново зажглась искра, и Генрих надеялся, что она больше не потухнет…
Особняк Светловых. Это же время.
— Мать! — вывалившись из медитации, я первым делом почувствовал солоноватый вкус крови на губах.
Рухнув на спину и жадно вдыхая воздух, я позволил себе улыбку. Получилось, получилось! И пусть мое сердце прямо сейчас отбивало чечетку, в любой момент готовясь к прыжку из груди, а легкие горели
Встав на ноги, я шатающейся походкой опять направился в душ. На этот раз вода была исключительно холодной, но даже так от меня еще долгое время шел пар. Организм таким образом сбрасывал лишнюю энергию, и чтобы окончательно успокоится, мне пришлось простоять под холодными струями воды где-то минут десять, пока всё не прошло.
Выбравшись из ванны, я оделся и спустился на первый этаж. Степанида в компании Ольги уже порхала по кухне, а запахи свежего кофе и такой же свежей выпечки сразу наполнили мой рот слюной.
— Всем доброго утра, — ввалившись в кухню, я сел напротив большого стола, — Степанида, спасительница, ты ведь не дашь мне умереть голодной смертью?
— Алексей Николаевич, нет, конечно, — улыбнувшись, служанка тут же метнула на стол тарелку со свежайшими булочками с маком.
Сверху посыпанные сахарной пудрой, они пахли так, что я не сразу осознал тот факт, что моя рука тянется уже ко второй булочке, а челюсти усиленно перерабатывают первую. Только после третьей у меня вышло немного выдохнуть, а дальше в кухню вошел Федя, а за ним показался Миша.
Саватеев старший, судя по всему, хотел что-то сказать, но для начала ему пришлось так же попробовать выпечку Степаниды, ну и похвалить её, конечно же. Без этого никуда.
— Господин, нам нужно ехать, — жуя теплую булку, произнес он, — открытие хоть и назначено на полдень, но нам лучше быть там раньше. От форс-мажоров никто не застрахован.
— Едем, — я кивнул и, подхватив последнюю булку, послал поварихам воздушный поцелуй. Право слово, с такой едой мне из дома выходить не хочется.
Забрав из кабинета свои артефакты и прихватив на всякий случай еще и меч, я выскочил на улицу, где меня уже ждали внедорожники. В первом за рулем сидел довольный Федор. Он был рад своему возвращению больше всех нас вместе взятых. Сев рядом с ним, я улыбнулся.
— Ну что, Федя, поехали!
Глава 11
Ровно в девять утра мы подкатили к трактиру. Прямо к крыльцу. На ступенях, периодически отогревая руки дыханием, уже топтался паренёк в старомодной шинели. Стоило нам выйти, как парень низко поклонился, сказал, что рад приветствовать нас в лучшем заведении Торжка, а затем забрал у Миши Саватеева ключи, прыгнул в машину и погнал её куда-то за угол.
— Сервис, ядрёныть, — прокомментировал Федя и похромал ко входу.
— Люди Лома за ночь расчистили площадку за трактиром от снега, — объяснил мне Миша. — Так что там получилась вполне себе просторная парковка.
— Отлично.
Дверь в трактир оказалась заперта, и правильно. Спектакль должен начинаться вовремя, ну а пока что — планёрка. Один из официантов пропустил нас внутрь, в уютный полумрак зала, и пронаблюдал дивное диво.
Персонал стоял ровными рядами возле барной стойки. Официанты в чёрных жилетках и, что особенно интересно, белых перчатках, повара в чистых кителях, бармены, уборщицы, подсобные рабочие — все Выстроились по струнке перед Ильёй и Надеждой Игоревной.